Великая Отечественная война остаётся одной из самых трагичных, но в то же время ключевых глав в летописи нашей нации. Великая Отечественная война заставляет задуматься о жестокости, безжалостности и о крови, о ценности жизни и свободе.
Великая Отечественная война разделила мир и народ на три группы: фронт, тыл и вражеский тыл. Фронт – это линия боевых действий, где происходят основные сражения между противоборствующими сторонами. Тыл представляет с собой часть территории, которая находится позади фронта. Здесь размещаются запасы, штабы, медицинские учреждения и другие ресурсы, которые поддерживают армию на фронте. Вражеский тыл – территория, находящаяся за линией фронта противника. И одной из тех, кто оказался в тылу врага, является уроженец с Республики Башкортостан, города Ишимбай – Шилина Мария Федоровна, которая стала узницей концентрационного лагеря в Германии.
Концентрационный лагерь (концлагерь) – специально оборудованное место массового принудительного заключения и содержания гражданского населения либо военнопленных. Примером могут послужить «Бухенвальд» близ Веймара в Тюрингии, «Заксенхаузен» рядом с городом Ораниенбург, «Равенсбрюк» рядом с Берлином, «Освенцим» в нескольких десятках километров от польского Кракова и др. Все заключённые концлагерей проходили отбор: то, что считалось пригодным, оставляли, а остальное уничтожали. Многие становились объектами экспериментов или использовались как бесплатная рабочая сила. Те, кто был слишком слаб, отправлялись в газовые камеры. Остальные боролись за выживание в нечеловеческих условиях.
Источником написания данной научной статьи послужили воспоминания узницы концлагеря Ганновер-Алем Шилиной Марии Федоровны. Наша встреча с ней произошла в городе Ишимбай в День Победы, когда организовывалось масштабное мероприятие в честь праздника. Ее история жизни о выживании за воротами ада, оснащенные колючей проволокой, стойкости и храбрости, важности помнить историю и защищать свою Родину.
Мария Федоровна Шилина родилась 17 марта 1938 года в белорусской деревне Верхоченье, Полоцкого района, Витебской области. В начале 1943 году Марию Шилину и ее семью немцы всей силой вывезли в Германию. А там ее отправили в концлагерь Ганновер-Алем.
Ганновер-Алем – один из семи концентрационных лагерей города Ганновер в период Третьего Рейха, располагавшийся в районе Алем. Лагерь был построен как филиал лагеря Нойенгамме, где находились узники польского, датского, русского, еврейского происхождения. Причиной строительства стала необходимость подземного убежища для самолетов и противогазов, которые производились на заводе Continental AG.
Строительство концлагеря Алем планировалось в сельской местности на окраине города. Во время Второй Мировой войны в Ганновере с 1943 года искали места, где можно было бы разместить важные для военного времени производственные объекты, защищенные от бомб. Туннели и шахтные сооружения были проверены по всему Рейху; то же самое и в Алеме. Здесь были асфальтированные ямы, которые были заброшены с 1920-х годов.
В концентрационном лагере Алем с ноября 1944 года около 800 заключенных были вынуждены выполнять принудительный труд в близлежащих асфальтовых туннелях. Это были в основном польские евреи из Лодзи, но благодаря обмену с другими лагерями также люди из Совесткого Союза, Венгрии, Франции или Нидерландов.
Концлагерь Ганновер-Алем был полностью окружен колючей проволокой. Лагерный комплекс был разделен на огороженную часть для заключенных с пятью бараками (от 1 до 5) и часть за пределами ограждения для охраны. Забор был под напряжением. Жилые бараки для заключенных образуют с функциональными бараками (прачечная, участок, кухня, туалет, уборная) внутренний двор, перекличную площадь.
Лагерфюрером внешнего лагеря в Алеме был гауптшарфюрер Отто Тулл Хардер, известный бывший футболист «Гамбурга». Власть террора над заключенными осуществлял Капо Векслер.
Узники работали в шахтах по 13 часов в день при температуре около 11 градусов. Недостаточное питание, отсутствие медицинской помощи, ужасные санитарные условия труда привели к высокому уровню смертности. Иногда до 22 заключенных умирали ежедневно. К концу войны лагерь Штекен (Штелингерштрассе) был переведен в Алем, а в декабре 1944 года Лангенхаген подвергся бомбардировке, и в пяти оставшихся ганноверских лагерях находилось около 4300 заключенных.
Сотни заключенных умерли либо в лагере после того, как их отвезли в концентрационный лагерь Нойенгамме, либо на «марше смерти» в концентрационном лагере Берген-Бельзен, либо вскоре после их освобождения 10-го числа. Точное число больше не может быть определено. Те, кто умер в Ганновере, похоронены на еврейском кладбище Зельхорст.
- Наша семья родом из Белоруссии. По рассказам родителей я знаю, что отправили нас в концлагерь всей деревней в 1943 году, - говорит Мария Федеровна. – Тогда я была почти грудным ребенком, мне было всего три годика, а может чуть меньше или больше, сестра на четыре года старше. В паспорте дата рождения обозначена как 17 марта 1938 года, однако это неточная информация, потому что документ, который подтверждал мое рождение, появился позже. Мы с сестрой не осознавали, что вообще происходит в мире. Освободили нас только в 1946 году. Мы даже возраста своего не знали, его установили только после окончания этого страшного злодеяния.
- Было очень много огня, горело все. Мне потом рассказывали, что мама, пытаясь спасти хоть какие-то пожитки, выбежала с вещами во двор, а я, спрятавшись под столом, осталась внутри. Спохватившись, через какое-то время она вернулась за мной, - вспоминает Мария Федоровна. – А потом крепко прижимала меня к себе в телеге, когда 25 километров гнали нас немцы до Полоцка.
Сестра Марии Федоровны, Елена, бежала позади нее, стараясь не отстать. Елене было очень жалко ее подружку Катю, которую застрелили фашисты, когда та побежала в сторону ржаного поля. Ее труп так и остался на обочине.
А еще помнят сестры, что трупов в их детстве было много. В лесу у деревни фашисты едва ли не каждый день вешали по несколько человек. И безжизненные тела долго на виду у всех раскачивал ветер. – «Трупы лежали повсюду, как мешок с кровью» - таким образом Мария Федоровна описывает это зрелище.
Практически с первых дней невинные жители Верхоченья оказались заложниками этих фрицев. Когда началась война, некоторые жители деревни ушли в партизаны. Отец Шилиной, Шпаков Федор Егорович, и мать Шпакова Наталья Федотовна всеми силами старались защитить своих детей. Оказавшись в зоне оккупации, всю свою энергию направили на то, чтобы прокормить их: выращивали картошку, держали козу. Кроме этого они помогали партизанам.
Партизаны, уничтожая собравшихся в деревне крупных мероприятий полицаев, подвергли себя и жителей в опасность. Фашисты решая их наказать, загнали жителей в баню, отстригли их и затем погрузили в «телячьи» вагоны.
- Нас везли очень долго, - вспоминает Мария Федоровна. – На каждой станции мы стояли часами, а то и сутками. Было холодно и голодно, люди умирали. А я плакала от боли, унижения и еще потому, что лишилась роскошной косы.
Оставшихся в живых выгрузили под Ганновером, где в то время располагались семь концентрационных лагерей. В одном из них оказалась и вся семья героини этого рассказа: мать, отец и их дети.
Взрослых отделили от дочерей, а Мария и Елена попали в один барак. До дня освобождения они не видели своих родителей, братьев Ивана и Петра, и старшую сестру Надю.
- Помню тот устрашающий жуткий момент, когда дверной замочек двигался беспощадно налево и направо, - рассказывает Мария Шилина. – Один сдвиг, и могло произойти все, что угодно. Частенько приходили пьяные немцы и отбирали себе молодых, даже маленьких девочек, и в отношении их совершали насильственный акт. Детей помладше подвергали телесным наказаниям.
6 апреля 1945 года началась Ганноверская операция по эвакуации концлагеря. 600 узников были отправлены маршем смерти (перемещение заключенных на оккупированных территориях по мере приближения к ним войск союзников внутри Германии) в лагерь Берген – Бельзень. 8 апреля были освобждены британскими солдатами.
Марии Федоровне очень повезло – она с трудом выжила. После освобождения из концлагеря она и ее семья вернулась домой. Семья вновь воссоединилась после всех лишений и пыток, а на родине остались лишь руины и разрушения.
- Во всей деревне живым остался только один дом. В нем поначалу и поселились все жители Верхоченья. Спать им часто приходилось сидя, полустоя. А днем, как могли, вернувшиеся восстанавливали свои жилые дома. Отсутствовали бытовые условия, поэтому самым дорогим богатством деревни был топор – единственный для всех, – вспоминает героиня этого рассказа.
После войны братья ее сразу же разъехались. Один из них, Шпаков Петр Федорович, женился о основался в Республике Башкортостан, городе Ишимбай. Мария Шилина и ее сестра Елена также основались в этом городе, создавая свои семьи. Отец Марии Шилиной умер в 1946 году.
Что побудило их обосноваться в этом городе? Друг Петра Федоровича предложил им переехать в Ишимбай, так как там был минимальный голод и было место работать.
Елена Федоровна до пенсии работала изолировщицей, а сама Мария Федоровна 10 лет работала на чулочной фабрике. Сестры фильтрационных комиссий не проходили. Потом Шилина вышла замуж и родила двух сыновей. 17 лет трудилась она в Росгосстрахе.
После окончания Великой Отечественной войны по всей России живут ветераны, которые внесли неоценимый вклад в освобождение от фашистов белорусской земли. Данные собирали по военкоматам регионов нашей страны, была проделана большая совместная работа с посольством Республики Беларусь. В преддверии круглой даты юбилейную медаль постараются передать в руки каждого ветерана. За отличную работу Марию Федоровну награждали почетными грамотами и подарками. Лишь 31 мая 1993 года она получила документ, приравнивающий ее к участникам войны и дающий право на соответствующие льготы, который был подписан начальником подразделения УКГБ Юневичем.
Президентом РСФСР был издан указ от 25.07.1991 года №16 «О предоставлении льгот бывшим несовершеннолетним узникам концлагерей, гетто и других мест принудительного содержания, созданных фашистами и их союзниками в период Второй Мировой войны». Поэтому 24 ноября 1993 года Марии Федоровне было выдано бессрочное удостоверение, которое давало право на льготы и преимущества, установленные для бывших несовершеннолетних узников фашистских концлагерей, гетто и других мест принудительного содержания, созданных фашистами и их союзниками в период Второй Мировой войны.
Со стороны государства после войны не было никакой социальной защиты, так как для восстановления страны необходимо было максимальное финансирование. Социальная защита предоставлялась только для тех лиц, у которых имелось нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма.
Несмотря на почтенные годы, Шилина активно интересуется происходящим в стране и мире, участвует в общественной жизни. Мария Фёдоровна оказывала помощь в создании музея огнеборцев города Ишимбай. Сегодня Мария Шилина поддерживает земляков, участвующих в СВО, поскольку она, как никто другой знает, чем грозит распространение фашизма на Земле.