В девятиметровой московской комнатушке Ани, где помещалась только кровать, стол и мечты, раздался звук телефонного звонка.
Анна смотрела на экран телефона, где улыбались мама, сестра Катя и племянник Ваня. Родные лица. Но после каждого такого звонка на душе оставался осадок, горький, как недопитый кофе.
– Привет, солнышко! – Голос мамы звучал тепло. – Как там столица? Шикуешь?
– Привет, мам. Да какое шикованье, – Анна поправила растянутый, но такой родной свитер. – Работа, дом, кредиты... Живу.
– Ну-ну, заскромничала, – Фыркнула Катя, появившись в кадре. – Москва же! Зарплата у тебя космическая, наверное, всё что захочешь, покупаешь.
Анна сжала телефон. 60 тысяч. Для их провинциального городка – богатство. Для Москвы, с арендой комнаты, платежом по ипотеке за двушку в родном городе , едой, проездом, коммуналкой – выживание. Она объясняла это сто раз.
– Кать, ты же знаешь, я почти все отдаю за квартиру и съëм. На руках остаются копейки. В отпуск не ездила с незапамятных времён.
– Ага, конечно, – Катя закатила глаза. – Вот у тебя здесь двушка! Просторная! А мы тут в однушке втроём, как селëдки. Ребёнку места не хватает!
Анна сглотнула комок обиды.
До осени прошлого года они в этой самой «просторной» двушке жили. Бесплатно.
Когда Катя развелась с мужем и ей некуда было идти, Аня по доброте душевной разрешила ей временно пожить в своей квартире. Катя нашла работу, но вот с сыном никак не получалось работать в полную силу: малыш часто болел, а больничные руководством не приветствовались.
Поэтому на подмогу пришлось вызвать маму из деревни, которая с радостью бросилась ей помогать.
А позднее средств от продажи дома хватило только на "однушку", в которую им пришлось переехать, когда Анна попросила освободить её квартиру – хотела сдавать, чтобы хоть как-то покрывать ипотеку.
– Квартира – это долг, Катя, на 25 лет! – попробовала она объяснить снова.
– Зато есть! – Бросила сестра. – И живешь ты явно не бедно. Ни в чём себе не отказываешь, покупаешь себе всё, что хочешь! Если уж нам на подарки хватает...
Слова Кати как ножом резанули. Анна посмотрела на свой скромный ужин – гречка с курицей. Последние сапоги купила полгода назад на распродаже. О " хотелках" давно забыла.
– Катя, это не так...
– Ладно, ладно, – перебила мама, но в её глазах Анна прочла то же самое – странное, обидное недоверие и... зависть.
Вспомнился декабрь. Анна, экономя на всём , купила им всем подарки: маме – хорошее пальто, свитер, брюки, серебряный кулон; Кате – кофту, сумку, косметику; племяннику – конструктор и тёплую куртку. Себе не купила ничего.
А потом рассказала маме по телефону, как купила в "Ашане" на распродаже майку за 200 рублей.
– Ой, какая хорошая майка! – Воскликнула мама тогда. – А нам с Катюшкой-то чего не взяла тоже? Говорят, в Москве всё дешевле...
Анна отключилась. Смотрела на экран, где родные лица вдруг стали чужими.
Почему? Почему её скромная жизнь кажется им роскошью? Почему её жертвы и тяжёлый труд видятся им лёгкой прогулкой?
Почему двушка, за которую она платит кровными, вызывает не гордость, а упрёки?
Она вспомнила советы близкой подруги , когда она пожаловалась ей на нападки сестры.
"Неадекватные. Не слушай их"...
"Не общайся с ними. Или редко. Но придется прибедняться..."
"Как же тебе удалось выгнать их из своей двушки? Поменьше общаться надо..."
"Не рассказывай о своих тратах, это ни к чему. - У меня ипотека, живу на "Дошираке" , о чём вы вообще? "
"Прекрати покупать матери и сестре подарки... этим самым ты просто кричишь им: " У меня есть лишние деньги! "
" Твои подарки, к сожалению, играют против тебя. Почаще жалуйся родственникам на ипотеку и скучную еду."
Раньше эти советы казались ей жестокими. Разве так можно с родными? Но теперь... Теперь они звучали как единственный путь к душевному спокойствию.
– ...Аня? Ты нас слышишь? – донёсся голос мамы.
– Слышу, мам, – ответила Анна, и в её голосе появилась новая нота – твёрдость. – Извините, у меня дела. Ипотечный платеж скоро, надо ещё подработку найти. Пока.
Она нажала "отбой". Тишина московской комнаты, обычно давящая, вдруг показалась спокойной. Она подошла к окну. Город горел огнями, казался таким огромным и чужим. Но в нём было её настоящее. Её труд. Её долг. Её жизнь.
Больше она не будет оправдываться. Не будет выкладывать душу. Не будет покупать любовь дорогими подарками.
Она перевела взгляд на ноутбук – нужно было доделать проект. Зарплата в 60 тысяч сама себя не заработает. А ипотеку платить надо. Ей помощи ждать не от кого.
Она села за стол. Впервые за долгое время мысль о родном городе и его обитателях не вызвала острой боли, а лишь усталое сожаление.
Пусть думают, что она "жирует". Ее реальность была здесь, в этих девяти метрах, в цифрах платежей и в упорной работе на свою, пусть пока и не лёгкую, московскую сказку. Сказку для одной себя.
Спасибо за внимание, ваши 👍и комментарии🤲🤲🤲. Мира, добра и взаимопонимания вам💕💕💕