В 2014 году Ирина Киселёва создала свою творческую студию, в которой для детей преподавали вокал, хореографию, игру на музыкальных инструментах, актерское мастерство. А в 2016-м на базе этой студии появился семейный инклюзив-театр «i», в котором звёздами на сцене становятся и дети с особенностями развития.
- У нас занимаются 180 детей, среди них есть дети с аутизмом и детским церебральным параличом (ДЦП). Мы никому не отказываем, каким бы тяжёлым ни был случай. А случаи бывали разные: например, ребёнок наотрез отказывался заходить в комнату или даже смотреть на своё отражение в зеркале...
Игра в театре – это дисциплина, обучение, работа над собой и своей волей. У нас со всеми детьми идёт серьёзная работа. Однако наши подходы более мягкие: обучающий процесс может проходить в игровой форме и определённых рамках, которые комфортны каждому ребёнку. Когда к нам приходят приглашённые режиссёры-постановщики, то они, бывает, спрашивают: «У вас один ребёнок на полу лежит, а второй играет... Почему вы не общаетесь с ними строго?» А зачем? Ведь у нас всё идёт от любви. Нам важно, чтобы ребёнок сам тянулся к своей роли.
«Миша, у нас спектакль»
Вспоминается история одного из наших воспитанников - Михаила. На своё первое занятие он всё никак не мог прийти: когда шёл с родителями в студию, то останавливался у мусорки, от которой пахло сигаретой, и... всё. Для него это был камень преткновения, который не давал зайти в здание. Спустя какое-то время первое занятие всё же случилось. Тогда мы с ним рисовали, однако Миша мог концентрироваться на задаче всего две минуты. При нашем первом знакомстве он тяжело вздыхал, не смотрел на меня, а на вопросы отвечал: «Извините, я устал». И всё, внимания больше нет.
Вскоре выяснилось, что у Михаила феноменальная память и прекрасный слух, это помогало ему продвигаться в актёрском мастерстве. Когда мы ставили постановку «8 чувств, или Рождение Человека», то у нас была задумка, чтобы главную роль играл человек с аутизмом. Во время репетиций Миша прекрасно помнил свои выходы и текст. И вот наступает день спектакля. За семь минут до начала мы замечаем, что Миши нет. Я звоню ему: «Миша, ты где?» - он отвечает: «В метро, еду перекусить домой». И я, растерявшись, говорю: «Миша, у нас спектакль, выйди из метро и беги назад». И он меня послушал.
Первая сцена начиналась так: открывается занавес, луч падает на Мишу, и он начинает говорить свой текст. Никогда не забуду эту картину: он прибежал весь мокрый, второпях сел на ступени декораций, с его носа падали капли пота. Я думала, что спектакля не будет... Но тут открылся занавес – и Миша отыграл все два часа изумительно. Это стало очередным подтверждением того, что хоть диагноз никуда не ушёл, но и с ним можно много достигнуть.
И таких примеров в нашей практике было и есть много: когда дети, в которых не верили даже родители, начинали говорить, выступать на сцене, проявлять себя.
К слову, Миша окончил школу, без репетиторов подготовился к экзаменам и поступил в вуз. И окончил его с отличием!
Первые слова
В работе с детьми всегда есть взлёты и падения, но мы стараемся не унывать, хотя некоторые истории, которые чаще связаны с родителями, оставляют грустные воспоминания.
Например, история Влады. Девочка пришла к нам в тяжёлом состоянии, не разговаривала. Но после занятий, на которых она заговорила, Влада получила роль в спектакле. Ей нужно было произнести одну реплику. Однако родители Влады, сидя на репетиции, заявили: «Она не сможет!» - и забрали ребёнка прямо со сцены домой. Позже Влада вновь пришла к нам на занятия, но случился сильный откат: она вновь не разговаривала.
К нам на занятия нередко приходят дети, которые не говорят дома, а у нас произносят свои первые слова и предложения. Так, одна из девочек во время развивающей игры неожиданно для всех сказала: «Лягушка». Мы радостные выбегаем к её родителям, которые ждали дочь в коридоре, и сообщаем эту новость. А взрослые, подняв на нас глаза, отрешённо говорят: «Да? А дома она не говорит». Спустя время успех повторяется: девочка могла сказать уже предложение, но её родители вновь отвечают: «А дома она молчит». И только после выясняется, что ребёнком дома не занимаются.
Более усердный труд
Родителям, которые воспитывают детей с особенностями развития, безусловно, тяжело. Очень быстро наступает выгорание, эмоциональная усталость, из-за которой хочется лишь отдохнуть и выспаться... Но нужно настроиться на то, что воспитание детей – труд, а воспитание детей с особенностями развития – более усердный труд. Пока родители спрашивают: «За что мне это?» - они не могут включиться в работу, упуская ценное время. Чем раньше родители начнут заниматься с ребенком, тем лучше. Ведь в раннем возрасте мозг обладает наибольшей пластичностью, то есть способностью изменяться и адаптироваться под воздействием опыта.
Мы верим в каждого ребенка, в его потенциал и силу.