Во время своих походов за дарами природы я как-то обратил внимание, что за черникой, голубикой, брусникой и клюквой в основном ходят женщины, очень часто в сопровождении мужчин. Наверное, потому, что процесс их сбора очень трудоемкий, и сильный пол с этим не справляется.
За морошкой и красной смородиной, а также за грибами ходят в большинстве своем мужчины. Здесь самое главное найти ягодное или грибное место, а дальше процесс сбора урожая несложный.
Местные жители рассказывали мне о том, что в лесу растет черная смородина и малина, но я сам их не видел.
В середине августа Николай предложил мне съездить за красной смородиной на Усу. Приехали мы рано утром. У местных взяли моторную лодку: чтобы добраться до ягод, нужно было подняться вверх по реке Уса.
На лодке мы прошли мимо деревни Старая Абезь, затем устье реки Лемва и минут через 30-40 причалили к берегу. Поднялись на высокий берег и сразу оказались в зарослях кустов красной смородины. Урожай был очень хороший, кусты все красные, на некоторых даже листья с трудом можно было разглядеть.
В эту поездку я узнал для себя кое-что новое и очень полезное. Оказывается, ягоды и грибы нельзя собирать в оцинкованные ведра, а тем более хранить или перевозить в них, можно отравиться. Собирают либо в эмалированные ведра, либо в корзины.
В деревне, где я лет с 5 проводил лето у бабушки с дедом, собирали только в корзины.
С собой у нас было по одному десятилитровому обливному ведру. В процессе сбора ягод было слышно, что на другом конце поляны кто-то тоже ягоду собирает. Но кто это - не видно. Николай предположил: наверное, еще кто-нибудь приплыл за ягодой, странно только, что лодки мы не видели.
По полному ведру собрали очень быстро. Николай подошел ко мне, поставил почти полное ведро рядом с моим ведром и предложил перекурить. Мы достали сигареты, а спичек - нет. День был жаркий, и куртки – вместе со спичками - мы оставили в лодке. Тогда Николай крикнул, обращаясь к другому сборщику ягод:
- Мужик, у тебя спички есть?
В ответ тишина. Он решил сходить посмотреть: кто там такой глухонемой. Секунд через 30-40, смотрю, бежит обратно. Глаза круглые, а пробегая мимо меня, крикнул:
- Там медведь!
Я кинулся за ним, позабыв про ведра с ягодой. Добежав до реки, мы запрыгнули в лодку и отплыли от берега. Медведи хоть и умеют плавать, но предпочитают без острой необходимости лишний раз не заходить в воду.
В лодке мы покурили, успокоились и решили сходить за ведрами.
С собой у нас не было ни ружья, ни ракетниц. Пришлось взять из лодки топор и котелок. Подходя к месту, где стояли ведра, мы стали громко стучать топором об котелок. Медведи опасаются громкого шума и, как правило, уходят.
Ведра с ягодами стояли на месте. Вокруг было очень тихо. Никого не было слышно. Я спросил Николая:
- Может, ты ошибался, и никакого медведя не было?
- Нет, - ответил он, - ошибиться я не мог. Давай пройдемся и посмотрим.
Мы пошли в ту сторону, откуда слышали звуки, продолжая стучать по котелку. На месте, где Николай видел медведя, кустарник заканчивался. За ним высокая трава, а потом лес. В траве две примятых полосы, одна большая, другая маленькая.
- Так это, похоже, была медведица с медвежонком, - сказал Николай. - И они тоже испугались. Я побежал в одну сторону, а они в другую.
Медвежонок, видно, был совсем маленький, так как медведица собирала ему ягоду, а он с земли ел. Делала она это следующим образом: ртом собирала ягоду с кустов вместе с листочками, а потом выкладывала их на землю. Мы нашли три кучки.
После этого мы пошли на место, где стояли ведра, набрали их с верхом. Затем вернулись в лодку и уплыли домой.