Тем не менее мы платим им так, будто они одноразовые. Что это говорит о нас?
Мы ходим по чистым помещениям и даже не задумываемся, кто их убирал. Когда я жил в США, я подрабатывал на разных работах, чтобы оплатить обучение в магистратуре. Подработка в ресторанах, на автозаправках и редкие заказы на доставку. Хотя это были не «грязные» работы в привычном смысле, они научили меня, насколько незаметным может быть труд в сфере обслуживания.
Однажды я работал в ночную смену на автозаправке в маленьком городке у шоссе. Поздно ночью, после того как я в тысячный раз почистил кофемашину и пополнил запасы конфет, в помещение ворвалась женщина и начала кричать, что колонка не работает.
Если вы хотите читать больше интересных историй, подпишитесь на наш телеграм канал: https://t.me/deep_cosmos
Она обрушилась на меня с финансовыми и словесными оскорблениями, пока я спокойно объяснял, что сначала нужно приложить карту, а уже потом снимать пистолет. Ей было всё равно. Она не хотела ничего слушать. Я был для неё невидимкой — буфером между ней и баком её машины.
В ту ночь я вернулся в общежитие, сел на пол с дешёвым обедом из микроволновки и пытался стереть чувство унижения. Проблема была не в оскорблении как таковом. Проблема была в предположении, что, раз я стою за прилавком, я достоин меньшего уважения.
Мне не понадобилось много времени, чтобы заметить закономерность. Большинство людей, занятых в подобной работе — особенно в подчинённых ролях, включая уборку, уход или вспомогательные функции — воспринимаются как мебель. Полезные, когда их используют. Незаметные — всё остальное время.
Некоторые профессии заслуживают большего, чем просто «спасибо»
1. Рабочие по обслуживанию и ремонту
В аспирантуре у меня был друг по имени Кевин, который работал в обслуживании студенческого общежития. Мы познакомились, когда я наливал себе чашку тёплого кофе в общей кухне, а он в полусырой униформе с гаечным ключом в руках чинил раковину.
Он как-то сказал, что самое трудное в его работе — не прочищать забитые унитазы и не вычерпывать воду с затопленных этажей. А то, как с ним разговаривают — будто просить у него помощи не входит в зону нормальных человеческих отношений.
Одна женщина как-то сказала ему прямо в лицо: «Я рада, что у меня есть образование, и мне не нужно делать такую работу». Он рассказал мне это с улыбкой — но это была та печальная улыбка, которая прикрывает острую боль.
Я спросил, почему он не пожаловался.
«А какой в этом смысл? — ответил он. — Она уже считает себя лучше меня. Жалоба этого не изменит».
2. Уборщики
Во время учёбы в колледже я познакомился с замечательной женщиной по имени Сандра, которая работала уборщицей по ночам. Она катала тележку и швабру из здания в здание. Я часто задерживался в библиотеке допоздна и пересекался с ней в коридорах — иногда мы разговаривали. Она была душевным человеком и искренне интересовалась, как у меня идут дела с учёбой.
Однажды я предложил ей кофе. Она удивилась, помолчала, а потом улыбнулась:
— Обычно меня даже не замечают, не говоря уж о том, чтобы предложить что-то.
Эта фраза осталась со мной. Я не сделал ничего особенного. Просто предложил чашку кофе.
Но для неё даже такая мелочь — редкость.
3. Рабочие по вывозу мусора
Когда я жил в Филадельфии, рабочие по санитарной уборке вышли на забастовку. Уже через пять дней город утонул в мусоре. Я помню, как вышел на улицу и чуть не задохнулся от вони. Над мусором кружили мухи, как стервятники. Крысы распоясались.
Эти люди таскают тяжёлые контейнеры, сортируют биоотходы. И делают это под палящим солнцем или леденящим дождём. За примерно $40 тысяч в год.
Когда они перестают работать — всё рушится.
Но как только они появляются на улице, мы морщим нос, отворачиваемся и делаем вид, что их нет.
4. Уход за больными и пожилыми
Один из моих соседей по квартире работал помощником по уходу за инвалидами. Он получал чуть выше минимальной ставки, хотя ему приходилось кормить, мыть, ухаживать и даже эмоционально поддерживать людей, которые не могли жить самостоятельно.
Однажды он пришёл домой сгорбленным, как раздавленным. Один из пациентов внезапно умер.
Он был вынужден вымыть тело, утешить семью, а потом — просто отметить конец смены, как будто это обычный день.
5. Парамедики и медработники скорой помощи
Я познакомился с девушкой на волонтёрском мероприятии. Она училась на курсы скорой помощи. Когда получила сертификат и начала работать, она сказала, что самое трудное — это не кровь или травмы, а зарплата.
«Иногда я буквально держу чьё-то сердце в руках, — сказала она, — а потом прихожу домой и думаю, хватит ли мне на еду».
Это поразило меня. Мы на словах восхищаемся работой экстренных служб, но платим им так, будто они одноразовые.
Мы требуем слишком многого от тех, кому даём слишком мало
6. Учителя
Когда я вернулся в Индию, я год преподавал в университете, где сам учился на бакалавриате. Это было одним из самых полезных и одновременно истощающих опытов в моей жизни.
Студенты были жаждущими знаний, а сама система истощала преподавателей. Долгие часы, скудные ресурсы и ожидания, выходящие далеко за рамки учебного плана — наставничество, психологическая поддержка, моральное руководство.
Я разговаривал с профессорами, которые проработали десятилетия и всё ещё жили от зарплаты до зарплаты.
Преподавание — это не просто работа. Это основа всех остальных профессий.
И всё же одна из самых недооценённых и недоплачиваемых.
7. Социальные работники
У моей девушки есть кузина — соцработница в Бангалоре. Она помогает женщинам, пострадавшим от насилия, и подросткам-беглецам. И каждый раз, когда мы говорим, я замечаю, что она всё более уставшая.
Однажды она сказала:
«Эта работа проникает во все сферы жизни. Ты не можешь просто отключиться в 6 вечера».
А зарплаты едва хватает на аренду. Ни пенсии, ни бонусов, ни благодарности.
Мы просим соцработников принимать на себя боль и стыд общества — и делаем вид, что они сами не истекают кровью.
8. Воспитатели в детских садах
Я как-то волонтёрил в местном детском саду в рамках благотворительной программы. Персонал был добрым, терпеливым и ужасно переутомлённым. Там работала женщина по имени Фатима — уже более десяти лет. Её спина была согнута, голос охрип от бесконечных песенок и утешений.
Во время перекуса она сказала:
«Люди думают, что это просто. Но эти дети вырастают с нашими отпечатками. Это — тяжесть».
И я понял, что она зарабатывает меньше, чем подросток на кассе в фастфуде.
Система не сломана. Она была так задумана
9. Продавцы и работники сферы обслуживания
В США я работал официантом в маленьком семейном ресторане. С виду — милое местечко. На деле — сущий ад. Посетители щёлкали пальцами, закатывали глаза, уходили, не оставив чаевых. Я научился натягивать фальшивую улыбку.
Однажды клиент обвинил меня, официанта, в том, что я «забыл его заказ», хотя он его даже не сделал. Он накричал, швырнул меню и ушёл. Я застыл в унижении, а остальные просто отвернулись.
Позже менеджер сказал:
— Не принимай близко к сердцу.
А как тут не принимать?
От работников обслуживания требуют быть весёлыми, незаметными и неуязвимыми, как роботы. А когда мы ломаемся — нас обвиняют в слабости.
10. Посудомойщики и повара на линии
Мой друг из студенческой организации работал в кухне по выходным — сначала посудомойщиком, потом поваром. Я зашёл к нему после смены — руки у него были сморщенные, в мозолях и ожогах от пара.
«С нами никто не разговаривает, — сказал он. — Но если мы не выйдем — никто не поест».
Он был прав. Кухня остановится. Зал закроется.
Но на того, кто моет посуду, обращают внимание только тогда, когда она плохо вымыта.
11. Курьеры и грузчики
Один парень, с которым я ездил в карпуле, работал в логистике и развозил посылки. После всех удержаний он зарабатывал меньше минималки и платил за бензин сам.
«Каждый день — гонка, — сказал он. — Если медленно — получаешь выговор. Если быстро — надорвёшь спину».
Он показал мне изношенную обувь.
Сказал, что не покупал новую, потому что не мог оплатить аренду.
Мы все хотим достоинства. Просто некоторые вынуждены за него бороться
12. Адвокаты по назначению и юристы-волонтёры
Одна моя знакомая по бакалавриату стала государственным защитником. Последний раз я слышал, что у неё было более 100 открытых дел, и она жила с соседкой в однокомнатной квартире.
Она как-то сказала:
«Защищать бедных и испуганных — всё равно что плыть против течения, в тебя ещё и камни кидают».
Она говорила:
«Ты защищаешь не преступников. Ты защищаешь справедливость».
Она могла бы пойти в корпоративное право. Не пошла.
И общество наказывает её за это.
13. Уход за пожилыми и хосписы
Есть одна тётушка в моём районе — работает в хосписе. Мы пару раз пили с ней чай. Она рассказывала истории — одни обнадёживающие, другие — душераздирающие. О том, как помогать людям умирать с достоинством.
Однажды она тихо сказала:
«Я рядом, когда их родные не могут быть».
И всё равно она зарабатывает меньше, чем водитель, который её подвозит.
Заключение
Нечто не так в мире, где комфорт важнее уважения к тем, кто делает этот комфорт возможным.
Слишком часто мы выбираем удобство, забывая о руках, которые его создали.