– Поедешь один, – сказала мужу, – я не обязана весь вечер терпеть твою родню

Мы стояли на кухне, и Вадим смотрел на меня так, будто я предала его самым страшным образом.

— Ну почему ты не хочешь поехать? — Он сдвинул брови. — Ты же знаешь, как мама ждёт.

— Знаю, — ответила я, отворачиваясь к раковине. — Но я не в настроении.

— Это не ответ.

Я резко развернулась:

— А что, у меня теперь нет права просто не хотеть?

Он замолчал, потом вздохнул.

— Поедешь один, — сказала я, вытирая руки. — Я не обязана весь вечер терпеть твою родню.

Вадим молча вышел из кухни.

Я осталась одна, и тишина в квартире вдруг стала громкой. На столе лежал телефон с сообщением: «Дорогие, ждём вас в субботу!».

Я не ненавидела его семью. Нет. Просто каждый раз, когда мы приезжали, я чувствовала себя чужой. Его мать — милая, но вечно поправляла меня: «Оль, ты неправильно режешь салат», «Оль, у тебя помада слишком яркая». А отец — добродушный, но после третьей рюмки начинал рассказывать, как «раньше жёны уважали мужей». Сестра Вадима, Катя, смотрела на меня свысока — она была юристом, а я всего лишь работала в детском центре.

Я села на диван и включила телевизор. Пусть Вадим едет один. Пусть объяснит, почему я не приехала. Может, хоть тогда они задумаются.

Но через час я уже жалела о своих словах. Вадим не звонил, не писал. Я листала ленту соцсетей, потом взяла книгу, но не могла сосредоточиться. В голове крутилось: «А что, если он прав? Может, я слишком резкая?»

Я вспомнила, как в прошлый раз свекровь тихо сказала Вадиму на кухне: «Ты её балуешь». Он тогда промолчал, но я видела его взгляд — он сомневался.

Телефон зазвонил. Я резко потянулась к нему, но это была мама.

— Привет, дочка, как дела?

— Всё нормально, — ответила я.

— Вы в субботу к Ирине Петровне едете?

— Нет. Вадим один поехал.

Мама замолчала на секунду.

— Опять поссорились?

— Нет, просто… мне не хочется.

— Оль, — мама вздохнула, — ты же взрослая. Иногда надо просто улыбнуться и терпеть.

— Почему? — спросила я резко. — Почему я должна терпеть?

Мама не ответила.

Вадим вернулся поздно. Я притворилась спящей, но слышала, как он осторожно раздевается и ложится.

— Ты не спишь? — спросил он тихо.

Я не ответила.

— Ладно… — он повернулся на бок.

— Как прошло? — не выдержала я.

— Нормально. Спрашивали, где ты.

— И что ты сказал?

— Что ты неважно себя чувствуешь.

Я перевернулась к нему. В темноте его лицо было неразличимо.

— Прости, — прошептала я.

Он потянулся и обнял меня.

— Ничего. Но в следующий раз… давай всё же попробуем вместе?

Я кивнула, прижавшись к его плечу.

Но внутри я знала: это не последний раз, когда мне захочется остаться дома.