Конфликт между вкладчицей Сбербанка и финансовым учреждением разгорелся из-за крупной суммы – около 3 000 000 рублей. Женщина утверждала, что имеет право на получение этих средств со своего депозита, в то время как Сбербанк отрицал сам факт его существования. По словам клиентки, она регулярно вносила деньги на счет, и лишь спустя почти три года обнаружила, что баланс нулевой. Разрешить противоречие было решено в судебном порядке.
Больше юридических нюансов можете найти в НОРМАТИВНОМ
Однако суды всех трёх инстанций отклонили иск женщины, мотивируя это тем, что она не смогла предоставить убедительные доказательства передачи денежных средств банку. Дело дошло до рассмотрения в Верховном суде, который уделил особое внимание поиску приходно-кассового ордера – основного документа, подтверждающего внесение денег на счет.
Согласно заявлению женщины, в феврале 2015 года она открыла в Сбербанке вклад на сумму 37 000 долларов США (что на тот момент составляло приблизительно 2,4 миллиона рублей с учетом процентов). В конце декабря 2017 года, при попытке снять средства, банк отказал ей, ссылаясь на то, что операция по открытию вклада была аннулирована в тот же день – 9 февраля 2015 года. Более того, по информации банка, в тот же день Игнатова закрыла другой свой депозит и сняла с него 38 060 долларов США, и никаких других операций с ее стороны не было зафиксировано.
Игнатова же утверждает, что до конца 2017 года не подозревала о каких-либо проблемах с вкладом. Об исчезновении денежных средств ей стало известно только при попытке их снятия. После отказа банка она подала иск в Никулинский районный суд Москвы, требуя взыскать с банка около 2 800 000 рублей.
Судебные процессы
В ходе разбирательств Сбербанк ограничился предоставлением скриншота из системы аудита, свидетельствующего об отсутствии неточностей в транзакциях от 9 февраля 2015 года. Подлинные документы в бумажном виде банк не предоставил, мотивируя это истечением пятилетнего срока их хранения на момент рассмотрения дела.
В сентябре 2020 года Никулинский районный суд города Москвы вынес решение не в пользу истца, посчитав, что не было доказано фактическое перечисление средств в банк, а следовательно, соглашение о вкладе не было заключено. Апелляционная и кассационная инстанции оставили это решение в силе.
Таким образом, все три судебные инстанции отказали женщине в удовлетворении её требований.
Аргументы сторон в Верховном суде
Игнатова направила жалобу в Верховный суд. Её представитель настаивал на том, что наличие счёта и банковская выписка подтверждают факт передачи денежных средств, а ответственность за нарушение процедуры открытия вклада, согласно постановлению Конституционного суда, возлагается на банк.
Судья поинтересовалась наличием у истца приходно-кассового ордера, как документального подтверждения внесения денег. Игнатова объяснила, что в 2015 году в филиале банка при переводе средств со старого вклада ей выдали лишь справку о совершённой операции, а сберегательную книжку не оформили. Об отсутствии открытия нового вклада ей стало известно лишь спустя два года.
На вопрос о причинах открытия нового вклада, а не продления старого, Игнатова ответила, что сотрудники банка предложили более выгодные условия. Она также упомянула обращение в правоохранительные органы, которое не принесло результатов.
Представитель Сбербанка заявил, что после закрытия предыдущего вклада истец не внесла средства для открытия нового депозита.
В ходе судебного разбирательства возник вопрос о наличии расходного кассового ордера, который бы подтверждал факт выдачи денежных средств клиентке при закрытии её предыдущего вклада. Указанный документ в материалах дела отсутствовал, и ранее этот аспект не исследовался.
Судья обратил внимание на то, что если средства для нового вклада не были внесены, то на каком основании банк предоставил справку о приёме денег? Представитель Сбербанка пояснил, что данная справка не имеет юридической силы из-за отсутствия даты, и клиент должен был обратиться с ней в кассу для завершения операции, чего, вероятно, Игнатова не сделала.
Представитель банка также подчеркнул, что истица уже имела опыт открытия вкладов в этом банке и знала порядок оформления. По мнению юриста, она должна была быть осведомлена о том, какие документы обязаны предоставляться банком при оформлении вкладов.
Судья Верховного Суда РФ поинтересовался, был ли у истца банковский счёт и отражались ли на нём поступления после закрытия вклада.
Представитель банка ответил, что счёт существовал, но денежные средства на него не поступали.
После анализа аргументов обеих сторон судебная коллегия отменила решения нижестоящих судов и вернула дело в Никулинский районный суд Москвы на новое рассмотрение.
Судьи Верховного Суда РФ указали на необходимость всестороннего изучения обстоятельств, связанных со снятием средств с вклада, учитывая возражения истца относительно получения наличных и отсутствия внесения этих средств на другой вклад.
Вышеуказанные недочеты не были приняты во внимание Вторым кассационным судом.
В связи с этим, Верховный Суд РФ отменил решения Никулинского районного суда, апелляционное определение Московского городского суда и определение Второго кассационного суда, направив дело на повторное рассмотрение в первую инстанцию.
При повторном рассмотрении суду предписано учесть замечания Верховного Суда и принять решение в соответствии с законодательством.
В результате нового рассмотрения дела в суде первой инстанции было принято решение в пользу женщины (дело № 02-2574/2022).
Сбербанк был обязан выплатить ей более 2 000 000 рублей, включая компенсацию морального ущерба в размере 50 000 рублей.
Однако на этом разбирательство не закончилось. В 2023 году истица подала еще один иск, в результате чего с банка была взыскана индексация процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 450 тысяч рублей (дело № 02-5741/2023).
Таким образом, из-за упущений сотрудников банка и длительного судебного разбирательства Сбербанк понёс значительные финансовые потери.