Продолжу летопись скандалов, связанных с писателями. Они имели разный резонанс в то время, но оказались живучи, дойдя до наших дней. Сегодня четыре истории. И начну я с....
1. У Александра Фадеева был друг молодости - литературный критик Иван Макарьев (1902-1958). Одно время успешный, издаваемый и делегат Первого съезда Союза писателей СССР. Но в 1936 году он попал под каток сталинских репрессий. История гласит, что, вроде бы, под документом, разрешающим арест друга, стояла подпись Фадеева.
В 1956 году, за несколько дней до самоубийства, Александр Александрович встретил Макарьева на тропинках Переделкино. Даже пригласил его в дом. Вроде бы друг молодости пристыдил Фадеева и за размеры хором. Пристыженный и, откровенно говоря, спивающийся Генеральный Секретарь СП, обещал сдать дом под детский сад, но не успел, застрелился. Вполне возможно после этого объяснения с другом. Так во всяком случае гласила безжалостная молва. ( Хотя по справке Председателя КГБ Серова накануне у Фадеева состоялся трудный разговор с Маршаком и Погодиным.). Вроде бы Макарьев, где только можно говорил, что не из-за него Фадеев застрелился, не из-за него...
Маршак с Погодиным тихо молчали, а Твардовский, многим обязанный Фадееву, плакал в своих Дневниках.
Спустя два с половиной года, после драмы мая 1956 года, наложил на себя руки и Иван Сергеевич Макарьев. Говорят недосдача случилась в московском отделении Союза писателей.
Кстати, ныне дом Фадеева обнесен высоким забором, территория разделена на участки. Турист к нему не подойдет и даже через забор дом не увидит. Инициатор этого всего, как уверяют местные жители, Антон Олегович Табаков. Впрочем, это уже другая история.
2. Писатель Эдвард (Исаак) Шолок (1896-1974). Первое свое произведение издал в 1928 году. В 1934, в знаменитом Горьковском наборе, был принят в Союз писателей. Примерно в тоже время начал ездить по СССР , выдавая себя за... Михаила Шолохова. Самозванцу верили довольно долго т.к телевизора в то время не было. А на полосы газет Михаил Шолохов попадал нечасто. Для властей, некоторой его части, его личность была сомнительной. До тех пор, пока автор "Тихого Дона" не стал частым собеседником Сталина. Однако, как гласит пословица, "сколько верёвочке не виться, а конец все равно будет". Самозванец Шолок был разоблачен и исключён из рядов Литфонда и СП. Пусть скажет спасибо, что легко отделался.
Следующая (оно же вторая) книга вышла у Эдварда-Исаака в 1949 году. Называлась "Останкино и его театр". Желающие могут купить в наши дни через озон.ру. Выдержала несколько изданий.
Замечу, только, что двойники - самозванцы не перевелись и более поздние советские годы. Будете в доме-музее Булата Окуджавы, что в Переделкино, попросите экскурсовода показать фотокарточку одного такого проходимца, выдавшего себя за автора хита про "комиссаров в пыльных шлемах". Булат Шавлович вставил его портрет в рамочку и показывал гостям.
3. Об этом скандале с Константином Фединым (1892-1977) мы знаем от Лили Брик. Она была соседкой Федина по Переделкино. Их разделял один дом - Бориса Пастернака - по улице Павленко. Выгуливая себя с друзьями, навещавшими ее в этом литературном заповеднике, бывшая муза Владимира Маяковского любила пересказывать местный скандал. А дело было вот в чем.
Константин Федин только-только переехал в новый дом. А ночью, кто-то за забором вывел на земле большими буквами слово из трех букв... То самое. Вы правильно подумали, читатели.
Неприличное слово убрали. Но на следующий день история повторилась. Хулигана не нашли. Но приняли решение - землю заасфальтировать. Все же улица главного писателя СССР! Сказано - сделано. Утром писатель вышел на балкон с чашкой чая, а на свежем асфальте красовалось неприличное слово из... пяти букв.
Где больше скандала - что кто-то так недолюбливал Первого Секретаря СП Константина Федина или что историю, много лет спустя, пересказывала недобрая Лиля Брик? До наших дней ее донес приятель Лили, актер с Таганки Вениамин Смехов. Скажем спасибо "Атосу".
4. Анатолий Кузнецов (1928-1978) Писатель жил и работал в Туле. Его перу принадлежал нашумевший в свое время роман "Бабий Яр". Тема была острая и, скажем так, небезопасная для того времени. Кузнецов стал первопроходцем в ней. ( Как, к примеру, Сергей Сергеевич Смирнов, в вопросе Брестской крепости). Тем не менее, Кузнецов пошел на некоторые компромиссы и считался человеком своим, проверенным. У партии и КГБ, конечно. По этой причине писатель отправился командировку в Великобританию, для сбора материалов книги о В. И. Ленине. Как известного вождь пролетариата работал некоторое время в Лондоне, находясь в изгнании.
Изгнание, но добровольное, провозгласил и писатель-коммунист Анатолий Кузнецов. Разразился скандал. Громкий! Дело рассматривалось даже в Политбюро ЦК КПСС. Мол, каким образом мы все, включая спецслужбы, поверили оборотню?!
Но это не конец скандала. Перебежчик подлил "масла в огонь". Выступая на вражеской радиостанции он сообщил, что был.... информатором КГБ. Поскольку большинство членов Союза писателей любили на ночь слушать BBC, и подобные им "голоса", то скандал был подобен буре. Многие делились с "другом Толей" той информацией о которой говорить не стоило. Оказывается он всё, под роспись, сливал наследникам железного Феликса.
Первым получил "фителя" писатель Анатолий Гладилин. Он вылетел из редакторов киножурнала "Фитиль". Шеф-редактор Сергей "гимнюк" Михалков даже не стал с ним разговаривать. От такого несчастья Гладилин сам запросил на Запад. Разрешение получил. Встретился там с бывшим другом Толей и вместо того, чтобы поговорить с ним по-мужски, распил с ним бутылку водки. Она, как известно, connecting people. М-да, КГБ не учло русский характер, его особенности. Однако, вскоре, в Европе началась эпидемия уколов зонтиками. Кузнецов решил, что следующий он, заболел "манией преследования" и ушел в мир иной. Было ему только 50 лет.
Какая история произвела наибольшее впечатление? Продолжить летопись околокультурных скандалов?
Моя предыдущая статья: