Найти в Дзене

Примирение родителя и ребёнка. Из диады в триаду

Представьте, что к вам на приём приходит человек, который жалуется на отца. Тот, в его рассказе предстаёт буквальным монстром. Не любил, не поддерживал, издевался и бил. При этом ваш клиент в это искренне верит. И вы ясно видите, что в этой ситуации есть жертва, ваш клиент, и насильник, его отец. Но теперь предположим, что вам удалось бы поговорить с его отцом. И тот сказал бы примерно такое.. «Я его очень любил, работал на трёх работах, всё лучшее ему, у меня даже не было времени с ним общаться, ведь прокормить и хорошо одеть было важнее. А бил потому что хотел, чтобы он вырос настоящим мужиком, не боялся боли и трудностей». И ведь он тоже будет искренним в своей правоте. Именно поэтому в классической психологии примирение родителей является очень сложной задачей. Каждый из участников искренне уверен в своей правоте. И, именно в решении этой проблемы мы видим как расстановки являются для нас выходом из ситуации. Потому что у папы был свой папа, который его тоже не поддерживал и не дав

Представьте, что к вам на приём приходит человек, который жалуется на отца. Тот, в его рассказе предстаёт буквальным монстром. Не любил, не поддерживал, издевался и бил. При этом ваш клиент в это искренне верит. И вы ясно видите, что в этой ситуации есть жертва, ваш клиент, и насильник, его отец.

Но теперь предположим, что вам удалось бы поговорить с его отцом. И тот сказал бы примерно такое.. «Я его очень любил, работал на трёх работах, всё лучшее ему, у меня даже не было времени с ним общаться, ведь прокормить и хорошо одеть было важнее. А бил потому что хотел, чтобы он вырос настоящим мужиком, не боялся боли и трудностей». И ведь он тоже будет искренним в своей правоте.

Именно поэтому в классической психологии примирение родителей является очень сложной задачей. Каждый из участников искренне уверен в своей правоте. И, именно в решении этой проблемы мы видим как расстановки являются для нас выходом из ситуации.

Потому что у папы был свой папа, который его тоже не поддерживал и не давал необходимой любви. Который его тоже бил и издевался. И папе тоже было больно и обидно, просто психологов тогда ещё не было. Но папа вырос и забыл, подавил, закрыл свои боли и обиды, а стратегию воспитания оставил, потому что другой он и не знает.

И мы можем поставить папу папы и их боль, обиду и страхи. И наш клиент увидит, что папа просто не мог по-другому, что нет диады насильник/жертва, а есть две жертвы и это их объединяет и позволяет клиенту принять отца.

Но мы можем пойти глубже и задаться вопросом «А почему вообще так происходит в этой семье? Откуда-то же всё это началось». И, уйдя в Род мы увидим воистину тяжёлые времена войн и голода, когда появление именно такой любви, с упором на добычу ресурсов и наказания, был действительно вопросом выживания ребёнка для родителей. Либо так, либо смерть. Цена высока, но только так они могли выжить, и дать впоследствии жизнь нашему клиенту. И это заслуживает уважения и благодарности. То страшное время прошло, но стратегия осталась. И теперь мы можем её изменить.

Как я уже сказал, папа не знал другой любви и стратегии воспитания детей. И его папа не знал, и прадед. Чем заменять? Тогда мы идём в Род и ищем тех людей, кто жил до страшных времён. Кто умел любить по-другому, тепло и поддерживающе, кто может передать и научить этому умению.

Таким образом, в итоге, мы позволяем клиенту принять своего отца в сердце таким, какой он есть, принять настоящую любовь и взрастить её в своём сердце и своему сыну передать уже именно её, обеспечив счастье не только клиенту, но и его потомкам.