Не внешнее, а исходящее от самих детей. Их вечные сны пронзил неведомый узор — живая, дышащая ткань света из неизвестной энергии. ИскИн, страж экипажа, запаниковал: мутация. Оружие праха Земли. Пучок теплой светящейся нити коснулся стены. Металл ожил, заструился, распустился стальным цветком с едва заметным пульсом. Железная пустыня корабля и новая, живая диадема вокруг ребенка — грань между гибелью законов физики и рождением иного. Что пробудилось в детях за время пути. Вызволит ли это старую Землю или станет семенем для далеких чужих полей. В холодном сиянии застыла дуга — от конца прошлого к новым невозможностям. Завтра медленно открывает глаза.
Не внешнее, а исходящее от самих детей. Их вечные сны пронзил неведомый узор — живая, дышащая ткань света из неизвестной энергии. ИскИн, страж экипажа, запаниковал: мутация. Оружие праха Земли. Пучок теплой светящейся нити коснулся стены. Металл ожил, заструился, распустился стальным цветком с едва заметным пульсом. Железная пустыня корабля и новая, живая диадема вокруг ребенка — грань между гибелью законов физики и рождением иного. Что пробудилось в детях за время пути. Вызволит ли это старую Землю или станет семенем для далеких чужих полей. В холодном сиянии застыла дуга — от конца прошлого к новым невозможностям. Завтра медленно открывает глаза.
