На Петербургском международном экономическом форуме в этом году обсуждался вопрос о необходимости новой модели развития экономики, поскольку существующая модель себя исчерпала. Это признали все представители финансово-экономического блока правительства России. Но какую модель развития могут предложить эти деятели? Пока что непонятно. Но может ли модель развития Беларуси быть эффективной для России?
Экономическая модель Беларуси
Николай Платошкин сказал, что в Беларуси экономическая модель в нынешнем виде появилась после того, как Александр Лукашенко стал президентом страны. В чем её особенность? Прежде всего в том, что государство поддерживает крупную промышленность, сохраняет элементы плановой экономики.
То есть если другие постсоветские республики пытались в 1990-е годы копировать западные модели экономики, то в Беларуси в большей мере копировали экономическую модель Китая, также сохранялись элементы советской экономики. Благодаря этому в Беларуси и сохранили промышленность.
Есть миф, что Беларусь существует только за счет России. Однако в 1990-е годы в Беларуси начался экономический рост быстрее, чем в России. И без помощи России, поскольку в те годы Россия не могла помогать Беларуси. Так что и без помощи России Беларусь могла развиваться, что опять-таки доказывает эффективность экономической модели Беларуси в тех конкретных условиях. При этом стоит добавить, что ограничительные меры против Беларуси были уже давно, задолго до того, как они стали действовать против России.
Влияние крупного бизнеса
Николай Платошкин подчеркнул, что главная разница между Россией и Беларусью заключается в том, какое влияние на принятие решений на высшем уровне может оказывать крупный бизнес. В России есть структуры, такие как Российский союз промышленников и предпринимателей.
Эта структура влиятельна: на её съездах выступает президент России, к их рекомендациям прислушивается правительство, и в итоге эти люди в плюсе, то есть даже в нынешних условиях их богатства растут.
А что же в Беларуси? Лукашенко прямо заявляет, что бизнес никогда не поставит на колени государство, и поэтому бизнес должен работать в интересах страны, а не наоборот. Поэтому в Беларуси нет никакого влияния крупного бизнеса на принятие решений.
В этом ключевое отличие между странами. И возникает вопрос: неужели подобное нельзя перенять? Еще как можно. И это бы гарантировало стабильный рост экономики, уверен Николай Платошкин, поскольку в сложных условиях для государства приоритетом не должна быть максимальная прибыль для горстки сверхбогатых.
Позиция Николая Платошкина
Николай Платошкин считает, что в Беларуси разумный подход к экономике. Дело в том, что крупные предприятия до сих пор принадлежат государству, и они являются эффективными.
В случае, если бы они были приватизированы, как это случилось в России, то большей их части уже бы просто не существовало. То есть крупный бизнес получил бы деньги за счет этих предприятий разово — и все. Разве в этом есть выгода для государства? Понятно, что нет.
Основная экономическая проблема России в том, что до сих пор не пересмотрены итоги приватизации 1990-х, до сих пор деятели, которые успели скупить советские предприятия, зарабатывают огромные деньги за счет того, что было создано советским народом.
А ведь деятельность сверхбогатых после приватизации 1990-х, по мнению Николая Платошкина, однозначно была деструктивной. Помимо разрушения многих предприятий можно выделить что? Вывоз капитала из страны.
Этим, к слову, тоже Беларусь сильно отличается от России, поскольку там нет такого вывоза капитала из страны, в основном деньги работают внутри страны, благодаря чему Беларусь развивается.
Странно не понимать, что в настоящее время было бы правильно пересмотреть подход к экономике, то есть обратить внимание хотя бы на опыт Беларуси, чтобы частично его использовать в интересах страны.
Николай Платошкин уверен, что, если в России будут копировать опыт Беларуси, то есть использовать элементы плановой экономики, а также государство будет владеть главными предприятиями, это может обеспечить рост экономики, рост производительности труда.