Женщина устала от забытых годовщин и отсутствия внимания мужа который не замечает её боли одиночества и усталости в браке конфликты и страх развода.
Андрей сидел в кухне за круглым столом с клетчатой скатертью, жевал котлеты и думал о завтрашней смене. Нужно было закончить ремонт третьего станка, а потом ещё отчёт написать начальнику. Светлана молча поставила перед ним тарелку, села напротив со своей порцией. Она даже не посмотрела на него — просто ела, уставившись в окно.
Максим забежал на кухню, схватил яблоко с холодильника. На холодильнике висели старые магнитики и фотографии — их свадьба, отпуск в Сочи, Максим в детском саду.
— Мам, а что у вас случилось? Ты такая грустная, — сказал семнадцатилетний сын, откусывая яблоко.
— Ничего не случилось, Максим.
— Может, тебе подарок купить? У меня деньги есть с подработки. Работаю в автосервисе по выходным, уже две тысячи накопил.
Андрей поднял голову от тарелки. О каком подарке речь? Какой сегодня день? Он быстро прокрутил в голове — суббота, 16 декабря, ничего особенного. Светлана вдруг заплакала — тихо, без звука, слёзы просто потекли по щекам.
— Мам, что такое? — испугался Максим, отложил яблоко.
— Спроси у папы, — сказала Светлана и быстро ушла в спальню.
Андрей остался с сыном, ничего не понимая. Что произошло? Что он мог сделать не так?
— Пап, сегодня же 16 декабря, — тихо сказал Максим. — День вашей свадьбы. Двадцать два года назад.
Как камень в воду.
Андрей почувствовал, как всё внутри провалилось. Годовщина. Он забыл. Опять. В прошлом году тоже забыл, Светлана тогда весь вечер молчала. А в позапрошлом... да и в позапрошлом забыл.
— Чёрт, — пробормотал он, откладывая вилку.
— Папа, мама каждый год ждёт, что ты вспомнишь. Она даже платье новое купила на этот раз.
Андрей посмотрел на сына. Когда Максим стал таким взрослым? Когда начал понимать больше, чем сам отец?
Андрей зашёл в спальню. Светлана лежала на кровати, отвернувшись к стене. На её тумбочке стояли баночки с кремами, лежали журналы. На его тумбочке — только будильник и зарядка от телефона.
— Света, прости. Я на работе был с утра, в голове одни проблемы. Этот чёртов станок никак не могу отладить, а начальник давит...
— Знаю.
— Завтра исправлю. Куда-нибудь сходим, да? В тот ресторан, где мы раньше бывали.
— Не надо.
— Почему не надо? Давай в ресторан или в кино. Что сейчас в кинотеатре идёт?
— Не хочу идти в ресторан из жалости.
— Какая жалость? Я же люблю тебя. Ты же знаешь.
Светлана молчала. Андрей сел на край кровати, хотел дотронуться до её плеча, но остановился.
— Света, ну поговори со мной.
— О чём говорить, Андрей? Я устала повторять одно и то же.
— Я правда забыл. Работы много, голова забита.
— Всегда много работы. Всегда голова забита.
Андрей понял: обычные слова больше не работают. Что-то изменилось. Светлана не кричала, не упрекала — она просто отстранилась.
Утром Андрей завтракал один за большим столом. Светлана ушла к маме — сказала, что помогать будет с ремонтом. Максим собирался к друзьям, складывал учебники в рюкзак.
— Пап, а ты правда забыл про годовщину?
— Забыл, сын. Работы много, — повторил Андрей вчерашнюю фразу.
— Мама каждый год покупает себе цветы в этот день. Сама себе. Ты не замечал?
— Что?
Максим застегнул рюкзак, посмотрел на отца серьёзно.
— Ну да. Говорит, что муж подарил. А сама покупает. Я случайно видел чек в её сумке в прошлом году. Розы за две тысячи рублей.
— А почему она не скажет мне об этом?
— Наверное, стыдно. Или думает, что не поймёшь.
Максим надел куртку, остановился у двери.
— Она тогда плакала, пап. Сидела на кухне с этими цветами и плакала. А мне сказала, что это слёзы радости.
Что-то внутри переворачивается.
Андрей остался один в квартире. Двухкомнатная, купленная в ипотеку десять лет назад. Всё то же самое: телевизор, диван, стол. Только почему-то стало тесно и неуютно.
Он попытался вспомнить, когда последний раз дарил Светлане цветы. На 8 Марта? Или на день рождения? А может, на Новый год? Не помнил.
На работе Андрей стоял у станка, но мысли были дома. Шум производства, запах машинного масла, грязные спецовки — всё как обычно. Но что-то мешало сосредоточиться.
На перерыве он вышел в курилку, позвонил коллеге Виктору. Виктор работал в соседнем цехе, был на пять лет младше, но казался умнее в семейных делах.
— Витя, а ты жене цветы даришь?
— Конечно дарю. А что?
— Просто так или только по праздникам?
— Да по-разному. Иду домой, вижу цветы — покупаю. Женщины это любят. Настроение у них поднимается.
— А я только на 8 Марта покупаю.
— Андрей, ты что, совсем? Жена — это не сослуживец. С ней надо по-другому.
— Как по-другому?
— Да внимание оказывать. Интересоваться, как дела. Комплименты говорить. Я вот вчера Ольге сказал, что она красивая в новом платье. Она весь вечер улыбалась.
— А что, нужно каждый день говорить комплименты?
— Не каждый день, но регулярно. Ты же хочешь, чтобы жена была счастлива?
Андрей понял, что не может вспомнить, когда последний раз делал что-то из этого списка. Когда говорил Светлане, что она красивая? Когда интересовался её делами, не связанными с домом и едой?
— Витя, а ты знаешь, какой у жены любимый цвет?
— Конечно знаю. Фиолетовый. А любимый фильм — «Красотка» с Джулией Робертс. Смотрели вместе раз пять.
— А я не знаю, — признался Андрей.
— Тогда срочно узнавай. И цветы купи. Хорошие, не те, что у метро продают.
После работы Андрей поехал в центр, к нормальному цветочному магазину. Витрина была яркая, полная разных букетов. Запах свежих цветов смешивался с холодным декабрьским воздухом.
Букет роз стоил 3500 рублей. Для семьи с доходом в 80 тысяч это было ощутимо, но не критично. Продавщица — женщина его возраста, лет сорока — упаковывала цветы в красивую бумагу.
— Красивые цветы. На праздник? — спросила она, завязывая ленточку.
— На годовщину. Опоздал на день, — честно признался Андрей.
— Бывает. Главное, что вспомнили. Жена будет рада.
— А вы дарили бы себе что-нибудь, если бы муж забыл про вашу годовщину?
Продавщица остановилась, посмотрела на него удивлённо.
— Сама себе? Не знаю. Наверное, было бы грустно. Зачем самой себе дарить?
— А если каждый год забывает?
— Тогда я бы с ним серьёзно поговорила. Или... не знаю. Может, перестала бы ждать. Зачем мучиться?
Андрей взял букет, вышел на улицу. Светлана уже перестала ждать. Поэтому она не кричала, не упрекала. Она просто смирилась.
Дома Светлана сидела на кухне, пила чай из своей любимой кружки — белой, с синими цветочками. Максим делал уроки в своей комнате, слышно было, как он что-то печатает на компьютере.
— Света, вот. Извини, что вчера... — Андрей протянул букет.
— Спасибо. Красивые.
Она взяла цветы, но не понюхала их, как делала раньше. Просто поставила в вазу, которую достала из шкафа.
— Может, всё-таки куда-нибудь сходим? В «Европу» сходим поужинать, как раньше.
— Андрей, мне 42 года. Я устала просить тебя о внимании.
— Я же работаю на семью! Зарплата 52 тысячи, плюс премии. Мы же нормально живём.
— Я тоже работаю. В поликлинике с утра до вечера. И готовлю, и стираю, и убираю. Но мне ещё хочется, чтобы муж меня замечал.
— Я же замечаю...
— Когда в последний раз ты спрашивал, как у меня дела? Не «что на ужин», а как дела на работе, что беспокоит, о чём думаю?
Андрей открыл рот, чтобы ответить, но понял, что не может вспомнить.
— Ну... не помню точно, но...
— Вот именно. Не помнишь. Потому что не спрашиваешь.
Светлана встала, начала мыть чашку в раковине. Движения у неё были уставшие, плечи сутулые.
— Андрей, я не хочу ругаться. Я просто устала быть невидимой.
Максим вышел из своей комнаты, увидел напряжённые лица родителей. На стенах его комнаты висели постеры с машинами и футболистами, на столе — учебники и тетради.
— Что, опять ругаетесь? — спросил он, подходя к холодильнику.
— Мы не ругаемся, — сказала Светлана, вытирая руки полотенцем.
— Мам, а почему ты плакала вчера? Я же видел.
— Просто устала, сынок. Работа тяжёлая.
— А, пап, — Максим повернулся к отцу, — а ты помнишь, что мама новую стрижку сделала?
— Какую стрижку?
— Ну вот, покороче. Две недели назад. В «Стиле» стриглась, за полторы тысячи.
Андрей посмотрел на жену. Действительно, волосы стали короче и как-то по-другому уложены. Как он не заметил? Две недели прошло!
— Красиво, — сказал он. — Тебе идёт.
— Поздно заметил, — спокойно ответил Максим. — Мама расстроилась тогда, что ты ничего не сказал. Она же специально красивая стрижка сделала.
— Максим, хватит, — остановила его Светлана.
— Что хватит? Это же правда. Пап, ты маму совсем не замечаешь.
Андрей чувствовал, как в груди что-то сжимается. Неужели он настолько слепой?
Андрей вышел на балкон покурить. Балкон был небольшой, с видом на соседние дома. Стояли два старых стула, пепельница, несколько горшков с увядшими цветами — Светлана когда-то пыталась разводить герань.
Он достал из кармана куртки пачку сигарет — а между сигаретами был засунут конверт. Белый конверт с именем «Андрей», написанным знакомым почерком Светланы. Дата на конверте: 16 декабря 2024 года.
Ровно год назад.
Андрей понял, что письмо попало в его куртку случайно. Наверное, Светлана хотела его спрятать, засунула в карман, а он не заметил. Всю зиму проносил в кармане, не зная.
Он долго держал конверт, понимая, что читать чужое письмо нельзя. Это личное, не для него предназначенное. Но любопытство было сильнее.
Андрей вскрыл конверт дрожащими руками.
«Андрей, сегодня наша годовщина. Двадцать один год. Ты опять забыл. Сижу на кухне, жду — может, вспомнишь. Смотрю на календарь, думаю, что вот сейчас ты войдёшь и скажешь: «Светка, а ведь у нас сегодня праздник!» Но не говоришь. Не вспоминаешь.
Я купила себе цветы, как всегда. Сказала Максиму, что это ты подарил. Не хочу, чтобы сын думал, что папа равнодушный. Не хочу, чтобы он видел, какая у него мама неудачница.
Но я больше не могу. Мне 41 год, и я чувствую себя невидимкой в собственном доме. Ты приходишь с работы, ешь, смотришь телевизор, спишь. Со мной не разговариваешь. Я не помню, когда ты последний раз обнимал меня просто так. Или интересовался моими делами. Или замечал, что я новую стрижку сделала, или платье купила.
Я устала быть кухаркой и прачкой. Хочу быть женой. Твоей женой. Завтра подам на развод. Не потому что не люблю. А потому что больше не могу жить с человеком, который меня не видит. Света».
Андрей читал письмо дважды, трижды. Руки дрожали.
Завтра подам на развод.
Но она не подала. Почему?
Он закурил, но сигарета показалась горькой. Затушил, снова посмотрел на письмо.
Хочу быть женой. Твоей женой.
А он превратил её в домработницу.
Андрей зашёл в кухню потрясённый. Светлана мыла посуду у раковины, спина у неё была прямая, напряжённая. Максим снова сидел в своей комнате.
— Света, а почему ты тогда не подала на развод?
— О чём ты? — не оборачиваясь, спросила она.
— Год назад. После годовщины.
Светлана замерла, медленно обернулась. На лице удивление, потом испуг.
— Откуда ты знаешь?
— Я... нашёл твоё письмо. В куртке.
— Какое письмо?
— Где ты писала про развод. Где ты... где ты писала, что я тебя не замечаю.
Светлана покраснела, потом побледнела. Полотенце выпало из рук.
— Ты читал моё письмо?
— Света, прости. Я не хотел...
— Как ты мог? Это было личное!
— Я не знал, что это такое. Думал, может, записка какая-то, напоминание.
— Это было НЕ для тебя! — голос Светланы дрожал. — Это было... это было для меня самой.
— Для себя?
— Я писала, чтобы решить. Чтобы понять, что делать. Писала и думала — а может, всё не так плохо? Может, я преувеличиваю?
— И что решила?
— Что не могу. Не могу разрушить семью. Не могу лишить Максима отца. Не могу начать жизнь заново в 41 год.
Максим услышал повышенные голоса, вышел из комнаты. Волосы у него были взъерошенные, на футболке пятно от чая.
— Что происходит? Почему вы кричите?
— Ничего, сынок, — сказала Светлана, вытирая слёзы. — Просто разговариваем.
— Мам, ты плачешь? Папа, что ты сделал?
— Максим, твоя мама год назад хотела подать на развод.
— Андрей! — возмутилась Светлана. — Зачем ты ему говоришь?
— Правда? — шокирован Максим. — Мам, это правда?
— Да, — тихо ответила Светлана. — Правда.
— Почему?
— Потому что папа меня не замечает. Совсем. Для него я не существую как человек.
— Но ты же не подала?
— Нет. Пожалела вас. И себя. Испугалась.
Максим сел на стул, посмотрел на отца серьёзными глазами.
— Пап, а ты правда маму не замечаешь?
Андрей молчал. Что сказать? Что он прекрасный муж? Что он внимательный и заботливый? Но письмо Светланы разрушило все его оправдания.
— Честно, пап. Ты знаешь, какой у мамы любимый цвет?
— Синий? — неуверенно сказал Андрей.
— Зелёный, — покачал головой Максим. — А любимый фильм?
— Не знаю.
— «Титаник». Папа, ты совсем не знаешь свою жену.
Андрей сел рядом со Светланой за круглый стол с клетчатой скатертью.
— Света, а можно я тебя кое-что спрошу?
— Что?
— Как у тебя дела?
— Какие дела?
— Ну... на работе, в жизни, вообще. Как ты себя чувствуешь? Что тебя беспокоит?
Светлана удивлённо посмотрела на него, словно не поверила, что он действительно спрашивает.
— Правда хочешь знать?
— Правда. Очень хочу.
— Устала, — сказала она после паузы. — Очень устала от того, что живу как одинокая. При муже, но одинокая. Работаю с утра до вечера в поликлинике, потом прихожу домой и снова работаю. Готовлю, стираю, убираю. И при этом чувствую себя никому не нужной.
— А что тебе нужно, чтобы не чувствовать себя одинокой?
— Чтобы ты иногда спрашивал, как дела. Замечал, когда я что-то меняю во внешности. Обнимал просто так, не только когда хочешь секса. Интересовался мной как человеком, а не как обслуживающим персоналом.
— Можно я буду это делать?
— Если по-настоящему хочешь, а не из жалости. Не потому что прочитал письмо.
— Хочу. Честно хочу.
Андрей осторожно взял её руку. Она не отдёрнула.
— Света, а какой у тебя любимый цвет?
— Зелёный.
— А любимый фильм?
— «Титаник».
— А любимая песня?
— «Я буду долго гнать велосипед».
— А о чём ты мечтаешь?
Светлана помолчала, потом тихо сказала:
— Хочу съездить в Париж. Хочу выучиться на парикмахера. Хочу, чтобы муж гордился мной. Хочу чувствовать себя красивой и нужной.
— Я буду помнить, — сказал Андрей. — Я буду стараться. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя одинокой.
— Посмотрим, — ответила Светлана. — Посмотрим, хватит ли у тебя терпения.
Максим подошёл к столу, обнял маму за плечи.
— Мам, а ты теперь не будешь подавать на развод?
— Не знаю, сынок. Пока не знаю.
— А ты, пап, будешь стараться?
— Буду, — твёрдо сказал Андрей. — Обещаю.
И впервые за много лет он действительно хотел сдержать своё обещание.
Лучшая награда для автора — ваши лайки и комментарии ❤️📚
Впереди ещё так много замечательных историй, написанных от души! 💫 Не забудьте подписаться 👇