Вера проснулась от телефонного звонка. Воскресенье, половина седьмого утра. Кто звонит в такую рань? На экране высветилось: Клавдия Семёновна. Тётка мужа. Сердце ёкнуло — неужели что-то случилось со свекровью?
— Алло, Клавдия Семёновна?
— Вера, милая! — голос дрожал от возмущения. — Что же вы с Людмилой Петровной творите? Она мне вчера звонила, рыдала в трубку. Говорит, что превратилась у вас в бесплатную прислугу!
Вера села на кровати, пытаясь сообразить, о чём речь.
— Я не понимаю...
— А понимать тут нечего! — не давала вставить слово Клавдия Семёновна. — Вы забыли, что пожилые люди тоже имеют право на отдых? Сами справляйтесь со своими детьми, раз их родили. А бабушке дайте наконец передохнуть!
Гудки в трубке. Вера сидела, глядя в никуда, и не могла понять, что происходит. Какая прислуга? Людмила Петровна ничего не говорила, что ей тяжело. Наоборот, всё время повторяла, что рада помочь.
Игорь ворочался рядом, недовольно бурча что-то про ранние звонки. Вера толкнула его в бок.
— Твоя тётка звонила. Говорит, что мы твою мать эксплуатируем.
— Что? — муж окончательно проснулся. — Какая эксплуатация? Мама же сама предложила с Катюшей сидеть.
Да, предложила. Полтора года назад, когда Вера мучилась, не зная, как выйти из декрета. Денег катастрофически не хватало. Ипотека по двушке, Денис пошёл в первый класс — расходы росли как на дрожжах. А тут ещё и планы на трёшку, потому что дети разного пола, им нужны отдельные комнаты.
Людмила Петровна тогда звучала как спасение.
— Верочка, а что если я к вам перееду? — говорила она участливо. — Всё равно мне в Самаре после смерти Петровича скучно стало. Буду с внучкой возиться, а ты работай спокойно.
Игорь тогда достал калькулятор, начал считать. Верина зарплата плюс аренда однушки — получалось шестьдесят тысяч чистой прибыли. Соблазнительно.
— Мам, а вы уверены? — спрашивала Вера. — Катюша ещё совсем маленькая, хлопотная...
— Да что ты, родная! Я же Игорёшку растила. Справлюсь и с внучкой. Только устройте меня в вашей малогабаритке, больше мне ничего не нужно.
Переезд влетел в копеечку. Людмилу Петровну с вещами везли из Самары на грузовике. Потом обустраивали, покупали всё необходимое. Договорились так: свекровь живёт бесплатно, коммунальные услуги оплачивают молодые, плюс помогают деньгами на одежду и прочие нужды.
Первые месяцы и правда были сказкой. Вера утром оставляла Катюшу бабушке, отводила Дениса в школу, шла на работу. Никаких больничных, никаких пропусков. На работе это заметили, намекнули на повышение.
— Как дела? — спрашивала Вера вечером.
— Прекрасно! — отвечала Людмила Петровна. — Катюша золотко, почти не плакала. Мы кашку ели, в парке гуляли.
Но где-то через полгода что-то изменилось. Свекровь стала чаще жаловаться на усталость, на боли в спине, на то, что ноги болят. Вера покупала лекарства, предлагала массаж, но Людмила Петровна отмахивалась.
— Это от погоды. Само пройдёт.
А Катюша тем временем из спокойного младенца превратилась в активного полуторагодовалого ребёнка. Бегала, требовала постоянного внимания, капризничала, если что-то не по её. Людмила Петровна выглядела всё более измученной, но на прямые вопросы отвечала уклончиво.
— Может, найдём няню хотя бы на полдня? — предлагала Вера.
— Зачем? Я же справляюсь, — отвечала свекровь.
И вот теперь — звонок от Клавдии Семёновны. Игорь, выслушав жену, сразу набрал тёткин номер.
— Клавдия Семёновна, объясните, что происходит? Мама нам ничего не говорила.
— Конечно, не говорила! — возмутилась та. — Она же стесняется. Но вчера не выдержала, звонила мне в слезах. Говорит, что работает у вас с утра до вечера, а вы даже спасибо не сказали!
— Как это — спасибо? — удивился Игорь. — Мы же...
— Что вы? — перебила тётка. — Превратили пожилого человека в бесплатную няньку! Она пенсионерка, имеет право на отдых. А вы с неё как с рабыни требуете!
Игорь повесил трубку и тяжело вздохнул.
— Поедем к маме. Разберёмся.
Людмила Петровна встретила их красными от слёз глазами. Катюша мирно спала в коляске, Денис сидел в углу с планшетом. Обычная воскресная картина, если бы не это напряжение, висевшее в воздухе.
— Людмила Петровна, — начала Вера, стараясь говорить спокойно, — ваша сестра звонила. Сказала, что вам тяжело, что мы вас эксплуатируем. Это правда?
Свекровь опустила глаза, помолчала.
— А разве неправда? — тихо спросила она. — Я встаю в семь, готовлю завтрак, кормлю Катюшу, гуляю, укладываю спать, опять кормлю... И так до самого вечера. У меня нет ни минуты свободного времени.
— Мам, — начал Игорь, — но вы же сами предложили...
— Предложила помочь! — вспыхнула Людмила Петровна. — А не работать полный день без выходных! Я думала, что буду бабушкой, которая иногда посидит с внучкой. А получается, что я тружусь как проклятая, и никто даже не поблагодарил.
Вера почувствовала, как внутри всё закипает. Спасибо? А кто оплачивает квартиру? Кто покупает продукты, одежду, лекарства? Кто возит к врачам, когда нужно?
— Людмила Петровна, — сказала она, с трудом сдерживаясь, — а что мы должны делать? Я работаю, зарабатываю деньги. Игорь тоже работает. Мы не можем одновременно и деньги приносить, и дома с детьми сидеть.
— Наймите няню. Или отдайте в садик.
— В садик с полутора лет? — удивилась Вера. — А постоянные болезни? А адаптация?
— Это ваши проблемы, — пожала плечами свекровь. — Я свою жизнь прожила, своего ребёнка вырастила. Хочу наконец отдохнуть.
Тут Вера не выдержала.
— Отлично! — сказала она, вставая. — Отдыхайте на здоровье. У вас неделя на сборы. Завтра начну искать новых арендаторов.
Людмила Петровна побледнела.
— Вера, да что ты! Я не это хотела сказать...
— А что вы хотели? — повернулась к ней невестка. — Что приедете в мою квартиру, будете жить на всём готовом, а я ещё и доплачивать буду за то, что вы милостиво согласились иногда на внучку поглядывать?
— Но я же помогаю...
— Помогаете? — горько усмехнулась Вера. — Думаете, я для удовольствия работаю? Я пашу, чтобы семью содержать. А вы мне ещё и претензии предъявляете за то, что с собственной внучкой сидите в бесплатной квартире!
Игорь молчал. Что сказать-то? Мать действительно не так себя повела.
— Мам, — произнёс он наконец, — если вам наша договорённость не подходит, то лучше вернуться домой. В Самаре у вас родственники, друзья. Там сможете отдыхать сколько душе угодно.
— Но мне не хочется возвращаться... — заплакала Людмила Петровна. — Там одиноко...
— Одиноко? — вскипела Вера. — У вас же сестра там, племянники, подруги. Все вас заждались, судя по тому, как быстро новости до Клавдии Семёновны дошли.
— Верочка, давайте обсудим...
— Нет. Обсуждать нечего. Я вас переезжать не просила. Это ваша была инициатива. Предложили с Катюшей сидеть, а теперь требуете благодарственных речей за то, что у меня на шее живёте.
На следующий день Вера разместила объявления о поиске няни и сдаче квартиры. Подсчитала: вместо шестидесяти тысяч прибыли останется двадцать. Но зато без головной боли.
Можно было бы частный садик найти, но там больничные неизбежны, а значит, пропуски на работе. А Вера как раз на пороге повышения стояла.
Людмила Петровна ещё дня три приходила, плакала, просила прощения.
— Верочка, я просто устала, не подумала... Давайте всё забудем, начнём сначала.
Но Вера была непреклонна. Доверие-то потеряно. Кто знает, что ещё в голову свекрови взбредёт? Может, зарплату за внучку потребует? Или отдельную комнату в трёшке?
— Людмила Петровна, — сказала она, — зла не держу. Но после всего случившегося доверять не могу.
Уезжала свекровь молча. Игорь помог собрать вещи, проводил до поезда. Прощались сухо — что тут скажешь?
Няню Вера нашла быстро — молодую студентку педагогического Олю. Дорого, но надёжно. Катюша к ней привыкла моментально.
Единственное, что изменилось — теперь Вера точно знала цену родственной помощи. И больше никому не позволит играть роль жертвы.
Через месяца три Людмила Петровна снова позвонила. Голос звучал виновато.
— Верочка, я поняла, что не права была. Можно попробовать ещё раз?
— Людмила Петровна, — ответила Вера, — вы уже пробовали. И показали, что вам важнее — чтобы вас благодарили за то, что на готовом живёте, чем сыну с невесткой помочь.
Положила трубку и посмотрела на Катюшу. Малышка смеялась, гоняясь за мыльными пузырями, которые надувала няня Оля. Дорого? Да. Но спокойствие дороже.
Интересно, а сестра свекрови до сих пор считает, что они с Игорем рабовладельцы? Или уже поняла, что Людмила Петровна сама себе проблемы создала?
Впрочем, это уже неважно. Главное, что Вера больше не позволит никому из родни чувствовать себя жертвой её благополучия.
_ _ _
А как думаете Вы — права ли была Вера, отказавшись дать свекрови второй шанс? Или стоило проявить понимание к пожилому человеку? Поделитесь в комментариях своим мнением — ведь семейные отношения всегда сложнее, чем кажется со стороны.
Буду рада Вашей подписке!!!