Здравия, товарищи!
Чем дальше от СССР – тем более ходульным он становится его образ.
Одним мерещится сплошной «Лучший город земли», где каждый второй – если не Гагарин, то хотя-бы квартиру бесплатно получал, от самого вкусного в мире мороженого не отрываясь, другие же – в ночи белугой орут: всё воронок с чекистами снится.
Реально, конечно, было намного сложнее, и светлые стороны перемежались с темными, причем и то и другое было обильно разбавлено тем, на что приходится большая часть жизни любого человека в любой стране мира – серостью.
Посему и сам Союз не грех дробить на разные периоды, и отдельные вопросы рассматривать по-отдельности.
Чем мы с вами сегодня и займемся на примере истории советского и мирового бодибилдинга, окунувшись в наше прошлое, которое однажды станет легендой.
Изначально буржуйское явление
К билдингу у нас многие относятся как к порождению западной культуры, чуждой русской, которая всегда делала ставку не на содержание, а не на форму.
Доля правды (относительно тенденций высокой русской культуры) здесь есть, но носителями таковой были не все.
Интерес к «вывеске» у широких масс был всегда в любой части мира, и наш человек ХХ века исключением не являлся.
Конкурсы красоты мужского телосложения появились еще в XIX веке и собирали солидную аудиторию.
С приходом к власти большевиков изменилось не так уж многое: такие конкурсы продолжали проводиться, хотя и не так широко, как раньше.
В советскую идеологию того – раннего – периода это попадало пречудесно, ибо ранние большевики активно боролись с ханжеством и воспринимали культ тела как один из рычагов борьбы с религиозным сознанием, подающим плоть как нечто низкое и греховное.
Надо признать, получалось у них это неплохо. Во всяком случае, выразительно,чему свидетельством как простые парады физкультурников и физкультурниц так и скульптура сталинской поры.
Начало проблем
Не гонений, а именно проблем, что не одно и то же. Я перерыла все, что могла, но большая часть информации – суть то же тиражирование штампа о чуждости пролетарскому духу этого западного явления.
Правда, встречались и разумные мысли, которые ещё раньше слышала от старых тренеров, помнивших спортивную подноготную далеких времен.
Сложив всё, получается, что с бодибилдингом (который в ту пору чаще называли либо французским термином «культуризм», либо атлетической гимнастикой/атлетизмом) отношения у властей были не слишком теплыми, но и не враждебными.
И началось это охлаждение с активным включением советских атлетов в олимпийское движение.
Советский билдинг против американского
Многие отмечают, что американские билдеры уже в 50-х годах были намного лучше советских и это потому, что наших власти гоняли.
Никто никого не гонял: просто в Штатах фитнес-сфера была отдана на откуп частнику, который, обнаружив, что есть желающие подкачаться, стал быстро удовлетворять это желание.
Кроме того, в Штатах был покойный уже Джо Вейдер, который, будучи еще никому не известным, с нуля взялся за сбор билдерской информации и ее обобщение.
Он же впоследствии будет привозить в Штаты самородки из других стран, как того же австрийца Шварценеггера.
Инерция сохраняется даже через 30 с лишним лет после падения Железного занавеса: вы можете наугад насобирать полсотни величайших билдеров в истории (или сегодняшнего дня) и более половины из них будут американцами, хотя этот вид спорта популярен, наверное, везде, кроме Афганистана и Антарктиды.
Посему нет ничего удивительного в том, что американцы прогрессировали в ту пору куда быстрее наших атлетов (и всех прочих тоже).
Ибо материальная база + база информационная.
Допинг
Это выделила подпунктом. В целом мы и они с ним познакомились примерно синхронно (разные источники отдают первенство то одной стране то другой, но с небольшим зазором).
Но это если говорить о большом спорте. В широкие же массы стероиды у них проникли гораздо раньше, будучи крайне доступными.
Если же сравнить их качков того периода, когда они еще не подсели на фарму, то от наших подвальных качальщиков они не отличались, будучи людьми достойного спортивного вида, но отнюдь не мутантами.
Почему Союз отставал?
Потому отставал, что Америка была впереди: всё просто.
Т. е. причину отставания наших (и всех прочих) спортсменов от залужных следует искать не в «совковой системе», а в первую очередь в том, что за Лужей сформировалась индустрия с ушлым и умным дельцом во главе, который смог сделать из этого маргинального (в понимании тогдашних американцев) явления едва ли не национальный символ, повлиявший и на множество других сфер.
«Запрет» культуризма
Я не случайно взяла это слово в кавычки, ибо запрет, случившийся в 1973 году, был из числа тех, которые соответствовали брежневской эпохе: т. е. формально он был.
Жрецы тогдашнего нашего культа были жрецами в полном смысле слова и свято верили, что размахивание кадилом священное заседание способно, если потребуется, отменить саму жизнь.
Жрецы махали кадилами и курили фимиам, а массы кивали головами и делали вид, что всё по плану.
В итоге все были довольны.
Так произошло и в 1973 году. Я хочу сказать, что на том памятном заседании Госкомспорта произошло ритуальное действо, не имевшее юридической силы.
Сколько ни докапывалась, но никаких документов, которые говорили бы о запрете этого вида деятельности, не нашла.
Просто жрецы спустили вниз свои священные пожелания, в СМИ появилось несколько сюжетов и статей, порицавших это несоветское явление, все покивали головами, и жизнь пошла своим чередом.
Официальных соревнований до 1973 года не проводилось, а после 1973 года их тоже не проводилось.
Иногда говорят, что это были подпольные соревнования, но здесь мы тоже имеем жонглирование терминами.
Подпольно у нас валютой торговали. И за такую – реальную, а не иллюзорную – подпольщину люди получали серьезные сроки, а иногда даже высшую меру.
Теперь постарайтесь вспомнить хоть одного, кто отсидел за то, что грудак накачал.
При этом в тот же период были публикации, которые говорили о том, что развитое атлетичное тело – прекрасно, просто не нужно доводить это до гротеска, стремясь к гармонии.
Ну и, конечно же, к служению своей стране, что вообще-то совсем не плохо и вполне разумно.
Одним словом, запрет был на словах.
Служение стране и истинные причины «запрета»
Во-первых, как видно из сказанного выше, никто не собирался преследовать любителей кача всерьез.
Идеологам из госкомспорта нужно было просто направить спортивную жизнь страны в нужное им русло.
Таковое же определялось интересами государства.
Последнему было в общем-то плевать на то, любуется кто-то там дома (или в зале) своим округлым бицепсом или нет.
Проблема нарастающего алкоголизма беспокоила Партию намного больше, ибо от алкашей один вред, кроме пользы (доход от продажи спиртного и лояльность масс), а от качков никакого вреда не просматривалось, во всяком случае, ощутимого.
Различные самопальные барды и рокеры несли в разы больше угрозы.
Однако бардовская песня была вне интересов спортивных функционеров.
Их интересовал престиж страны на международной арене, которая в их случае была ареной в буквальном смысле, ибо они пеклись о медалях. В первую очередь, конечно же, олимпийских медалях или полученных в олимпийских видах спорта.
Культуризм же олимпийским видом и тогда не был и в последние десятилетия так им и не стал (причина – вовсе не допинг, а крайняя субъективность в оценке спортсменов).
Между тем, лучшие билдеры делаются из того же материала, что и лучшие представители скоростно-силовых видов спорта.
Собственно бодибилдинг и зародился как ответвление от тяжелой атлетики (пауэрлифтинг – тоже).
При этом наибольших успехов во всех этих видах спорта достигают люди уникально одаренные генетически (плюс, конечно воля, питание, свои или тренерские знания, допинг, восстановление и пр.)
Причем одаренность оных почти идентична. Тот же Давид Ригерт мог бы быть великим билдером, да и из Анатолия Писаренко мог бы получиться билдерский монстр.
И именно в этом и увидели угрозу, ибо «плюс великий билдер» – это «минус великий штангист».
То же самое относилось к неолимпийскому пауэрлифтингу и разного рода силовому экстриму,которые просто воровали у тяжелой атлетики генетический материал и, соответственно, медали.
Великие же штангисты в ту пору были для нас чем-то вроде космических успехов или ледоколов и в этом был элемент противостояния с США.
В пику Штатам
Выражалось противостояние в том, что в далекие-далекие времена именно Штаты были главой тяжелоатлетической страной мира, хотя у нас об этом периоде уже особо и не помнят.
Меж тем холодная война уже шла, обе страны явно конкурировали друг с другом, и когда СССР запустил спутник, у простых американцев случилась жуткая досада от того, что это сделали не они.
«Пусть у них есть спутник, зато у нас есть Пол Андерсон» – говорили они.
Андерсон в ту пору был сильнейшим штангистом и считался вообще самым сильным человеком мира (впоследствии он же станет отцом пауэрлифтинга) честно заслужив прозвище «Человек-подъемный кран».
Тогда казалось, что его достижения человек побить не в силах, а если это однажды кто-то и сделает, то только ещё больший монстр.
Но когда рекорды Андерсона перекрыл Юрий Власов имевший мало общего с тогдашними представлениями о внешности штангиста-супертяжа, американцам стало совсем обидно.
Штатам – бодибилдинг, Союзу – штанга
Именно тогда – в эпоху Андерсона – в Штатах бодибилдинг стал стремительно набирать популярность.
Это еще были не 80-е, но, скажем так, первая волна популярности.
Не последнюю роль здесь сыграло кино в виде фильмов (главным образом итальянских) на геркулесовскую тематику, где в главных ролях выступали билдерские звезды той поры – американец Стив Ривз и англичанин Рэг Парк. Правда были и другие, но тон задавали эти двое, особенно Ривз.
Кстати, эти довольно простенькие, но колоритные фильмы шли и в советском прокате, что лишний раз доказывает, что советскому сознанию идея сильного красивого тела была совсем не чужда.
Впоследствии – с 1969 по 1974 годы – эти идеалы будет воспевать Александра Снежно-Блоцкая в серии своих великолепных мультфильмов на тематику дрревнрегреческих мифов:
- «Аргонавты»;
- «Лабиринт. Подвиги Тесея»;
- «Возвращение с Олимпа»;
- «Персей»;
- «Прометей».
Как по мне, с той поры ничего более великолепного в мире «околоантичной» мультипликации создано и не было.
Популярицзация сказочных фигур не могла не оставить следа в сознании людей.
Посему, когда наш Власов одолел не блиставшего красотой Андерсона, это было воспринято многими американцами той поры, как победа красоты над силой, которую нередко «оформляли» в сознании как победу гармонии над погоней за рекордами (со временем о гармонии в мире билдинга будет тоже забыто, и погони там будет не меньше, чем везде).
Так, проиграв одну тяжелоатлетическую битву, американское общество сделало крен в сторону бодибилдинга, что еще больше ослабляло тяжелоатлетические позиции Штатов, что вполне устраивало Союз.
На чужих ошибках
С одной стороны, победы Юрия Власова положили начало эре доминирования на тяжелоатлетическим помосте советских штангистов, причем вытеснив штангистов американских, что особенно приятно.
И, забравшись на эту пальму первенства, слезать с нее наши власти явно не хотели.
Но и глупцами они тоже не были и прекрасно понимали, что если пустить все на самотек, то люди будут все более склоняться в сторону «подкачаться для себя», а не в направлении олимпийских видов спорта, которые приносят престиж стране.
Повторять американский путь им не хотелось, тем более, что при таком варианте развития событий нашим билдерам пришлось бы соперничать с американскими, что было изначально обречено на провал, т. к. это был американский спорт, который велся по довольно расплывчатым правилам, которые задавала изначально американская же федерация (формально – канадско-американская) во главе которой восседали американцы (на самом деле – два канадских еврея, но прочно осевших в Штатах).
Что и говорить, советские билдеры были просто обречены бить американцев!
Но даже если бы им это удалось, на международной спортивной арене это был бы пустой звук, ибо спорт неолимпийский.
Хуже того: в 1973 году, когда Госкомспорт «запретил» билдинг, последний не был в информационном топе даже в Штатах.
Это была субкультура, которую лишь во второй половине 70-х вытащили на поверхность талантом Джорджа Батлера, написавшего полудокументальную книгу «Качая железо», по которой в 1977 году был снят одноимённый фильм, после которого и стал звездой никому до той поры не нужный за пределами билдинга Арнольд Шварценеггер.
Иными словами на момент решения о «запрете» билдинга в СССР этот вид спорта был с позиции властных структур, что называется, полное днище, достижения в котором не считались достижениями вообще.
Сработал ли «запрет»?
Не особо сработал, не особо помешал.
Самопальные качалки продолжали существовать. Может, где-то из какого-нибудь подвала кого-то и выгнали, но это были отдельные случаи.
Все прекрасно понимали, что пусть лучше парни сбрасывают излишек гормонов в погоне за мышцами, чем глушат гормоны пивом: этом отношении большая часть народа думала куда проще, чем советская элита.
Реально запрет подразумевал не гонения (если не считать таковыми несколько порицаний в СМИ), а отсутствие государственной поддержки.
Т. е. государство не собиралось за свой счет создавать условия для развития атлетов, от которых один пот и никакого престижу (идеалы здоровой нации к тому времени были полностью забыты и всё измерялось медалями и понтами перед мировым сообществом).
Ну а вообще-то голь на выдумку хитра: не хотите поддерживать – сами себя поддержим. Люди создавали качалки сами из всего, что под руку попадалось, и довольно неплохо.
Помогали же им в этом, как ни странно, в основном бывшие штангисты, лютую вражду которых с билдерами насочиняли в кабинетах те, кто и штангу не толкал и знойностью форм девиц обольстить едва ли был способен.
Нелепый и существовавший более на словах чем на деле запрет продержался около 10 лет, после чего изжил сам себя, вместе с идеей государственного контроля досуга граждан.
Однако общее направление было задано еще 60-х–70-х, и в настоящее время Штаты так и остаются лидерами в мире бодибилдинга, а конкуренцию даже одним только российским тяжелоатлетам (а не всем союзным, как ранее), не прибегая к политической травле могут составить только полусоветские китайцы.
Два слова о китайском билдинге
А его нет.
Почти нет.
Китайский спорт – плоть от плоти спорта советского + фантастическая китайская дисциплина и обучаемость.
Там к делу подошли с ещё большим рвением и спортсменов растят едва ли не в пробирках. Представителям олимпийских видов оказывается немыслимая поддержка всем возможным.
Отношение к билдингу же там тоже не содержит ничего новаторского: его просто игнорируют.
А если кто хочет качаться – да ради бога: чем бы Хуан Чао не тешился – лишь бы восстаний не поднимал. И это, как мне кажется, более разумный подход.
До встречи!