Из воспоминаний Юрия Колодникова:
В мае 1985 года я был призван в ряды вооруженных сил. В то время служить Родине считалось почетной обязанностью. На того, кто не побывал в армии, смотрели как на неполноценного человека. У меня и в мыслях не было "откосить". Наоборот, с нетерпением ждал повестки. Когда на сборный пункт за нами приехал майор с заставы Дальневосточного пограничного округа, моей радости не было предела. Хотя тогда смутно представлял службу в этих, как потом оказалось, элитных войсках. Так я оказался в Благовещенском пограничном отряде. В "учебке" меня взяли на специальность "обеспечение системы охраны границы", а потом направили на заставу. Через полгода, направили в межокружную школу сержантского состава в Биробиджане. После окончания школы мне присвоили звание младшего сержанта и снова направили на заставу передавать полученные знания молодому пополнению. Как раз в это время вышел приказ о формировании десантно-штурмовых маневренных групп (ДШМГ) для выполнения спецзаданий на территории Афганистана. Они обеспечивали охрану границы Советского Союза с обеих сторон. Тогда мы об этом не знали. Командование погранокруга объявило набор добровольцев для формирования ДШМГ. Главным условием было, чтобы отслужили в погранвойсках примерно год. В итоге вместо необходимых 200 человек набралось 250 желающих. Месяц нас усиленно готовили на полигоне. Мы стреляли из всех видов оружия - от пистолета до гранатомета, особенно в ночное время. Управляли всеми видами транспорта, в том числе БТР. Инструкторы проводили занятия по рукопашному бою. Также на занятиях нас знакомили с историей, обычаями и традициями народов Афганистана. Командиры предупредили, что если кто-то передумает отправляться в незнакомое государство по религиозным, семейным или другим причинам, то никаких последствий не будет. Отказники дослужат оставшийся срок в своей стране. Среди нас было много мусульман из Татарской АССР, но никто из них не отказался. Командованию пришлось самому отвергнуть пятьдесят военнослужащих. Сформированная ДШМГ вместе с оружием была доставлена военно-транспортным ИЛ-86 в ночной Термез. Утром нас перебросили вертолетами МИ-8 в Кулябскую область Таджикистана на адаптацию в горном местечке Шура-Абад на высоте 1 800 метров. Месяц мы привыкали к обстановке: совершали марш-броски, учились маскироваться в горной местности. Затем мы попали служить на базу ДШМГ Московского погранотряда Среднеазиатского пограничного округа. Нас повели в санчасть и сделали прививки от инфекционных болезней — гепатита, дизентерии, чумы, холеры. Помимо этого, постоянно давали какие-то таблетки, а в индивидуальной аптечке всегда имелись препараты для обеззараживания воды.
Застава стояла на реке Пяндж, которая разделяла Советский Союз и Афганистан, Всего в километре от нас на другом берегу находилась чужая территория. "Духи" практически каждую ночь обстреливали территорию нашего государства реактивными снарядами. ДШМГ обеспечивала охрану границы СССР, действуя на стороне Афганистана на глубине 150–200 км. Мы жили в военно-полевых условиях: палатка с буржуйкой на 30 человек, под кроватью у каждого обмундирование и боекомплект. Команда "в ружье" могла прозвучать в любое время суток. За 15 минут группа должна была собраться и погрузиться в вертолет. Никто из бойцов не знал, куда их направляют. Командир объявлял об этом, когда "вертушка" уже приближалась к пункту назначения. Мы уничтожали бандитские формирования, которые останавливались в кишлаках. После окружения кишлака мирному населению предоставляли возможность покинуть его через "коридор", а банде предлагали сдаться в обмен на обещание жизни. В противном случае мы "зачищали" населенный пункт и уничтожали "духов". А еще ликвидировали караваны, идущие по северным провинциям Бадахшан, Балх, Кундуз, Тахар…Караваны, везущие оружие, боеприпасы, продовольствие, наркотики очень сильно охранялись. Как правило, в конвое находились смертники, которые никогда не сдавались. Однажды вертолет доставил на заставу 15 мертвых пограничников, принявших неравный бой с сотней "духов". Некоторые были без рук и ног. Сильно изуродованы. Бандиты жестоко над ними издевались.
Я в деталях помню первую боевую операцию. В кишлаке была обнаружена бандгруппа, поступил приказ на ее уничтожение. Конечно, было страшно. На усиление дали ребят старшего призыва, они успокоили нас и все прошло успешно. А после второй операции уже чувствовал себя как рыба в воде. Помню, как впервые поймал на прицел голову душмана и нажал спусковой крючок. Психологический барьер был сломан, я понял, что чем увереннее буду в бою, тем больше сохраню жизней подчиненных. Бывали и такие, кто не мог преодолеть себя. Их отправляли в тыл. Однажды заметил, как снайпер не может выстрелить в убегающего моджахеда. Кричу: "Уходит"! А он впал в ступор. Враг скрылся. Пришлось с ним расстаться. Но такие случаи были очень редкими. Мы даже скрывали легкие контузии, чтобы остаться на базе. Самым страшным проступком на службе считался сон часового на посту, таких тоже отправляли в тыл… Самое тяжелое на войне - терять боевых товарищей. В феврале-марте 1987 года погибли три моих самых лучших друга. Сергей Савран служил со мной с Дальнего Востока. Когда мы находились в резерве, прозвучала команда: "15 минут на сборы". Нас отправляли на подмогу нашим ребятам, которые окружили кишлак. Там находились до 150 "духов". Однако сил не хватило, чтобы замкнуть "горло" кольца. Нас в горячке боя неудачно десантировали внутрь. Впереди стреляют враги, сзади - наши. Мы 10 минут не могли поднять головы из-за шквального огня. Перед нами находился большой арык. Сергей выбежал на наблюдательный пункт, лег на землю и приподнял голову. В этот момент в него выстрелил душман. Сергей получил тяжелое ранение в голову, мы сделали перевязку, вкололи промидол, но… он уже был мертв. Я выдвинулся с пулеметом, ударил по кустам, откуда велся огонь, и стрельба сразу стихла. Я подал знак рукой, выбежали остальные ребята и бой завершился. Все его участники были представлены к боевым наградам. Меня наградили медалью "За боевые заслуги", а погибшего — орденом Красной Звезды. Кстати, после боя мы вступили в КПСС.
Одно из самых ярких воспоминаний - это огромная разница в образе жизни народов советской Средней Азии и Афганистана. Таджики, узбеки и туркмены жили по обе стороны границы. На территории нашей страны они пользовались всеми благами цивилизации. А их соплеменники прозябали в глинобитных домиках с земляным полом, на окнах вместо стекол целлофан. Спали на циновках, ни кроватей, ни столов не было. Они не знали электричества, жгли лучины или керосиновые лампы. Воду носили из рек и арыков, там же справляли нужду и мылись. Там по мусульманскому календарю шел XIV или XV век. Землю обрабатывали лопатами и мотыгами, пахали на быках. Строй у них был феодально-рабовладельческий. Все население кишлака работало на бая. Он расплачивался мукой, рисом, зерном. Мулла считался царем и богом, со всеми проблемами люди обращались к нему. Все население было набожное, строго соблюдало предписания шариата. Еще в Союзе политработники предупреждали, что в Афганистане запрещено прикасаться к женщине, а тем более снимать с нее паранджу. В этом случае она считается оскверненной, а ее муж или отец имеет право убить неверного "кяфира". Мы соблюдали эти неписаные правила, не было ни одного случая, чтобы кто-либо из моих сослуживцев их нарушил. Мы не имели права поднимать руку на пленных. Хотя там были и жители Саудовской Аравии, Йемена, Иордании… "Особисты" нас предупреждали: не вздумайте бить "духов", они нам нужны в целостности и сохранности, чтобы допросить и предъявить миру как "вещдок". Как не велик был соблазн, приходилось поступать с ними гуманно.
Всего на советско-афганской границе я прослужил год. Участвовал в семи боевых операциях, не считая многочисленных вылетов на сопровождение колонн, усиление блокпостов, перекрытие границы от вероятных прорывов бандоформирований. Получил звание старшего сержанта и до самого дембеля выполнял обязанности заместителя командира группы. После демобилизации я со своими четыремя земляками - сослуживцам из нашего отряда - первым делом поехал на родину Сергея, встретился с его матерью и посетил могилу. Заехал в Москву и за "чеки" полученные за весь год службы приобрел необходимые товары в магазине "Березка". В качестве сувениров привез с собой амулеты с убитых "духов" и парашюты от осветительных мин с автографами боевых товарищей.
Источник информации: stolica-s.su
В оформлении использованы фотографии с сайта: foto-dsha-2033.ucoz.ru
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!