Пение птиц рассветных и детский смех во дворе
Я посвятил Анжеле, ее сумасшедшей отваге,
Анжеле – дочери Зекие и матери Ракие,
Без нее эта книга была бы пачкой чистой бумаги…
Я родом с одной шестой части суши,
Назови меня казаном – только не сажай в печь!
«Оно и не беда, что прилгнувши!
А не прилгнувши, не говорится никакая речь!»
Мой шестой пивзавод, там где Вася и сельдь-иваси,
Где причудится мне, где пригрезится мне вот такое –
Что в родной Фергане одна улочка есть «Маърифат кучаси»*…
И она мне, родимая целочка, не дает и ни сна, ни покоя.
Соберу я друзей – и Шамшада, и Мяо Мевяо,
Подтяну я Раевского, Рима, и конечно ДимСаныча, –
Пусть пройдут по моей Фергане вдоль ночного канала.
Из кафешек ночных пусть играют мелодию Галича…
Колонковыми кистями пусть замажут три первые буквы,
Только белую краску и портвейн - успевай - подноси.
И не надо «Авроры» и другой эйзенштейновской клюквы –
Мы пройдём по родимой, мы пройдём по «…рифат кучаси»…
На ход ноги мы накатим на грудь грамм по триста,
И пойдем всем десантом - по асфальту стуча и звеня…
И всё будет красиво, бесшумно, бескровно и чисто!
Локоть к локтю – пройдем по родимой, по улице имени Меня…
Демонстрацией праздничной мы шеренгами по четыре –
От начала и до конца. Из конца в конец. А в конце - по сто грамм.
Локоть к локтю. Плечом к плечу. Раз-два, раз-два, шире шаг, шире…
И на моей улице будет Праздник, и на моей улице будет Байрам…