Я вообще не понимаю, зачем нужна эта комната смеха? Гораздо умнее было бы сделать комнату поэзии — я бы там читал стихи, отвечал на вопросы из зала, импровизировал…
— Бараш
Бараш: Не понимаю ни смысла, ни удовольствия видеть себя в таком искажённом виде. Это же неправда — короткие ножки, кривое тельце, глаза как арбузы! Чему я тут должен радоваться и смеяться?
Копатыч: Это ж смешно! Смотри какой ты забавный!
Бараш: Это не смешно, а глупо! Поверь мне, если бы ты на самом деле был такой формы, тебе бы было не до смеха!
Нюша: Ой, да бесполезно ему что-нибудь объяснять. Непробиваемый!
Бараш: Бесполезно смотреть на себя в кривое зеркало. Бесполезно и не смешно!
Копатыч: Может, ты съел чего-нибудь, а?
Бараш: Ничего я не ел! Это всё от ваших «кривых» зеркал! От вашей дурацкой комнаты смеха! Досмеялись… Я только не понимаю, почему я! Почему на меня всё это свалилось? Я же был против.
Копатыч: Если ты думаешь что это всё от зеркал, давай поэкспериментируем. Клин клином вышибается.
Копатыч: Бараш, ты только не волнуйся. Ты натура поэтичная, впечатлительная, и, как выяснилось, очень даже пластичная. Меньше думай плохих мыслей, и всё само пройдет.
Бараш: Это что, похоже на простуду, да?! Или на желудочное расстройство?! Как это может само пройти?!
Я что тебе, вешалка что ли?! Я тебе мебель что ли какая?! Что ты тут на меня понавешала?! То, что я потерял форму, ещё не означает, что я потерял чувство собственного достоинства! Я личность! Понятно? Бесформенная, но личность!
— Бараш
Нюша: Как языком молоть, так все горазды, а как работать — так в сон клонит.
Бараш: Это был сон? Это был… сон! Это была неправда, а это был сон! Какой же я тут смешной! А тут, а тут!… Ой, нет, нет… всё-таки… смешная штука, согласен, смешная! Но бесполезная.