Митрополит Воронежский и Лискинский Леонтий рассказал читателям «МОЁ!» о своём пути к вере, о специфике воронежских прихожан и о своём необычном хобби
В эксклюзивном интервью нашему изданию Митрополит Воронежский и Лискинский Леонтий рассказал о воронежских прихожанах, храмах и искусственном интеллекте. Первую часть беседы читайте тут.
«В искусственном интеллекте есть некая опасность»
— Что вы знали о нашем регионе до приезда сюда?
— Знал немного, хотя Воронеж всегда на слуху. Увидел молодой, студенческий, энергичный, культурный город. Не везде, например, православие имеет столь прочные позиции, как здесь. Я приехал из Сызрани, там тоже есть православные, но гораздо меньше. Примечательно, что во многих храмах, где я служил до Воронежа, мужчин на службах было мало, а в Воронеже, думаю, их половина от всех присутствующих, много детей, молодёжи — это приятно.
— Что, на ваш взгляд, нужно делать, чтобы православие укреплялось, чтобы в храмы приходило больше людей? Ведь тут много способов: личное общение, проповедь, соцсети наконец…
— Весь мир развивается по внутренним законам. Если мы начнём тянуть растение вверх руками, чтобы оно быстрее росло, это только навредит ему. Господь Сам производит наше настроение, мироощущение, и наша задача — помогать Ему в этом. Главное — слово, икона, таинство. Чем ближе к Церкви человек, тем он быстрее вырастает духовно.
— Советский лозунг «За мир во всём мире!» актуален сейчас?
— Мир по возможности во всём мире — это замечательно! Но, конечно, это утопия, достичь на земле этой идеи невозможно, хотя к ней надо стремиться. Зачастую человек ставит в своей жизни не те цели, он старается чем-то завладеть в ущерб ближнему.
Слово «мир» имеет разные значения. «Мир» — как отсутствие войны и «мир» как страны и люди. А есть ещё «мир» внутренний, сердечный — если он есть в человеке, то тот не пытается что-то отнять у кого-то, он неагрессивен, ему всего хватает. Если все будут мирными, то на Земле воцарится мир. А ещё в монашестве это слово означает совокупность страстей. Монах уходит от мира, стремится к Богу, а мир, лежащий во зле, гонится за ним и пытается заразить его своим настроением.
Тяжело одновременно идти в двух направлениях, часто люди хотят и Бога не прогневать, и удовлетворить свои страсти. А человеку, который решился идти по христианской стезе, легко — он не разрывается между грехом и Божьей заповедью.
— Что вы успели сделать за время служения в Воронеже, какие первоочередные задачи видите здесь?
— Преждевременно говорить о каких-то достижениях — система здесь работает нормально, епархия развитая, нужно многое изучить, оценить, чем я сейчас и занимаюсь. Вот, например, наш сайт — он был очень старым и только новостным, а информации из него особо не выудишь. Мы его переделали, и теперь он стал более информативным…
— Может в этом помочь искусственный интеллект?
— Да, он сейчас начинает использоваться и как инструмент может быть полезен. Но одновременно здесь есть некая опасность — мир всё больше отдаляется от истины, погружается в какую-то иллюзию. Миражей становится всё больше, и человеку разобраться в этом всё сложнее.
Искусственный интеллект — это профессиональный лжец. Делаешь запрос, и он выдаст тебе что угодно. Правда это или неправда — неважно. Будет иллюзия того, что это научная выкладка со ссылками (часто придуманными). Это одно из порождений технического прогресса, имеющее обратную сторону, которая может создать зависимость человека — он теряет способность самостоятельно размышлять и анализировать, привыкая к «манной каше», которую легко проглотить.
Искусственный интеллект представляет опасность — наш Патриарх говорил о том, что он может серьёзно менять мир, и мы должны быть готовы к этому и к тому, что западные страны используют его в разных сферах, и тут нам лучше не отставать.
— В Воронеже много храмов, строятся новые, и часто можно услышать мнение людей — мол, зачем строить ещё один? Лучше бы детский сад…
— Да, здесь их много, и все, кто хочет, без труда могут попасть в любой. Конечно, есть недовольные люди, которым мешает колокольный звон и сами храмы. Важно, чтобы храм был в шаговой доступности, как, например, в Москве. Мы сейчас работаем над этим, например, возле парка «Алые паруса», где отец Геннадий Заридзе строит храм святителя Митрофана со 100-метровой колокольней.
Храмы строит не Церковь — это желание людей, хотя и дорогое удовольствие. Активисты создают группу, которая обращается за благословением к архиерею, который юридически открывает приход, изыскиваются средства, и начинается работа. Храм — это портал в Царство Небесное, образ христианской души.
Продолжение беседы читайте на нашем сайте в ближайшее время.