Ночь. Пустая дорога. Фары выхватывают из темноты лишь узкую полосу асфальта, убегающую вдаль. В машине – тишина, нарушаемая лишь монотонным гулом мотора. Я еду домой, после поздней смены.
Внезапно, радио зашипело и заиграла старая, детская песенка. Мелодия была знакомой, но слова… Слова были искажены, словно их пели хором, но голоса были хриплыми, шепчущими, полными злобы.
Я попытался выключить радио, но кнопка не реагировала. Песенка продолжалась, становясь все громче и громче. В зеркале заднего вида я заметил движение.
Там, в темноте, за моей машиной, ехали другие машины. Много машин. Их фары не горели, но я чувствовал их присутствие. Они приближались.
Песенка в радио стала невыносимой. Хор голосов шептал слова, которые я не мог разобрать, но чувствовал, как они проникают в мой разум, заполняя его ужасом.
Я посмотрел в зеркало снова. Машины были ближе. Теперь я мог различить их силуэты. Они были старыми, ржавыми, словно выкопанными из земли. И в каждой машине… в каждой машине сидели дети.
Их лица были бледными, глаза – черными, а губы – растянуты в жутких улыбках. Они пели. Они пели вместе с радио.
Я вдавил педаль газа в пол. Машина взревела, но они не отставали. Они приближались.
Песенка достигла крещендо. Хор голосов кричал, шептал, выл. Я закрыл глаза, пытаясь заглушить этот кошмар.
Когда я открыл глаза, я был один. Дорога была пуста. Радио молчало.
Я остановил машину, дрожа всем телом. Тишина была оглушительной.
Я посмотрел в зеркало заднего вида.
Там, на заднем сиденье моей машины, сидел ребенок. Его лицо было бледным, глаза – черными, а губы – растянуты в жуткой улыбке.
Он прошептал: "Мы приехали".