Шаг в бессмертие: Как книга и отвага советского офицера спасли Ким Ир Сена

Шаг в бессмертие: Как книга и отвага советского офицера спасли Ким Ир Сена

Пхеньян, 1 марта 1946 года. Воздух только начинающего освобождаться от военной гари был наполнен необычайным подъемом. На центральной площади города, еще хранившего раны недавней войны, проходил грандиозный митинг в честь новой, свободной Кореи. На трибуне – фигуры, олицетворявшие будущее: молодой Ким Ир Сен, другие корейские руководители, и рядом – представители комсостава Красной Армии, чья помощь была неоценима в освобождении страны. Ликование толпы, торжественные речи, море красных флагов – все говорило о надежде.

И в этот миг надежда едва не погибла. Когда одна из колонн демонстрантов поравнялась с трибуной, из ее рядов внезапно полетел смертоносный снаряд – граната. Ее траектория была неумолима: цель – Ким Ир Сен.

Тогда и случилось то, что войдет в историю обеих стран как подвиг невероятного самоотвержения. Командовавший охраной трибуны **младший лейтенант Красной Армии Яков Тихонович Новиченко не раздумывал ни секунды. Он рванулся вперед, навстречу летящей смерти, и поймал гранату на лету! Но ужас ситуации заключался в том, что некуда было ее бросить. Вокруг – плотная толпа людей, трибуна с руководителями. Малейшая задержка – и жертв будет не счесть.

Решение пришло мгновенно и было единственно возможным для настоящего героя. Яков Тихонович накрыл гранату своим телом, прижав ее к земле, приняв весь удар на себя.

Грохот взрыва оглушил площадь. Когда дым рассеялся, открылась страшная картина. Лейтенанта Новиченко, истекающего кровью, вынесли с площади. Взрывом ему оторвало кисть правой руки, выбило глаз, тело было изрешечено осколками в грудь и ноги. Шансы на выживание казались ничтожными.

Но судьба, или случай, подарили ему шанс. Этим шансом стала... книга. Толстенный том «Брусиловский прорыв» (издание 1917 года!) объемом в 600 страниц, которую Яков читал в свободное время и, по зову долга перед митингом, сунул под шинель. Именно она, лежавшая у него на груди, приняла на себя основную ударную волну и часть осколков, сыграв роль импровизированного бронежилета. Эта книга спасла ему жизнь, позволив врачам бороться за тяжелейшего, но живого пациента.

Ким Ир Сен никогда не забыл человека, ценой собственной жизни спасшего его. Яков Тихонович Новиченко, несмотря на тяжелейшие увечья (он ослеп на один глаз и лишился руки), стал живым символом героизма и советско-корейской дружбы. Он был удостоен высшей награды КНДР – звания Героя Труда. По личному приглашению Ким Ир Сена он многократно приезжал в Северную Корею, где его встречали как национального героя.

Память о подвиге увековечена. В Пхеньяне на берегу реки Тэдонган стоит величественный памятник советскому офицеру. Новиченко запечатлен в динамичном прыжке за гранатой. А поддерживает фигуру героя символическая конструкция – листы огромной раскрытой книги, вечный памятник тому самому тому «Брусиловского прорыва», разделившему судьбу своего владельца. Ежегодно 28 апреля, в день рождения Якова Тихоновича, к этому монументу приходят тысячи корейцев, чтобы отдать дань уважения.

Традиция памяти жива и в России. Каждый год 28 апреля делегация посольства КНДР в Москве приезжает в село Травное Новосибирской области, где похоронен герой. На его могиле установлен памятник, а на доме, где он жил, – мемориальная доска. На 100-летие Новиченко корейские товарищи провели масштабную реконструкцию мемориала. Сегодня венки к его могиле привозят и от имени внука Ким Ир Сена – Ким Чен Ына, продолжающего традиции признательности.

Подвиг лейтенанта нашел отражение и в кинематографе. В 1986 году на экраны вышла двухсерийная картина «Секунда на подвиг» – совместное производство СССР и КНДР. В Северной Корее этот фильм под названием «Незабываемый соратник» остается популярным и по сей день, напоминая новым поколениям о мгновении, ставшем вечностью, о книге, ставшей щитом, и о человеке, чья отвага спасла будущее нации.

История Якова Тихоновича Новиченко – это не просто рассказ о воинском долге. Это история человечности перед лицом смерти, мгновенного выбора в пользу жизни других и удивительного переплетения судеб двух народов, застывшего в бронзе пхеньянского памятника и живущего в памяти благодарных сердец по обе стороны границы. Его шаг навстречу гранате стал шагом в бессмертие.