И вот, вроде все обустроили. Ну как всё? Кровать была, пива купили, Алку изолировали, выключив телефон. Костя был реально счастлив. Без Алки была свобода, без Алки была жизнь, страх он придавил пивом. Ну мне тоже было не плохо, но каким то чутьем я чуяла, что Аллуська без Кости на связи, не очень долго в этой деревне просидит. И если сегодня ей не на чем приехать, то завтра есть вероятность того, что она будет опять стоять перед моей дверью на коленях. Поэтому я потихонечку пошла закрыла двери на все замки, и задернула шторки. Зачем людям знать, что происходит в моей квартире. Зачем людям лишняя информация ? Я замаскировалась.
После маскировки на душе стало спокойней, я сильно рассчитывала на то, что сегодня никаких лишних визитов не будет. А что ещё может быть на свете такого, что может разбить вдребезги мою душевную гармонию? Не знаю ничего. Поэтому можно что нибудь приготовить на ужин, а заодно и на завтрак, и с полной ответственностью и с полным удовольствием завалиться в койку. Партнёр рядом тот, которого я хотела, раздражающих факторов нет, я точно знаю чего хочу, и уверена в том, что Костик исполнит все мои желания. Может по жизни он и не тот, кого надо иметь рядом, и вряд ли он ориентирован на желания женщины в жизни и в быту. Зато в постели он эти желания предугадывает, и реализовывает с такой скоростью, что ты осознавать это не успеваешь.
В еде мы с Костей оба были не прихотливы. Знаете какое любимое у нас было блюдо быстрого приготовления в те времена? Куриная шкура, жареная на сковородке. Я даже помню, что она в те времена продавалась по 47 рублей за килограмм. Косте в голову не приходило позаботится о нашем пропитании, а мне, честно говорю, жалко было тратится на мужика, даже не смотря на его гениальность. Поэтому я покупала эту шкуру, когда она попадала мне на глаза, килограмма три, и она лежала у меня в морозилке, дожидаясь звёздного часа. И в день, когда мы оказывались вместе без обременений, я жарила эту шкуру на сковородке, целую гору, а потом мы ей хрустели, как чипсами.
Костя вообще был в быту беспомощный, как ребёнок. Мне иногда казалось, что он не знает зачем к унитазу прилагается бачок. Ей богу. Его можно было попросить поменять колесо или масло в двигателе, и даже можно было попросить сгонять машину на мойку, ну а вот все что касалось быта, он даже веник в руках не понимал как держать. Мне было смешно и грустно. Но я всегда помнила, какими талантами он обладает, и к тому же понимала, что такие таланты , это редкость. Поэтому на все это я смотрела сквозь пальцы. Ну и конечно, ко всему прочему я понимала, что Костюня мне никто, и вряд ли станет кем то. Потому что любовник он замечательный, а муж, скорее всего никакой.
Ну а Костя в тот момент, когда я готовила куриные чипсы, старался показать мне, как он соскучился по мне за то время, пока я тусовалась с Александром. Самое интересное в наших отношениях с Костей было то, что он никогда ни к кому меня не ревновал и никогда не высказывал мне никаких претензий, и у меня было такое ощущение, что ему все равно с кем я была и сколько. Единственное , что было важно для него, это контакт со мной, частый или редкий, самое главное чтобы это было в его жизни. Он принимал все мои выкрутасы, как данность. И хотя у меня не было ни малейшего желания изменять Косте, я ему изменяла. Зачем? Чтобы отомстить ему за равнодушие. И чтобы в очередной раз понять, что лучше его нет.
Ну а мы взяли большое блюдо с куриными чипсами, каждый свой напиток и понесли все в кровать, потому что до утра мы из этой кровати выбираться не собирались. Потому что в этом деле мы были единомышленники. В кровати мы понимали друг друга без слов, у нас были одинаковые желания и стремления , и мы оба совершенно свободны были от мыслей, которые ввергали в стыд и стеснения. Вот так мы обустроили себе вечер, и у нас даже в мыслях не было, что кто то этот вечер может нарушить.
Поддержать канал 2202208070220844