ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ
Валиде ощущала радость и душевное спокойствие при виде своей старшей дочери Хатидже. После возвращения из Анталии молодая султанша выглядела превосходно, а главное в её характере появились прекрасные черты. Не было нервозных движений и вспышек гнева на ровном месте. Хатидже напоминала ласкового, пушистого котёнка, который постоянно мурлычет и ласкается к своим хозяевам.
-Ах, доченька! -с улыбкой произнесла валиде. -Ты выглядишь чудесно! Отдых пошёл тебе на пользу.
-Да, матушка! -кивнула султанша. -Мы с Ибрагимом хорошо провели время. Я до сих пор под впечатлением от тех прекрасных, летних дней.
Мать и дочь сидели в покоях валиде, наслаждаясь угощением и приятной, родственной обстановкой.
-Только ты почти никуда не выходишь из своего дворца. -заметила Айше-Хафса.
-Но сюда же я приехала. -улыбнулась Хатидже. -А скоро свадьба младшей сестрички. Уж тогда повеселимся.
Валиде похлопала дочь по руке.
-Дорогая! А дети? Вы не думали с Ибрагимом про детей? Когда вы меня осчастливите внуками?
Губы Хатидже снова тронула милая улыбка.
-Матушка! Разве тебе не хватает детей Сулеймана и Бейхан? Фатьма выходит замуж. Тоже глядишь скоро обрадует. А! Ещё же Эсмахан дочурка Шах.
Валиде, занятая мыслями не заметила в последних словах дочери сладко-ядовитый сарказм.
-Конечно, я их всех люблю. Но мне бы хотелось и твоих детишек понянчить. Дети это такое счастье! Да и Ибрагиму пора обзаводиться наследниками.
-Ну, хорошо, мама! -с напускной веселостью произнесла молодая женщина. -Мы обязательно подумаем над этим вопросом. А пока я пойду осмотрю свои покои. Ведь на время празднества мы с Ибрагимом поселимся там.
-Ах, да, да! -оживилась валиде. -Сходи. Там как раз сделали небольшой ремонт. Я думаю тебе понравится.
Хатидже ушла, а через некоторое время заглянула верная Дайе.
-Госпожа! -объявила она. -Охотничий домик для молодых готов. Всё сделано, как вы велели. Желаете сейчас отправиться туда осмотреть?
Мать султана слегка качнула головой.
-Нет, Дайе! Завтра съездим. Ты мне лучше скажи как ты находишь Хатидже? Не правда ли она стала спокойней, уравновешенней? И выглядит свежей, словно только что распустившийся бутон?
-Несомненно, госпожа! -проговорила хазнедар. -Хатидже-султан пошла на поправку.
-Ах, Аллах! Аллах! -женщина прижала руки к груди. -Моя девочка избавляется от страхов и недугов. Благодарю тебя, Всевышний!
Валиде закрыла глаза, вознося создателю материнскую молитву. Дайе с сомнением покачала головой. Она не верила в чудесное исцеление сумасбродной султанши.
************************
Хатидже ходила по своим, бывшим покоям и брезгливо морщилась.
-Что за цвет? Откуда притащили эти ковры? -она ткнула пальцем в нежный ворс на стене цвета спелых оливок. Затем её мрачный взгляд перкочевал на новый диван, обитый золотисто-коричневой парчой с причудливыми узорами. Атласные подушки в тон коврам лежали казалось везде. Хатидже подошла к широкой кровати и одну за другой скинула подушки на пол.
-Мерзкий ремонт! -прошипела она. -Кто вообще придумал такое убранство? Меня сейчас стошнит. Цвет блевотины!
Недовольная хозяйка комнаты вышла на балкон.
-А здесь зачем такие громоздкие подсвечники? -Хатидже пнула в изящную конструкцию. Мраморный столик на резных ножках был беспощадно сдвинут в самый угол.. Тонкие, прозрачные занавески, отливающие серебром тут же сдернуты.
-Кошмар! -чуть ли не закричала Хатидже. -Вот что превратили мои покои?
Молодая женщина почувствовала, как в её груди поднимается волна негодования. Она машинально вытащила из лифа платья маленький флакончик, открыла его и поднесла к трепещущим ноздрям.
-Ммм! -блаженно зажмурилась Хатидже. -Какой приятный запах! Бесподобный!
Она услышала звук открываемой двери, резко повернулась и увидела давнюю подругу.
-Аааа! Гюльфем! -протянула султанша с широкой улыбкой. -Ты что здесь делаешь? Неужели поссорилась с мужем?
-Здравствуйте, госпожа! -ответила бывшая наложница султана, несколько растерянно оглядывая небольшой беспорядок. -Нет, с мужем у меня всё замечательно.
-Хм! -хмыкнула Хатидже. -Ты не знаешь кто так бесцеремонно похозяйничал у меня в покоях? Сплошное уродство!
Гюльфем немного смутилась.
-Госпожа! Валиде захотела обновить вашу комнату и пригласила меня....
-А! Это ты? Ужасная безвкусица! -фыркнула сестра султана. -А цвет вообще поганый!
-Госпожа! -слабо возразила жена главного лекаря. -Вам ведь всегда нравились золотые и оливковые тона. И я, учитывая ваши предпочтения....
-Когда это мне нравились такие цвета? -прервала её Хатидже. -Может быть тебя и устраивает. А меня нет.
-Но как же, госпожа. -женщина сморщила лоб. -Я не могла перепутать.
-Ты видимо начинаешь стареть, Гюльфем. -усмехнулась султанша. -Ведь ты ровесница моего братца. А ему на днях исполняется тридцать.. Ааа! Подожди!
Хатидже всплеснула руками и засмеялась.
-Ты даже на год его старше. Понятно теперь. Память тебя подводит.
-Спасибо, госпожа, что напомнили мне мой возраст. -сухо произнесла Гюльфем. -И если вам не нравится обстановка, то я попрошу переделать.
-Да, ладно! -небрежно бросила вдруг повеселевшая сестра султана. -Всё равно это на время. Я ведь живу в прекрасном дворце.
Она вновь поднесла к носу блестящий флакончик. Гюльфем уловила странный приторно-сладкий аромат.
-Хочешь понюхать? -Хатидже сунула ей под нос пузырёк. Гюльфем непроизвольно вдохнула острый аромат и чихнула. Хатидже засмеялась.
-Правда райский аромат? -спросила она.
Гюльфем, вытирая платком глаза и нос слегка помотала головой.
-Боюсь, госпожа, слишком резкий запах.
-Ничего ты не понимаешь. -отмахнулась султанша. -Ладно. Расскажи как твоя семейная жизнь? Твой муж заботится о тебе? Наверное хорошо иметь, и мужчину, и лекаря в одном лице?
Хатидже хихикнула. Но через минут пятнадцать она уже не могла слушать болтовню подруги. Та так хвалилась супругом, их домом, да ещё детьми, которых они усыновили.
-У нас пока двое, сынок Арас и доченька Хале. -ворковала бывшая наложница. -И мы планируем ещё двоих взять на воспитание. Пусть пока дети подрастут.
-Зачем вам чужие дети, когда можно своих завести? -спросила Хатидже.
Гюльфем сконфузилась, но потом гордо подняв голову, произнесла:
-Госпожа, как говорит Хюррем -султан чужих детей не бывает. Мы с мужем очень любим наших крошек.
-Ах, да! -скривила губы султанша. -Хюррем! Сердобольная , добрейшая душа! Мой брат дал ей очень много воли. Очень много!
Тонкий палец, угрожающе потряс в воздухе.
-Тебе, да и другим своим наложницам он ничего подобного не позволял. Ты не чувствуешь себя обиженной?
Гюльфем с теплотой улыбнулась и тихо проговорила:
-Госпожа, мне не в чем обижаться на повелителя. Он всегда хорошо ко мне относился. И я очень рада за него, что он обрёл настоящую любовь, а мы с Яхьей тоже очень счастливы.
-Неужели! -изящные брови Хатидже взлетели вверх. -Зачем же ты тогда торчишь в Топкапы? От безумного счастья?
-Госпожа, я иногда выполняю поручения валиде. А в основном нахожусь дома с детьми.
-Ага! -хохотнула сестра повелителя. -Ты просто боишься за своего муженька. Он же тут на работе, а в гареме полно наложниц. Или же хочешь обратно обрести свой, статус. Не зря ты с русской наложницей дружбу водишь. Хочешь хитро сместить её?
-Госпожа, вы не правы. У меня ничего подобного нет в мыслях. -спокойно ответила Гюльфем.
-Ты предательница! Была моей подругой, а теперь переметнулась на другую сторону! -прошипела сестра падишаха. -Хороша! Ничего не скажешь!
-Госпожа! -сдерживая слезы обиды, прошептала Гюльфем. -Почему вы так несправедливы со мной? Я всегда питала и до сих пор испытываю к вам дружеские чувства.
-Не ври! -гаркнула султанша. Теперь она не была похожа на распустившийся, розовый бутон. Лицо её позеленело от злости. Если бы сейчас валиде увидела свою дочь, то ужаснулась бы.
-Ты никогда не была мне подругой, жалкая рабыня! -продолжала шипеть Хатидже. На какой-то миг Гюльфем показалось, что перед ней стоит хищная, разъярённая волчица. По крайней мере звериный оскал напоминал опасное, дикое животное.
-Госпожа, может быть... Вам нехорошо? Может.. Позвать лекаря? -пролепетала, слегка напуганная женщина.
-Это тебе нужен лекарь! -выплюнула жена, великого визиря. -Пусть тебя твой муж полечит. Пошла вон, пучеглазка!
Гюльфем не надо было повторять дважды. Молодая женщина вылетела из покоев, которые так старалась украсить и обставить для венценосной подруги. Но её усилия прошли даром. Гюльфем тяжело вздохнула, пытаясь успокоиться и не дать волю слезам.
Тем временем Хатидже снова принялась сама с собой разговаривать.
-Нет! Приперлась склерозная жаба и устроила тут настоящее болото!Идиотка!
Молодая женщина заметалась по комнате. Она сорвала с кресла красивую, ажурную накидку и швырнула её в камин.
-Хюррем! Ха-ха! Пора её скинуть с пьедестала! Возомнила себя Османской валиде! И мать дура! В рот ей заглядывает. Ох, какие же все безмозглые! А уж братец осёл на поводке! И муженёк мой кобелина! Я знаю, Ибрагим, ты всё ещё грезишь о рыжей лахудре!
Хатидже плюхнулась на диван и крепко задумалась.
-Надо объединиться с Махидевран. Она пусть и тупая, но русскую выскочку ненавидит.К тому же она княжеского рода. Мне надо с ней поговорить. И Мустафа мой любимый племянник. Он наследник!
Сестра султана скабрезно улыбнулась и поднесла к ноздрям заветный флакончик с чудесным, как ей казалось ароматом.
-Ох! Ну, хоть в этом мне мой великий визирь угодил. -пробормотала, млеющая султанша. -Надо сказать ему, чтобы ещё заказал.
Хатидже даже не представляла, что в эту самую минуту её муж лежит в объятиях колдовской любовницы, от которой он и получил флакончик с чудодейственной, нюхательной. солью. И если бы сестра султана знала про коварный план двух любовников. Но она даже не догадывалась.
**************************
Свадьба младшей сестры султана затянулась на десять дней. К тому же родственники, друзья и близкие спешили поздравить султана с тридцатилетием и вручить ему подарки. Поступали так же дары от правителей дружественных стран.
Хюррем втайне от возлюбленного приказала хранителю покоев проверять каждый подарок. Фаворитка, помня о покушениях была начеку. В праздничном переполохе враги особенно не дремлют.
А вот бас-кадина повелителя находилась в скверном настроении. Она негодовала от бездействия и чувствовала себя униженной и оскорбленной.Валиде поддерживала русскую невестку во всех делах и начинаниях, и это ещё больше злило и распаляло черкесскую княжну. Ей приходилось только наблюдать и гордо глотать обиду. Хотя несколько раз она порывалась учинить скандал. Но каждый раз правая рука валиде, всевидящая ,неприступная и величавая Дайе пресекала все попытки, намекая бас-кадине о неизбежных последствиях.
И вот в последний день празднества, когда состоялся прощальный ужин и напутствие молодым счастливой, семейной жизни, Махидевран постаралась незаметно ускользнуть в свои покои. Ей ужасно надоела свадебная суматоха, и она уже почти ненавидела виновников торжества.
В своей комнате бас-кадина разлеглась на диване и велела услужливой Гюльшах принести тёплого молока.
Только служанка улизнула, как двери распахнулись и перед ней предстала сестра султана. Махидевран мигом подскочила и поклонилась, недоумевая зачем к ней явилась золовка?
-Махидевран! -с ходу начала султанша. -Я пришла к тебе восстановить справедливость. До каких пор ты будешь терпеть издевательства? Ты забыла о том, что ты бас-кадина?
Хатидже опустилась в кресло, вытащила неизменный флакончик и небрежно сделала жест, приглашая присесть собеседнице.
-Ох, госпожа! -выдавила опальная княжна и всхлипывая принялась жаловаться на жестокий и несправедливый мир. Хатидже с некой брезгливостью смотрела на невестку, слушая нытьё и закатывала глаза.
-Хватит! -вдруг резко оборвала она. -Твои сопли и слезы ни к чему. Ты мать наследника! Сидишь в своих покоях, словно наседка и ничего не делаешь.
-А что? Что я должна делать, госпожа? -молодая женщина заломила руки. -Куда ни глянь везде Хюррем! Хюррем! И валиде ей потакает. Грязной оборванке! Вы знаете, госпожа она мне как-то заявила, что я увижу её с повелителем свадьбу. Вы представляете?
-Хм! -сестра султана скрестила на груди руки. А ведь такое может быть. Сулейман совсем потерял голову от своей прекрасной фаворитки.
-Вот! -Хатидже подняла вверх палец. -Тебе необходимо наладить связи с муллами и улемами. Пока не выбрали нового шейх-уль-ислама, то мы должны поспособствовать назначению.
-Но как? -большие глаза черкешенки расширились.
-Есть один претендент. -усмехнулась Хатидже. -Сайдулла-эфенди. Он проводил церемонию нашего с Ибрагимом никяха. И тебе придётся с ним подружиться. А также начать свою деятельность. Хюррем нужно уничтожить!
Следующие полчаса одержимая сестра султана в ярких красках расписывала увлекательное и яркое будущее, но при этом отметила, что невестка слушает её недоверчиво.
-У нас всё получится! -Хатидже, снисходительно похлопала молодую женщину по руке.
Тут ввалилась Гюльшах и чуть не уронила поднос, увидев неожиданную гостью. Хатидже бросила на девицу беглый взгляд и с пафосом произнесла:
-Кстати,Махидевран! И прислугу тебе пора менять. Мне кажется Гюльшах уже старовата. Вон и руки у неё дрожат. Того гляди выронит поднос.
Покрасневшая служанка поставила поднос на столик и ускакала.
-Да, Гюльшах последнее время нерасторопная. -рассеянно заметила бас-кадина, разглядывая сочные фрукты, кунжутное печенье и небольшой кувшинчик с молоком.
-Так выдай её замуж! -хохотнула Хатидже и поднесла к носу флакончик. Махидевран заметила, что время от времени золовка вдыхает странный аромат, пары которого витали в воздухе.
Закончив свою процедуру, Хатидже бесцеремонно схватила спелую грушу и вонзилась в неё острыми зубками.
-Что ты не ешь? -спросила она, прожевав.Султанша откинулась на мягкую спинку и оглядела покои.
-Знаешь, Махидевран. Завтра все разъедутся, и мы с Ибрагимом тоже, но сегодня я останусь ночевать у тебя. Мне нравится твоя обстановка. Не то что у меня в покоях. Эта дура Гюльфем всё испортила. Видите ли она учитывала мои предпочтения. С какой больной фантазии она это взяла?
Хатидже рассмеялась и принялась грызть печенье.
Ночью Махидевран проснулась от странного, неясного шума. Ей показалось, что где-то журчит вода. Женщина открыла глаза, приподняла голову с подушки и огляделась. Вроде ничего. Но журчание повторилось. Бас-кадина села на кровати.Теперь отчётливо послышался шёпот, и она уловила слова:
-Польем цветочки... Красивые цветочки...
-Гюльшах! -крикнула Махидевран и тут же услышала голос:
-Ну, зачем так кричать? Ты мне всех паучков распугала!
Служанка вломилась в покои с подсвечником в руке, сонная и перепуганная.
-Госпожа, что случилось? -хрипло проговорила она, освещая комнату.
-Где... Хатидже-султан? -пискнула княжна.
-Да, вот. же на диване. -свет упал в противоположную сторону. Султанша сидела на кровати с распущенными волосами и медленно проводила по ним расчёской. Рядом на столике стояло несколько бокалов с водой.
-Мне надо одеться и поехать во дворец. -тихо и монотонно проговорила женщина.
-В ваш дворец? -переспросила бас-кадина. -Но сейчас глубокая ночь. Утром поедете.
-Мне нужно успеть в сады Шалимара. Надо полить цветочки. Иначе они погибнут. -проговорила Хатидже и кивнула на столик. -Я и водичку приготовила. Это волшебная вода. Лунная.
Бас- кадина и служанка недоуменно переглянулись.
-Госпожа, вам видимо что-то приснилось? -догадалась Махидевран. -Про сады Шалимара? Это же.. В Индии.
-Дурочка, ты дурочка. -покачала головой сестра султана. -Это в Лахоре. В Пакистане. Сейчас прилетит ковёр-самолет и я полечу туда. Я там каждую ночь бываю. А вас я с собой не возьму!
Хатидже вдруг рассмеялась и дразняще показала язык.
Махидевран и Гюльшах снова переглянулись.
Остаток ночи две женщины, наблюдали следующую картину, находясь, словно в ступоре.
Хатидже носилась по комнате, изображая летящую птицу, затем нюхала невидимые цветы и плескала на пол и стены воду, при этом напевала странную песню тонким, почти детским голоском. Наконец-то перед рассветом, уставшая, но вроде бы довольная садовница рухнула на кровать и мгновенно отключилась. Через минуту послышалось сопение и даже похрапывание.
Госпожа и служанка ещё не отойдя от ночного спектакля разом выдохнули.
-Госпожа! -проговорила Гюльшах. -По-моему Хатидже-султан сошла с ума.
Она покрутила пальцем у виска. В глубине души девица злорадствовала.
-Интересно, а Ибрагим об этом знает? -задала вопрос бас-кадина. При упоминании о мужчине, который бередил сердце служанки, Гюльшах поймала себя на мысли:А может быть и знает? Может быть он разведётся с ней? И тогда....
-Госпожа! -сказала она. -Надо сообщить валиде и лекарю....
-Нет! -княжна резко выпростала руку. -Мы ничего никому говорить не станем. Даже Ибрагиму.
-Но почему, госпожа? -прогудела служанка. -И неужели муж не заметит состояние жены? Они же вместе... спят.
Девушку кинуло в жар при воспоминании о сладких ночах с Ибрагимом.
Махидевран задумалась, что было ей не свойственно.
-Может и заметил, но ничего не говорит. -наконец пронзила мысль скудные мозги. Она повернулась к служанке и тихо прошипела:
-Никому! Ты меня хорошо поняла?
Хатидже проснулась к полудню, когда осеннее солнце стояло высоко в небе. Она сладко потянулась и потерла глаза.
-Госпожа! -перед ней возникла черкесская невестка.
-Махидевран? -несколько удивлённо пробормотала султанша. -Почему я здесь?
Бас-кадина сдержанно и как-то таинственно улыбнулась. Она присела рядом и ответила:
-Госпожа, вы же вчера сами у меня остались. Вы не помните?
-Ах, да. да... -пробормотала сестра султана, потирая лоб. -А сколько же сейчас время?
-Уже полдень.
-Полдень? -удивилась молодая женщина. -А что же меня не разбудили? Почему я так долго сплю?
-Госпожа... А вы больше ничего не помните? -осторожно поинтересовалась бас-кадина.
Хатидже нахмурилась и уставилась на невестку.
-А что я должна помнить? Ты вообще о чем?
-Про сады Шалимара. -опальная султанша хитро прищурилась.
-Махидевран! Какие сады Шалимара? Тебе приснилось?
Хатидже раздраженно откинула одеяло и свесила ноги.
-А где мой флакончик? Ах вот он!
Цепкие пальцы схватили пузырёк, стоящий на низком столике.
***************************
В Стамбуле наступила зима, тёплая и дождливая. И снега совсем не предвиделось.
А вот в Российском государстве, как положено грянули морозы и завьюжила холодная метель. Особенно отличился февраль, суровый и студеный.
Но под конец вдруг резко потеплело, и с крыш срывалась звонкая капель под уже почти весенним солнцем.
-Какой сегодня чудесный денёк! -радостно проговорила Марийка.
-Подожди. -усмехнулся её муж. -Наступает март. А как известно марток-надевай семь порток.
Молодые супруги рассмеялись.
-Но сегодня природа нам дарит прекрасный подарок. Сегодня крестины наших малышек. И солнышко светит ярко. Это означает, что наши девочки будут счастливы.
-Конечно, Манюнечка! -согласился Фёдор и обнял добрую и милую жену. Месяц назад произошло знаменательное событие, в семье Лисовских родились девочки-близнецы. И сразу было видно, что малютки пойдут в папу. Голубоглазые, со светлым пушком на маленьких головках.
Счастливые родители не могли налюбоваться на чудесных крошек. Когда гордый отец спросил у супруги об именах, то Марийка тут же ответила:
-Феденька, давай их назовём Анастасия и Елена. Я благодарна своей подруженьке и княгине . Именно они приложили руку к нашему семейному счастью. Как бы я хотела, чтобы Настуня была сейчас с нами. Она стала бы хорошей крёстной.
-Да! -согласился Федя. -Имена замечательные. Но я думаю княгиня не откажется покрестить наших дочурок. А Пётр пусть будет крестным.
Княгиня Елена Глинская несказано обрадовалась просьбе Лисовских. Да, ещё одну из девочек назвали в честь неё.
В церкви куда приехали великий князь и княгиня собралось много народа. Все хотели поглазеть на красавицу-княгиню.
Но самой Елене Глинской такое шумное внимание не очень понравилось.
-Я приехала покрестить малышек, и это их праздник, а не мои смотрины. Зачем такая огромная толпа зевак? Еще сглазят девчушек.
Мать близнецов была полностью солидарна с русской правительницей.
-Дорогая! -сказал великий князь Василий. -Народу всегда хочется зрелищ. Где они ещё подивятся красоте первой женщины в государстве?
Молодая женщина фыркнула и с некоторой издёвкой проговорила:
-Я специально устрою у нас в палатах горницу с зеркалами. И буду принимать по двадцать человек в день. Буду восседать на троне в отражении зеркал. Пусть любуются. А сегодня пускай ступают восвояси. Крестины семейный праздник.
Великий князь поднял голову и громогласно расхохотался. Эхо прокатилось под сводами храма.
-Господь всемогущий! -мужчина покрутил головой. -Ты мне дал самую красивую, но самую дерзкую жену! Это не женщина, а пламенный костёр!
-Ну, хватит-хватит! -шикнула на мужа Елена. -Иди разгоняй толпу. Да серебра им от моего имени вели насыпать. Пусть выпьют за здоровье моих очаровательных крестниц.
Княгиня обратилась к священнику, который выпучив глаза, наблюдал за семейной сценой.
-Батюшка! Вы видно аршин проглотили? Начинайте церемонию!
**************************
Насух возвращался домой в приподнятом настроении. Сегодня он на выступлении дервишей и проповедников узнал много интересного и нового. А так же сделал отличные зарисовки. Художник и поэт загорелся желанием выпустить особенную книгу. Она пока не придумал название будущему произведению, но точно знал, что посвятит много страниц Сулейману первому ,Великолепному, так его называли в Европе. А в Стамбуле, отличившийся в справедливости и честности султан получил прозвище Кануни(Законодатель).
Матракчи считал вполне заслуженным такое высокое звание.
Мужчина свернул на базар, намереваясь купить что-нибудь вкусненькое жене и маленькой непоседливой дочурке. С наступлением весны появилось много новых, торговых лавок с огромным изобилием товара.
Насух глазел по сторонам, разинув рот. Сколько же разнообразных изделий. Бусы, монисто, шёлковые платки, обереги... Матракчи остановился и почесал затылок. А может заглянуть в оружейную лавку? Наверняка там новейшая партия кинжалов и ножей. Мужчина по инерции двинулся к намеченной цели. Бросая восхищённые взгляды по пути на роскошные, персидские ковры и палантины, художник зазевался и вдруг неожиданно столкнулся с человеком, который так же, озираясь по сторонам шёл ему навстречу. Мужчины буквально врезались друг в друга. Насух чуть не упал и выронил папку с рисунками . Белые листы с портретами и пейзажем разлетелись в разные стороны.
-О... Простите.. -услышал рассеянный Матракчи , извиняющийся голос с очень сильным акцентом.
-Да... Ничего... -пробормотал Насух и хотел было нагнуться за своими работами, но молодой человек среагировал быстрее и уже держал в руках рисунки.
-О.... Очень... Вы художник? -с огромным удивлением воскликнул иностранец. -Какой... Как это? Талант!
Мужчина поднялся и протянул озадаченному художнику его наброски.
-Я тоже.. Писать.. Картины... -рука незнакомца взлетела в воздухе, держа воображаемую кисть.
Матракчи с интересом осмотрел чужеземца с довольно простой внешностью, но в серых глазах увидел родственную душу. Художники всегда отличают друг друга из толпы обычных людей.
-Я Матракчи Насух-эфенди. Художник, публицист и поэт! -представился мужчина и приложив руку к груди слегка кивнул. -А кто ты, добрый человек? И откуда?
Незнакомец поклонился в ответ и медленно произнёс:
-Я-Лука! Художник из России!
-Так ты русский? -удивился Матракчи. -Ну, ничего себе!