Утро было как всегда.
Он встал раньше, как обычно, сварил кофе, поцеловал меня в макушку и сказал:
— Я в душ, потом заеду на заправку. Нужно в офис пораньше.
Я даже не повернулась — залипала в телефон.
Через десять минут вода перестала шуметь.
А ещё через двадцать я поняла, что его нет. Ни в душе, ни в квартире.
Сначала я решила: уехал, торопился, не стал мешать.
Но в ванной не было мокрых следов.
Пол сухой.
Полотенце сухое.
Дверь душевой не открывалась. Он не был в душе. Он солгал.
Я звонила — не отвечал.
Писала — не читал.
Через час — заблокировал. Меня.
Меня! Его жену. Женщину, с которой мы вместе семь лет.
Я бросилась к его родителям.
Там — пусто.
Мать была бледная, как стена, глаза опущены.
— Он взрослый, Оль. Он сам решает, где ему быть.
У меня тряслись руки. Я не могла говорить. Не могла дышать.
Пошла в полицию — исчезновение взрослого человека по собственному желанию — не считается ЧП.
Подруга обняла, принесла вино. Сказала: "Он тряпка. Вернётся — выгони."
Но он не вернул