В одном небольшом селе, за густыми лесами и широкими полями, жила-была старушка по имени Агафья Петровна. Но звали её все не иначе как Бабушка-Ябеда. И было за что!
Каждое утро, едва первые лучи солнца касались резных ставен её домика, Агафья Петровна уже торопливо приоткрывала занавеску и, прищурившись, начинала своё дозорное обход.
— Ага, — бормотала она, — у Марфы корова опять на мою капусту смотрит! У Семёна дрова сложены не по уставу! А это что? Детишки по лужам бегают?! Безобразие! Всё запишу!"
И тут же хватала свою потрёпанную тетрадку в клеёнчатой обложке, куда скрипучим почерком заносила каждую провинность соседей.
Раньше село было тихим и мирным. Люди жили дружно, помогали друг другу, а по вечерам собирались на посиделки. Но с тех пор, как Агафья Петровна объявила себя "блюстительницей порядка", всё изменилось.
— "Федот Кузьмич! — орала она, врываясь к старосте. — У Василисы куры через забор перелетают! Это же нарушение сельского устава!"
— "Агафья Петровна, — вздыхал староста, — ну какие могут быть уставы у кур? Они же птицы!"
— "А у меня в тетрадке записано: курам запрещено нарушать границы участков!"
Староста только руками разводил.
А однажды она устроила скандал из-за того, что соседский кот Васька улёгся спать прямо на её любимой скамейке.
— "Это мое место! — кричала она, размахивая зонтиком. — Кот должен спать в конуре!"
— "Но он же не собака…" — робко возражали ей.
— "В тетрадке написано: все животные — по своим местам!"
Но однажды утром случилось нечто невообразимое. Агафья Петровна, как обычно, потянулась к своему ночному столику, где всегда лежала её драгоценная тетрадка… но её не было!
— "Где моя книга правды?! — завопила она. — Кто посмел?!"
Обыскала весь дом — нет. Выбежала во двор — нигде. Даже под половиками искала — пусто.
А без тетрадки она чувствовала себя, как без рук. Кому теперь жаловаться? Кого уличать?
Вышла она на улицу, а там… тишина. Никто не ругается, никто не жалуется. Дети смеются, женщины у колодца песни поют, даже петухи кричат как-то веселее.
— "Что за безобразие?! — возмутилась Агафья Петровна. — Почему все такие… счастливые?!
Тут из-за куста смородины выскользнул рыжий кот — тот самый, Васька, которого она так гоняла. Только выглядел он сегодня как-то… мудро.
— "Ищешь свою тетрадку, ябедница?" — лениво протянул он.
— "Ты?! — ахнула Агафья Петровна. — Ты украл мою книгу правды?!"
— "Не украл, а освободил село, — ответил кот, умывая лапу. — Ты же всех достала своими жалобами.
— "Но я слежу за порядком!"
— "Нет, ты следишь за чужими радостями, — сказал кот и прыгнул на забор. — Попробуй день без ябед прожить. Может, и сама станешь добрее?"
Сначала она растерялась. Как жить без жалоб? Но потом…
Увидела, что соседка Марфа печёт пироги. Раньше бы побежала жаловаться, что дымом весь двор застилает. А сейчас…
— "Марфушка, а дай-ка рецептик…" — неожиданно для себя сказала она.
Марфа аж рот открыла от удивления, но обрадовалась и усадила Агафью Петровну за стол.
А потом оказалось, что у Семёна руки золотые — он починил ей калитку. А детишки, оказывается, не такие уж хулиганы — принесли ей ягод из леса.
Прошло время. Бабушка-Ябеда больше не ябедничала. Вместо этого она стала печь самые вкусные пироги в селе, рассказывать сказки ребятишкам и даже… разрешила коту Ваське спать на своей скамейке.
А тетрадку так и не нашли. Говорят, рыжий кот утопил её в речке, чтобы никто больше не мог ею воспользоваться.
Мир без жалоб и сплетен становится ярче. А доброе слово и пирог с ягодами куда полезнее, чем злая тетрадка.