Футбол слепых стал паралимпийским видом спорта в 2004-м и тогда же был впервые представлен на Паралимпиаде в Афинах. Уже в следующем году была создана сборная команда России по футболу слепых, бессменным капитаном которой на протяжении двух десятилетий остается мастер спорта международного класса Сергей Манжос. Именно ему было суждено стать самым известным в нашей стране незрячим футболистом.
Текст: Илья Бруштейн, фотор из личного архива Сергея Манжоса
– Сергей Владимирович, вам сейчас 42 года. Зрячие футболисты в этом возрасте еще могут играть на профессиональном уровне, выступать за сборную команду страны?
– Вообще, людям не всегда приятно, когда им напоминают о возрасте, но для спортсменов такой вопрос уместен. Сейчас в сборной России по футболу нет моих ровесников. Думаю, в клубах высшей и первой лиги можно встретить единичные примеры сорокалетних футболистов и даже игроков постарше. Но это исключение из правил. Обычно к 38–40 годам карьера в Большом футболе завершается. Продолжать играть можно и дальше, но это считается нецелесообразным: увеличивается риск травматизма, сложнее совершенствовать навыки и поддерживать спортивную форму. И, конечно, нарастает конкуренция с юными атлетами. В общем, причин для завершения карьеры много. И, как правило, профессиональные футболисты относятся к такой ситуации с пониманием. Вовремя уйти и оставить у болельщиков добрые воспоминания – это тоже искусство.
– Для футбола слепых все эти факторы не играют роли? После 40 лет можно продолжать успешно играть?
– Все сказанное выше в полной мере относится и к футболу слепых, и к другим паралимпийским видам спорта. Но практически во всех паралимпийских дисциплинах атлеты в среднем выступают на десять лет дольше, чем их коллеги-олимпийцы. Например, в футболе слепых можно на высоком уровне играть до 48–50 лет. Это связано с меньшей конкуренцией. Такой вот своеобразный бонус для спортсменов с ограниченными возможностями. Впрочем, мои слова о меньшей конкуренции никого не должны вводить в заблуждение. Она действительно меньше, но все равно очень высокая. С каждым годом паралимпийский спорт становится все более профессиональным.
– Значит, еще в течение нескольких лет болельщики смогут следить за игрой Сергея Манжоса на футбольном поле?
– С моей стороны было бы и нескромно, и нелепо давать долгосрочные прогнозы. Как говорится, хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах… Я буду играть до тех пор, пока это считает целесообразным тренерский штаб нашей национальной сборной, пока я чувствую одобрение болельщиков, пока позволяет здоровье, пока есть поддержка товарищей по команде, уже в течение двадцати лет ежегодно избирающих меня своим капитаном. И я за это очень благодарен.
Есть еще один важный критерий, определяющий для меня целесообразность занятий профессиональным спортом: пока я могу хотя бы немного улучшать свою спортивную форму, углублять понимание футбола слепых – надо продолжать работать. Если это движение по какой-либо причине остановится, спортсмен должен иметь мужество завершить карьеру.
Все контракты в олимпийских и паралимпийских сборных заключаются на один год. В команде никого не станут держать за прошлые заслуги. Ежегодно в декабре тренерский штаб продлевает контракты и одновременно ставит перед каждым членом сборной задачи, которые ему предстоит решить в ближайшие двенадцать месяцев. Слабые стороны есть у любого спортсмена. Подписывая годовой контракт, мы берем на себя обязательства стараться их преодолеть.
В футболе слепых почти все как в Большом футболе. Но при этом от спортсменов требуется большая универсальность. Необходимо быть успешным и в защите, и в нападении. Кто-то из игроков превосходит товарищей по команде в выносливости. Кто-то может похвастаться точностью удара по мячу, кто-то – скоростью… Задача тренерского штаба состоит в том, чтобы команда действовала как единое целое и преимущества и таланты каждого помогали побеждать.
– Каковы основные правила футбола слепых?
– Футбол слепых – ближайший родственник Большого футбола. Но мы играем на поле размером 40 на 20 метров. Ширина ворот – 3 метра. Продолжительность игры – два тайма по 20 минут.
В различных регионах нашей страны действуют профессиональные и любительские футбольные команды, есть детские, юниорские, взрослые коллективы. Лучших игроков приглашают в национальную сборную. Конечно, это большая честь. А в последние годы и в России, и за рубежом начал развиваться еще и женский футбол слепых.
В каждой команде по 10 человек: два зрячих вратаря и восемь незрячих игроков. Пять человек – вратарь и четыре игрока – находятся на поле, остальные – на скамейке запасных. Зрячий вратарь не имеет права покидать штрафную зону.
В футбол слепых в основном играют тотально незрячие люди. Перед каждой игрой нам еще наклеивают пластырь на глаза и надевают черные повязки или специальные очки. Это делается для того, чтобы кто-либо из игроков, у кого, может быть, сохраняется остаток зрения, не имел преимущества. Поэтому я выхожу на поле «трижды слепым»: и сам ничего не вижу, и пластырь наклеен, и черная повязка на глазах.
На футбольное поле каждая команда также приводит двух «гайдов». Иногда в России их называют гидами. Это зрячие помощники – координаторы игры. Один «гайд» всегда располагается позади ворот команды противника, атаку на которые он координирует. Второй «гайд» стоит у кромки поля. Нередко в этой роли выступает тренер. Кроме того, еще один дополнительный «гайд» – зрячий вратарь. Он тоже может подсказывать, давать указания членам команды.
– Получается, «гайды» помогают футболистам…
– Я бы не использовал глагол «помогают». Присутствие «гайдов» делает игру более техничной, интересной, скоростной. «Гайды» – наши глаза. Надо научиться максимально четко и разумно пользоваться их советами. Это важный фактор победы в игре.
В последние годы футбол слепых стал активно развиваться в специализированных школах для инвалидов по зрению. В этих школах «тотальники» находятся в меньшинстве, большинство учащихся – слабовидящие. Но на футбольном матче незрячими становятся все игроки, кроме вратарей и «гайдов». Для детей и подростков учиться взаимодействовать с вратарями и «гайдами» – значит приобретать замечательный навык командной игры. Хотя наш вид спорта и называется «футбол слепых», но он был бы немыслим без участия зрячих людей.
В игре используется специальный мяч. Он чуть меньше мяча для Большого футбола и при движении по полю постоянно издает звук, напоминающий треск детской погремушки.
Все соревнования – во всяком случае, с участием профессиональных команд и национальной сборной – проходят под открытым небом в теплое время года. Футбол слепых, так же как и Большой футбол, позиционируется как летний вид спорта.
– Почему нельзя играть в закрытых залах?
– В принципе, можно тренироваться и в закрытых залах. Но для соревнований высокого уровня используют открытые площадки. Это связано с тем, что незрячие игроки всю информацию получают на слух. В закрытых помещениях звуковая картина искажается, так как возникает звуковой резонанс. Поэтому на открытом воздухе нам играть легче. А главное, каждая команда может в полной мере проявить свои возможности, что делает игру более интересной и яркой для болельщиков. Но, разумеется, школьные, любительские команды могут в холодное время года играть и в закрытых помещениях.
Игроки национальной сборной осенью, зимой, весной обязательно отправляются на сборы в теплые страны и регионы. Сборы проходят в Краснодарском крае, странах Средиземноморья, Объединенных Арабских Эмиратах и др. В этом плане мы не отличаемся от игроков Большого футбола. Поэтому профессиональные занятия футболом слепых позволяют постоянно «убегать от зимы».
– Как незрячим игрокам удается избежать столкновений на поле?
– Столкновения происходят. Они могут быть и случайными, и осознанными. Это тоже часть нашей игры. Правила предусматривают, что при атаке нападающий должен обозначить себя словом «Вой!». По-испански это означает «Иду!». В этой ситуации защитник, разумеется, пытается встать на пути у нападающего, преградить ему путь к воротам. Нападающие действуют по-разному. Некоторые стремятся увести мяч в сторону, чтобы обойти защиту, другие идут напролом, бегут, не сбавляя скорости, стремясь врезаться в защитника или в защитников, сбить с ног.
– Это разрешено правилами?
– Правила запрещают подножки, удары по ногам. Также запрещается держаться за бортики поля. Но использовать свой корпус, чтобы сбить соперника с ног, вполне допустимо. Вопрос в том, насколько такая тактика будет эффективной. В футболе слепых, так же как и в Большом футболе, можно играть осторожно, технично, а можно агрессивно, жестко. Обе эти тактики могут быть и успешными, и провальными.
Конечно, в Большом футболе выше скорости и зрелищность. Футбол слепых со своим «большим братом» никогда конкурировать не сможет. Но и у нас в последние годы и скорости существенно повысились, и тактическая подготовка улучшилась. Уровень национальных сборных растет во всем мире, в том числе в России.
– Как у вас организован тренировочный процесс?
– У сборной обязательно еженедельно проходит не менее пяти-шести тренировок. Они включают в себя и общефизическую подготовку, и проработки типичных игровых ситуаций. Мы бегаем стометровки, упражняемся в прыжках, приседаниях, отжиманиях и так далее. Идут занятия в тренажерном зале. Конечно, тренировки включают в себя игровые упражнения: пенальти, проходы по полю, введение мяча в игру и так далее. Проводятся и теоретические занятия. Вместе с тренером мы обсуждаем особенности игры каждого из соперников: не только команд-противников, но и буквально каждого игрока в их составах.
– Чтобы достичь успехов в футболе слепых, необходимо разбираться в Большом футболе?
– Практически все наши игроки любят Большой футбол. Именно поэтому они и пришли в футбол слепых. Несмотря на инвалидность, есть желание гонять мяч, чувствовать себя настоящим футболистом.
– Как вы следите за матчами Большого футбола? В последнее время на многих стадионах появились тифлокомментаторы, объясняющие ход матча незрячим болельщикам. Вам помогает этот сервис?
– В принципе, тифлокомментирование – дело хорошее и востребованное. Но лично мне оно не нужно. Если у меня на футбольном матче есть возможность находиться в непосредственной близости от поля – это гораздо лучше любого тифлокомментирования. Я слышу движение мяча, представляю действия игроков. Можно не обладать зрением, но четко представлять, что происходит на поле. Такими возможностями обладают незрячие профессионалы футбола. Можно привести в пример тотально незрячего спортивного журналиста Александра Гуртовенко. Он много лет работал в пресс-службе футбольного клуба «Динамо», писал и о самих играх, и о различных фанатских объединениях, и о роли футбола в жизни людей. Кстати, в течение нескольких лет Александр играл в нашей сборной по футболу слепых. Но он выбрал журналистику, с большим спортом это трудно сочетать. Поэтому он ушел из сборной. Порой слепому даже легче почувствовать атмосферу стадиона, нежели зрячему.
– Интерес к футболу среди инвалидов по зрению растет?
– Футбол слепых и другие паралимпийские виды спорта инвалидами по зрению рассматриваются, с одной стороны, как увлечение, а с другой – как возможная профессия. Члены национальных паралимпийских сборных, в том числе и футболисты, получают зарплату. Выбор профессий для незрячих людей не слишком обширен. И в последние годы многие учащиеся специализированных школ, а также другие молодые инвалиды по зрению стали мечтать о профессиональном спорте.
– Какие вехи в становлении национальной сборной были ключевыми?
– В 2005 году, через несколько месяцев после создания сборной, мы приняли участие в чемпионате Европы, проходившем в Испании. Заняли последнее место. Нам удалось забить единственный мяч в ворота соперников. Это произошло во время игры со сборной Португалии, которая, как и Россия, была новичком на чемпионате. С португальцами у нас была ничья. Все остальные команды разгромили нашу сборную.
– Такой результат вас тогда не разочаровал?
– Думаю, признание и осознание поражения – это первый шаг к победе. Мы провели работу над ошибками. Национальная сборная в следующие годы приобретала опыт, участвовала во многих соревнованиях. В 2015-м на чемпионате Европы, проходившем в Лондоне, нам удалось завоевать серебро. Второе место давало право на участие в Паралимпиаде 2016 года в Рио-де-Жанейро. Все футболисты готовились к Паралимпиаде как к главному событию их жизни. Но, как известно, всех российских паралимпийцев в Рио-де-Жанейро не пустили, наш национальный Паралимпийский комитет был отстранен. Решение, по моему мнению, несправедливое и недостойное, этакая «коллективная порка» спортсменов-инвалидов. Но эта ситуация нас не сломила, а только стимулировала к более интенсивным тренировкам, добавила спортивной ярости. Мы все стремились доказать, на что способны! И в 2017 году в Берлине мы стали чемпионами Европы. О российском футболе слепых заговорили.
– Российская сборная по футболу слепых побеждает испанцев и становится чемпионом Европы. Это грандиозный успех! Как вы думаете, почему в Большом футболе такая ситуация пока маловероятна?
– Мне не нравится такая постановка вопроса, не нравится противопоставление футбола слепых и Большого футбола. Наоборот, спортсмены главной футбольной сборной – наши учителя и кумиры, образцы для подражания. Мы болеем за наших, равняемся на них. Главная идея футбола слепых как раз и состоит в том, чтобы адаптировать, приспособить великую игру под возможности незрячих людей.
Если посмотреть на наши игры, изучить правила, понаблюдать за тренировками, то легко обнаружить, как много общего между паралимпийским и Большим футболом. Поэтому не могу поддержать попытки бросить камень в огород сборной России по футболу, тем более сейчас, когда все мы находимся под санкциями. Наша сборная – не самая сильная команда в мире. Но и далеко не самая слабая. В национальной сборной собраны лучшие футболисты страны. И они в любом случае заслуживают уважения.
– Как сейчас идут дела у сборной по футболу слепых, учитывая непрекращающуюся волну санкций против нашего спорта, в том числе паралимпийского?
– Как известно, атлеты, выступающие в индивидуальных видах спорта, в настоящее время могут принимать участие в международных соревнованиях, в том числе в Олимпиадах и Паралимпиадах, в так называемом нейтральном статусе, то есть без флага, гимна и с рядом других унизительных ограничений. Для командных видов спорта, в том числе для футбола слепых, допуск к официальным международным соревнованиям закрыт. Поэтому и о чемпионатах Европы, и о чемпионатах мира, и о Паралимпиаде мы пока можем забыть. Как говорится, до изменения международной политической обстановки.
Но проблема не только в этом. Есть множество соревнований, которые формально не подпадают ни под какие санкции, однако международные чиновники все равно ставят России палки в колеса. Речь идет о товарищеских встречах национальных сборных, клубных турнирах. Но фактически создаются условия, чтобы сборные разных стран и ведущие профессиональные футбольные команды под различными предлогами отказывались от спортивных контактов с россиянами. Это можно условно назвать неофициальными санкциями. Несмотря на это давление, международные контакты продолжают развиваться. В первую очередь с дружественными странами. В декабре 2024 года в Москве прошел турнир БРИКС по футболу слепых. В 2025-м аналогичные соревнования планируется провести в Бразилии.
При всей важности международного взаимодействия, думаю, главная задача сейчас – развитие футбола слепых в самой России. В первую очередь массового спорта. Этот процесс идет. Игроки сборной тоже в нем участвуют. Мы регулярно встречаемся с болельщиками и участниками любительских команд, делимся опытом.
– Сергей Владимирович, расскажите, пожалуйста, немного о себе.
– Я родился в Москве. Зрение в детстве было хорошее. И со здоровьем проблем не было. Летние каникулы всегда проводил на родине отца, в Унечском районе Брянской области, в крошечной деревушке. Потерял зрение из-за травмы. Мы с дядей ехали на телеге за сеном. Я стал просить дядю: «Дай порулить!» Он отдал мне вожжи. А лошадь ударила меня копытом по лбу. Сознания я не потерял. Но удар был страшным, тяжелая травма, много крови. Зрение исчезло сразу. Почему вообще меня лошадь тогда ударила вроде бы просто так, без всякой причины? Думаю, теперь я знаю ответ на этот вопрос. В том районе почвы песчаные. Лошадь устала после тяжелого трудового дня. Вероятно, она увязла в песке, а освободившись из песчаной массы, взбрыкнула и ударила меня копытом.
Сразу же вызвали скорую помощь, отвезли в районную больницу. Потом на маленьком самолетике переправили в Брянск, в областную больницу. Этот полет я хорошо помню.
Вернуть зрение возможности не было. Более того, речь шла об удалении правого глаза. Но после консультации с врачом из Москвы этого решили не делать. Оба глаза мне сохранили и провели челюстно-лицевую операцию. Потом я вернулся в Москву, несколько месяцев восстанавливался.
В свою родную школу я уже не вернулся. Стал учиться в московской школе-интернате №1 для слепых и слабовидящих детей. Сначала со мной учителя в школе занимались индивидуально, обучали шрифту Брайля, основам пространственной ориентировки и навыкам самообслуживания, проводили работу по психологической реабилитации. Где-то в течение полутора лет я еще верил, что зрение ко мне вернется. Так мне и родители говорили, и другие взрослые. Но потом стало понятно, что потеря зрения – это навсегда. Необходимо было смириться с ситуацией.
– Чем вы в школе увлекались?
– На баяне научился играть. Теперь, правда, уже не играю. Но музыку люблю. Немного на гитаре играю. Конечно, непрофессионально, но могу развлечь компанию, сыграть и спеть для друзей. Так что школа дала мне не только среднее образование, но и любовь к музыке.
Что касается физкультуры и спорта, то мне все нравилось. И школьные уроки физкультуры, и любые дополнительные занятия, и соревнования. Но я никогда не думал, что стану профессиональным спортсменом.
Футбола у нас в школе не было, развивались другие игровые виды спорта с мячом, адаптированные для незрячих: голбол и торбол. Кстати, голбол – это тоже паралимпийский вид спорта.
Еще в школьные годы меня заинтересовал компьютер. Поэтому после школы поступил на факультет информационных технологий Московского государственного психолого-педагогического университета. В 2008 году получил диплом программиста.
В 2008–2013 годах совмещал тренировки в сборной со штатной работой в Федерации слепых футболистов. Отвечал за работу сайта, за функционирование компьютеров сотрудников.
– Что дал вам футбол? Как он повлиял на вашу жизнь?
– Спорт научил оптимизму, дисциплине, вере в себя. Благодаря команде у меня есть возможность много путешествовать, знакомиться с новыми людьми. И самое главное: спорт дает счастье чувствовать себя победителем, чемпионом. Это незабываемое, непередаваемое чувство! Думаю, желание быть чемпионом есть в душе каждого человека. Но не все могут его реализовать.
Разумеется, нельзя забывать и о реабилитационном эффекте футбола слепых. Благодаря этому виду спорта незрячие люди приобретают блестящие навыки пространственной ориентировки, улучшают координацию движений, быстроту реакции, приобретают стрессоустойчивость. Это позволяет уверенно себя чувствовать не только в своем родном городе, на хорошо известных тебе маршрутах, но и в незнакомой обстановке.