Проснулась раньше будильника минут на сорок, и думаю, надо подниматься – плита зовет. Сегодня с утра строгаю окрошку, а готовить буду вечером.
Утром мне велено сходить в филиал, чтобы одна фифа там расписалась. Если нужна их подпись, или им нужны цветы или газеты или еще что - нас запросто к ним послать в любую погоду и любой гололед. А в жару – это вообще за счастье нам туда сходить. Они к нам редко приходят, они же элита, нам не ровня.
Вышли с Витей, он пошел на учебу. Я на полпути вспомнила, что забыла окрошку. Это меня еще больше разозлило. Надо дойти до того моста, который закрыт. Потом снова вернуться домой. А еще успеть за огурцами на Хитрый. Иду, чувствую, как краснеет от жары мое лицо и как закипает всё внутри меня. Чтобы Вам было понятнее моя ненависть к этим дамам, просто почувствуйте: они получают такую же зарплату, а особо приближенная особа получает не меньше нашего директора, но у них работа гораздо проще нашей. Они просто работают библиотекарями: они не носят газеты на выборах, они не участвуют бесплатно на выборах, они не носят противопожарные памятки, они не проводят уже года два мероприятия. И вишенка на торте: на обновленном пространстве, у их библиотеки, по вечерам после работы проводим мероприятия мы – простые смертные. Смерды. Или мы не рабы. И мы периодически еще носим им бумажки на подпись. Нам же по пути. Для бешеной собаки то это не крюк.
Иду, и горю Вите: «Сейчас скажу им, «здравствуйте привилегированные наши!» «Добавь еще «мУки» на букву с!»- подначивает Витя.
Когда зашла, сказала: «Здравствуйте». Особа мне сказала «привет», а я ей снова «здравствуйте!» И не смотрю на них: «Распишитесь!» «Ты в бухгалтерию потом, Ир?»( Бухгалтерия с ними в одном здании) «Нет, я только к Вам, Вы же у нас привилегированные, к нам не ходите! До свидания!» Они ничего не успели ответить, а я довольная, что сумела сказать свое заветное слово, зашагала снова к дому за окрошкой. Роман, который мы сейчас читаем, показывает героя, который всем говорит то, что думает. И на дуэль даже не соглашается, а просто бьет в морду. Вот и я не буду стреляться, если меня вызовут, а просто скажу им всё, что я о них думаю. Это мало что изменит, но мне всегда легче, когда я выскажусь.
Бегу за окрошкой и за огурцами, сама себя притормаживаю: «Ничего не сделается, даже если на 5 минут опоздаю!»
На работе снова разборки, сегодня под раздачу попала Ольга Викторовна, смеется: «Думала, меня не коснется, но и до меня дошла очередь!»
Я на работе мёрзну, у меня руки ледяные, хотя у нас нет сплит-системы. Коллеги смеются надо мной.
Утром сотрудницу из детского отдела послали в школу по такой жаре проводить Малышок. «Нам нужны показатели!»- говорит директор. Между тем в филиале просто рисуют эти показатели и никуда не ходят. Живут себе мирно и тихо. Вот я конечно, рада, что сказала им свою правду. Но мне бы еще научиться делать это спокойно, даже с презрительной улыбкой. А я нервничаю. Потому что несправедливость жуткая.
В обед я выходила погреться на улицу, но даже чуток перегрелась. Купила еще хлеб и булочки и помидоры. Чтобы вечером с Витей сразу идти домой, не задерживаться.
Как вчера на мероприятии маленькая девочка говорит: «А это долго будет у нас? А то нам еще поливать идти на 40 лет Октября»
Вот и сейчас Витя поливает, а я пишу дневник.
Сегодня читатель приходил странненький. Как мама говорит, у меня все странненькие. Спрашивал конституцию СССР. У директора был один экземпляр.
-А если мы её потеряем?
-В смысле потеряете? Нет, Вы нам верните, у нас она одна.
И телефон он не помнит свой.
- Проживаете по месту прописки?
-Прописка была в Советском союзе. А это место регистрации. Тот, кто в паспорте, тот индивид зарегистрирован по тому же адресу. Придёте ко мне с полицией, если не верну. С ОМОНом.
Всё. Мы пошли есть окрошку.
А лучшая пятница сегодня для меня, потому что завтра у меня хахадной!!!!!
А у Вас как дела?
Спасибо за внимание и лайк.