Уважаемые читатели!
Прошу прощения за то, что выкладываю главы без всякой системы.
Лето в этом году больше похоже на осень. Погода меняется едва ли не ежедневно и моя голова меня очень подводит. Часто мучают мигрени, я выпадаю из жизни, теряю способность не только писать, но и соображать в принципе. Надеюсь, это скоро закончится. Спасибо за то, что меня не бросаете🌹
Часть 14
Ночью Савва не спал, ходил по тёмной квартире, курил, подолгу стоял у окна, ложился и смотрел в потолок сухими глазами.
Жизнь неуклонно сворачивала не в то русло. Все планы, мечты о совместном быте с Лисой и общим ребёнком, стремительно летели в пропасть. Савва не то чтобы ненавидел за это отца, но злился на него безмерно. Его мотивы были просты и понятны, но то, с каким упорством родитель не желал услышать иную точку зрения, вызывало досаду и недоумение. Будучи крупным воротилой, имея дело с субъектами самыми разными, подчас откровенно опасными и крайне несдержанными , Ефим Борисович слыл опытным стратегом, но как выяснилось лишь тогда, когда речь шла о деньгах. В такого рода вопросах он неизбежно проявлял как гибкость, так и лояльность. Однако в семье он почему-то превращался в каменного истукана. Разумного объяснения этому не было, оставалось принять как факт.
Савва знал, что у отца были женщины, но ни одна не задерживалась надолго, сменяя друг друга перелётные птицы не оставляли следов в душе ледяного банкира. Представить себе влюблённого, с сияющими от счастья глазами отца, Савва не мог как ни старался. Каждый человек воспринимает окружающий мир сквозь призму собственных, субъективных впечатлений и если кто-то вдруг лишён способности любить кого бы то ни было, то и других подозревает в лицедействе. Просто не может пусть не понять, но принять некоторые вещи. Это сродни тому, как описывать закат слепому от рождения, красноречие не поможет.
Не откладывая в долгий ящик, ранним утром Савва написал отцу, что хотел бы вместе пообедать.
- Что-то решил? - задал банкир резонный вопрос.
- Да. Надо бы обсудить детали, - ответил Савицкий младший.
- Приезжай в два часа в Три пескаря, - коротко велел Ефим Борисович. - И не опаздывай, ты знаешь, я этого не терплю.
На сердце у Саввы было муторно, но мысль о том, что отводит беду от Алисы и своего первенца, всё же немного грела.
"Уйти нельзя остаться", - на разные лады повторял про себя несчастный. По всему выходило, что запятую следовало поставить после первого слова.
Отец был бодр, свеж, одет с иголочки и ухожен как всегда. Чело его не омрачали печали и тяжёлые, едкие думы о том, что играючи сломал жизнь единственного сына. В угоду собственным интересам.
- Паршиво выглядишь, сынок. Бессонная ночь? - не то спросил, не то констатировал он.
- Я согласен жениться на Ольге Камоловой, - заявил Савва вместо ответа. - Но у меня есть условия.
- Что ж, - обрадованно потёр руки деспот. - Другое дело! Слушаю тебя, сын. Излагай, не тушуйся!
- Я хочу чтобы ты открыл счёт на имя Алисы, купил ей хорошую квартиру неподалёку от матери и брата, а так же добротную, надёжную машину, - перечислил Савва.
Точных размеров состояния своего отца он не знал, но не сомневался ни секунды - подобного рода траты столь незначительны, что проблем не возникнет.
- Справедливо, - подтвердил его догадки Ефим Борисович. - Что-то ещё? Может быть дачу?
- Дачу? Конечно же, дача тоже не помешает. И пообещай, что никогда не причинишь Алисе никакого вреда тогда и только тогда я помогу тебе заполучить Камолова, - промолвил отпрыск, прямо глядя отцу в глаза. - Дело же в нём, не так ли?
- Когда? - спросил Савицкий старший, выдержав сыновий взгляд.
- Тебя интересует когда я предам свою любимую, чтобы оградить её от тебя и твоего отморозка? - спросил Савва, пробуя томатный суп-рюре.
- Да. Когда ты обьявишь своей девице, что сорвался с крючка? Когда начнёшь ухаживать за Ольгой? - непринуждённо переиначил Савицкий старший.
- Скоро, но точно не сегодня, отец. Мне бы не хотелось, чтобы от переживаний Алиса потеряла ребёнка. Пусть малыш окрепнет.
Бездушный денежный мешок приподнял брови:
- А может быть наоборот? А? Может быть пусть лучше... И дело с концом.
- Это не обсуждается, отец, - твёрдо произнёс Савва. - Иначе свадьбы не будет. Насколько я понимаю, Камолов подумывает вывести свои активы, так?
- Да пусть рожает. Пусть! - милостиво позволил Ефим Борисович. - Я же говорил тебе, можешь сохранить её для себя в качестве любовницы. Лишь бы это не мешало твоей счастливой жизни с Ольгой Игоревной.
- Абсурд какой-то... - пробормотал Савва, промокая губы салфеткой.
Примерно месяца через четыре, Савва начал активно встречаться с Камоловой Ольгой, ничего не сказав Алисе, от которой сознательно отдалялся, поскольку папина протеже требовала внимания.
- Что происходит? - недоумевала девушка. - У тебя что-то случилось?
- Все нормально, дел много. Времени совсем нет, - уворачивался Савва, в то время как хотелось прижать её к себе и всё рассказать без утайки. Но до конца не осознавая что такое Ефим Борисович, Алиса бы не поняла.
А поскольку тот больше не отправлял к ней Саню, не тащил на встречу и не требовал исчезнуть с горизонта, наивная ошибочно полагала, что он оставил их с Саввой в покое.
- Щёки подул, пошумел, амбалом своим припугнул и смирился, - заявила Алиса подругам.
- Ну да, что он не человек что ли? - согласилась Лиза.
- Любой нормальный родитель хочет чтобы его ребёнок был счастлив. Ефим Борисович убедился, что вы действительно друг друга любите и отступил. Вполне естественно, - поддержала Алла.
Не верила в эту версию только Екатерина Васильевна. Не верила и ждала подвоха, ничем своих соображений не выдавая.
"Что-то здесь не так. Что-то не чисто. Или же я ничего не понимаю в людях. Совсем ничего", - думала женщина, волнуясь за дочь и будущую внучку или внука.
- Не хочешь узнать кто у нас? - спросил Савва на очередном УЗИ.
- Нет. Мне всё равно. Хочу чтобы был сюрприз, - рассмеялась Алиса, чья беременность протекала очень легко, без малейших намёков на осложнения.
- Даже обидно, - заметила она однажды. - Ни токсикоза, ни особенных, диких желаний. Только живот растёт и всё.
- Это же здорово, дурочка, - усмехнулась Екатерина Васильевна. - Большая редкость, между прочим.
- Радуйся, милая. Наслаждайся, - поддакнула Лали. - Мама нас тоже легко носила. Всех троих. Только сладкого всё время хотелось, особенно чурчхелы, так она говорила.
Банкир, тем временем, приобрёл квартиру для несостоявшейся невестки и открыл счёт на её имя.
- Машину ей подаришь на рождение ребёнка, - сказал он сыну таким тоном, будто только что совершил какой-то изумительно красивый, благородный поступок.
- Нет. Машину тоже сейчас, - возразил Савва. - Я хочу чтобы Алиса получила всё до того, как узнает про Ольгу.
- А иначе откажется? Не возьмёт? Побрезгует? - цинично расхохотался делец. - Неужели правда?! Хотел бы я на это посмотреть.
- Папа, мы договаривались. Выполни своё обещание, я выполню своё.
- Как скажешь, сынок. А теперь расскажи мне про Ольгу. Как развиваются ваши отношения? Всё ли хорошо? - искренне поинтересовался Ефим Борисович.
- Всё по плану, отец. Ольга ни о чём не догадывается. Думает что на самом деле мне нравится, - Савва скривился, потому как эта особа не нравилась ему совершенно.
То была жеманная, избалованная до невозможности, глупая как пробка девица с непомерно раздутым самомнением. Невзирая на то, что получила образование в Лондоне и смотрела свысока на любого, кто не принадлежал к кругу избранных, говорить с ней было не о чем. Ничего кроме брендов и модных коллекций её не интересовало в принципе.
Надежда Ровицкая