Будь то выступление в Королевском Альберт-Холле или на петушиных боях, жгучий креольский блюз Шенье поражал умы. В честь выпуска трибьют-альбома звёздные поклонники и члены семьи вспоминают одного из величайших живых исполнителей в истории
Гарт Картрайт, The Guardian
«Клифтон Шенье — один из самых влиятельных музыкантов из Луизианы», — говорит мне Мик Джаггер. — «Он открыл многим людям чудесную, свободолюбивую танцевальную музыку зайдеко. Он был настоящим оригиналом, первопроходцем». Джаггер признаёт, что ни один музыкальный стиль нельзя приписать одному артисту, но «нет ни одной зайдеко-группы, которая бы не следовала шаблону, созданному Шенье».
Джаггер не преувеличивает: харизматичный, аккордеонный звук Клифтона Шенье представил миру креольскую музыку сельской Луизианы — ныне известную как зайдеко, название которой, возможно, происходит от креольского произношения слова «haricots» (фасоль) или, возможно, от западноафриканского слова, связанного с музицированием. Созданная самыми бедными сообществами США, зайдеко — это в первую очередь танцевальная музыка, и концерты когда-то проводились на открытом воздухе, чтобы «пыль стояла столбом», говорит внучатая племянница Шенье, Шерелл Шенье Мутон. В своей основе она исполняется на аккордеоне, рабборде — стальной стиральной доске, на которой играют с помощью крышек от пивных бутылок, прикреплённых к пальцам для создания перкуссионных ритмов, — и голосом, и имеет общие черты с музыкой Гаити, Бразилии и других стран африканской диаспоры.
Шенье адаптировал зайдеко в ответвление R&B — «французский блюз», по словам легенды блюза Джимми Воэна, — и эта фанковая, болотная музыка теперь любима по всему американскому югу и за его пределами. Даже Бейонсе отдала дань зайдеко и своей «креольской маме» в песне «Formation». «Музыка дяди Клифтона объединяет людей всех национальностей, чтобы танцевать ту-степ», — говорит Мутон.
Шенье родился 100 лет назад в этом месяце и умер от почечной недостаточности в возрасте 62 лет в 1987 году. В честь столетия выходит биография, готовится к выпуску бокс-сет от Smithsonian Folkways и поистине звёздный трибьют-альбом: «Tribute to the King of Zydeco» включает таких артистов, как Люсинда Уильямс, Стив Эрл, Джимми Воэн и The Rolling Stones, которые вместе с музыкантами зайдеко и каджуна исполняют песни Шенье.
«Я впервые открыл его музыку, покупая пластинки Шенье в джазовых и блюзовых магазинах Нью-Йорка в конце 1960-х», — говорит Джаггер. — «The Stones всегда наслаждались его особой смесью каджунской танцевальной музыки. И до сих пор наслаждаются».
Действительно, The Stones открывают «Tribute to the King of Zydeco» своей версией песни «Zydeco Sont Pas Salés», где Джаггер поёт на «луизианском французском» (креолизированном французском диалекте), а Ричардс и Вуд играют с полной отдачей. Возможно, это самая раскованная и сырая запись Stones со времён альбома «Exile on Main St.».
«Они мгновенно сделали трек и зайдеко своим собственным стилем», — говорит Си Си Адкок, гитарист и продюсер из Лафайета, который руководил сессией Stones. — «Кит использовал гибкие риффы, чтобы подчеркнуть необычные традиционные аккордеонные смены аккордов. Ронни инстинктивно держал фанковый ритм в стиле буги, как мог бы современный гитарист зайдеко».
Адкок пригласил Роберта Сент-Джулиена, барабанщика Шенье, и каджунского аккордеониста Стива Райли, чтобы они стали «почётными Stones» и обеспечили яркий луизианский колорит. «Это большая честь — сотрудничать с The Rolling Stones», — говорит Райли. — «То, что они участвуют в этом, свидетельствует о влиянии музыки Клифтона».
Шенье родился в семье обедневших издольщиков в окрестностях Опелузаса, штат Луизиана, и был креолом: чернокожие люди юго-запада США, говорящие на французском или чьи предки говорили на нём. Его отец Джозеф играл на аккордеоне на танцах («французская музыка» или «ла-ла», как тогда называли зайдеко). Шенье рубил сахарный тростник на плантациях, затем работал в нефтехимической промышленности, играя на аккордеоне и напевая для коллег. Блюз и карибские влияния обогатили его звучание, и в 1955 году он выпустил первый хит «Ay Tete-Fee», успех которого позволил Клифтону и его группе гастролировать по стране с Эттой Джеймс и Литтл Ричардом.
«Я выбрался из ямы, чувак», — сказал Шенье луизианскому писателю Бену Сандмелу в 1983 году. — «Я имею в виду, из грязи; им пришлось выкапывать меня из грязи, чтобы привезти в город. Все мои люди говорят по-французски, и я научился этому у них. Многие стесняются говорить по-французски, но не я. У старого поколения был [зайдеко], но он угас. Я вернул зайдеко».
Но он также пытался исполнять чистый R&B, что не удалось, и к началу 1960-х Шенье был вынужден работать с барабанщиком в шумных барах хьюстонского Френчтауна. Здесь в 1964 году блюзмен Лайтнин Хопкинс привёл Криса Страхвица, основателя Arhoolie Records. Страхвиц начал записывать его, сначала выпуская синглы для местного рынка, а затем дебютный альбом 1966 года «Louisiana Blues and Zydeco» вывел его из хьюстонских баров на фолк-фестиваль в Ньюпорте, джазовый фестиваль в Монтрё и Королевский Альберт-Холл. «Люди спрашивают, как я могу выйти на сцену и играть четыре часа без остановки», — говорил он Сандмелу. — «Это потому, что я всегда был трудягой, всегда. Когда я на сцене, я там, без полумер».
«Я видел его в Новом Орлеане в 70-х, потом на танцах в старшей школе в районе Уоттс за пределами Лос-Анджелеса», — говорит Джаггер. — «Ночь, которую стоит запомнить. Он был великолепен». Джаггер отмечает, что концерт в Уоттсе был полон переехавших луизианских креолов, танцующих ту-степ, и после концерта, когда его представили Шенье как «из The Rolling Stones», Клифтон поблагодарил его за «хорошие слова о моей музыке» — он знал о журнале Rolling Stone, но совершенно не знал о группе.
Энн Савой, музыкант и летописец каджунской и креольской культуры, видела его примерно в ту же эпоху, в начале 1970-х, в Кэнктоне, Луизиана, в месте под названием Jay’s Lounge. «Сзади шли петушиные бои, готовили гумбо, люди танцевали, была жаркая, знойная ночь, и музыка была огненной».
Джон Клири, выросший в Кенте и давно живущий в Луизиане, превратил песню «I’m On the Wonder» в глубокую соул-балладу на трибьют-альбоме — и вспоминает, что в начале 1980-х игра Шенье была всё ещё такой же жаркой.
«Я переехал в Новый Орлеан после школы», — говорит Клири, — «и смотрел на Клифтона при каждой возможности. Он был там, потный, в костюме и галстуке, с огромной короной на голове — король зайдеко! — и грув был неумолим. Он исполнял медленный блюз, вальс, а потом взрывался чистым зайдеко. А зайдеко — это совсем другое: два бита, два аккорда — только он на аккордеоне и его брат Кливленд, выдающий дикие фанковые грувы на металлической стиральной доске».
Шенье выпустил дюжину альбомов на Arhoolie и создал международную платформу для зайдеко. Уважаемый документалист Лес Бланк снял в 1973 году фильм «Hot Pepper», запечатлевший Клифтона, играющего в креольских клубах; Пол Саймон пел о Шенье в альбоме «Graceland»; Рори Галлахер почтил его песней «The King of Zydeco». В 1984 году Шенье получил Грэмми, огромную честь для часто угнетаемого креольского народа.
«Успех Шенье вдохновил других, и сегодня зайдеко процветает, с рэперами и танцевальными битами, добавляющимися к его музыкальному гумбо».
В начале XX века в некоторых частях США и Канады вводились законы, запрещающие детям говорить по-французски в государственных школах, но, хотя «французская музыка» сохранялась подспудно в креольских сообществах, именно успех Шенье вдохновил других следовать за ним, и сегодня зайдеко процветает, с рэперами и танцевальными битами, добавляющимися к музыкальному гумбо зайдеко. Видео к песне Бейонсе «Formation» ссылается на зайдеко-традицию прогулок верхом: популярное уик-эндное собрание сообщества, включающее верховую езду, барбекю и танцы под зайдеко. То, что помог сформировать Шенье, теперь является эмблемой чёрного юга наряду с каджунской культурой, созданной белыми потомками французских предков.
«Исторически у нас говорили: если ты белый и играешь на аккордеоне, ты играешь каджун. А если чёрный и играешь на аккордеоне, ты играешь зайдеко», — говорит Джоэл Савой из Valcour Records. Культуры, которые когда-то разделялись по расовому признаку, «теперь сильно смешаны, сцены сильно пересекаются, как среди музыкантов, так и среди публики. Каджун и зайдеко счастливо сосуществуют».
Действительно, на «Tribute to the King of Zydeco» лучшие музыканты зайдеко и каджуна Луизианы аккомпанируют знаменитым гостям. Там также сын Шенье, Си Джей, унаследовавший аккордеоны и группу отца, и Мутон, внучка брата Шенье, Кливленда, играющая на рабборде — рифлёной стальной стиральной доске, которую Кливленд и Клифтон изобрели для выступлений.
«Когда я взяла рабборд деда после его смерти, я думала, смогу ли я на нём играть», — говорит Мутон. — «Ну, я надела его на шею, включила музыку дяди Клифтона и начала играть. Теперь мой трёхлетний сын Леви имеет свой собственный рабборд и выходит со мной на сцену при каждой возможности. Похоже, можно сказать, что наследие будет жить на протяжении поколений».
Альбом «Tribute to the King of Zydeco» выходит на Valcour Records.