Михаил…
Я работаю с психологом,
пытаюсь дойти до сути,
но внутри — сплошной узел. Я смотрю на свою дочь —
и мне больно.
Больно, потому что я хочу к ней.
Хочу просто подойти, обнять.
Хочу любви. Хочу близости. А она говорит:
«Не приставай ко мне. Не трогай меня.» И знаешь, я чувствую:
она как будто проигрывает мои беды.
Как продолжение меня.
Как та, кто идёт в мои тени,
потому что я где-то не дошла, не прожила, не осознала. Я не хочу, чтобы она это несли.
Но она несёт. Я остаюсь в одиночестве.
Я не понимаю, как выйти к ней.
А психолог говорит:
«Ты со своей мамой разве по-другому?» И тут я замираю.
Потому что… нет.
Я сама отталкивала свою мать.
И теперь история повторяется. Моя дочь смотрит на меня —
и не хочет быть такой.
Она говорит: «Я не хочу быть такой матерью.»
Она отказывается от женского,
от нежности,
от родства.
Она одевается как мальчик,
стрижет волосы,
танцует с девочкой. И я снова в одиночестве.
И снова не понимаю:
что я делаю не так?
Почему боль идёт по роду,
и как остановит