В этой статье постараюсь закончить размышления о папе. Сколько в жизни знаков и символов: сегодня позвонили из ритуального агенства и отчитались об окончании работ по установке памятника и облагораживании могилы. Пришлось ехать, принимать работу. Постояли у нового памятника, полюбовались изображением. Папа на нем такой улыбчивый, как в жизни... Я мысленно попросила прощения, что выношу его биографию на весь белый свет, но в истории жизни папы нет ничего криминального или аморального, чтобы ему за себя было стыдно.
Продолжим.
Каким папа был мужем?Противоречивым.
Уже с самого начала совместной жизни молодой пары выяснилось, что муж и жена как будто из разного теста: разное мировоззрение, разные привычки, разные устремления. О маме подробно расскажу позже, но пока упомяну, что она была девушкой с интересной родословной. Ох, нелегко ей пришлось осваивать почти крестьянский быт, ведь жили молодые с бабушкой (папиной мамой) и она, типичная крестьянка, устанавливала правила этой жизни.
В первые годы семейной жизни папа летал от счастья, носил свою молодую жену на руках в буквальном смысле. Мама часто вспоминала историю, как она, мОя пол, загнала себе в мякоть большого пальца иглу, и вот папа, испугавшись за любимую, взял её на руки и понес в больницу, ни разу не опустив на землю.
Большим испытанием для семьи оказалась тяжёлая болезнь папы, многочисленные операции и тяжёлое выздоровление. Несколько месяцев мама провела в палате областной больницы, выхаживая любимого. Как сказал врач, готовивший папу на выписку: "Вы теперь пылинки с жены должны сдувать. Неизвестно, что больше способствовало Вашему выздоровлению: медикаментозная терапия или хороший уход за Вами жены".
После болезни папе запрещен был физический труд, и мужчиной на время в семье оказалась хрупкая мама. Возможно , не до романтики стало в отношениях.
Каких-то серьезных ссор между родителями не было, и я росла в атмосфере их обоюдной любви ко мне. Брат к этому времени уже стал взрослым (между нами большая разница в возрасте- почти 10 лет) и уехал на учебу в областной центр.
Но и тепла, нежности между папой и мамой я, ребенок, не наблюдала. А к старости они вообще часто стали раздражаться друг на друга.
В последнее время мы с мамой много говорим о папе, и, когда я как-то спросила у нее, почему они так часто проявляли нетерпимость друг к другу , мама мне объяснила: "Понимаешь, мы оказались слишком разными. Он был добрым, любящим, и я никогда не сомневалась в его любви ко мне, а вот сама остыла рано. Он скажет какое-то слово, мне обидное, я закроюсь в себе. Он прощения попросит, я, вроде, прощу, а сама ничего забыть не могу, так и ношу в душе обиду. Мне мало было его душевности, хотелось ещё и духовность, внутреннюю силу в супруге видеть. Он был слабым человеком, да и жизненные принципы, мне казалось, были у него размыты. А кого винить, если муж, по моим представлениям, недотягивал духом? Вот и получается, что сама ошиблась. Только я уже давно всё переосмыслила и всё -все ему простила. Себе говорю: почему не ценила то многое, что у него объективно присутствовало в характере? Заботу обо мне он проявлял даже в старости. Найдет на кустике малинку, мне несёт со словами: "На, съешь первую". Все мои капризы гастрономические выполнял, исследуя полки магазинов в поисках моих заказов.. А уж как детей и внуков своих любил... Слишком поздно поняла я, как важно для ощущения счастья ценить, что имеешь, а не грезить по упущенным возможностям. ..Не хватало мне женской мудрости, не хватало...Дня не проходит, чтобы я не вспомнила отца... Как начну его сравнивать с другими знакомыми мне мужчинами, так мне он вообще кажется теперь святым..."
Нет, святым папа не был. Один уж грех, грех тщеславия, точно имел. Любил похвастаться, но, правда, чаще не собой, а женой, детьми, внуками. Делал это публично, громко и долго рассказывая о достижениях каждого из нас, гиперболизируя масштабы наших заслуг. Я очень не любила папино хвастовство (так я это называла) и сердилась на него за публичную похвальбу.
Вот и всё, что я могу "предъявить " папе. Только теперь понимаю, что делал он так от любви к нам, обыкновенной любви...
Ещё в самом начале я сказала, что хочу перед папой покаяться. .. Каюсь...
Папа прожил, по среднестатистическим меркам, долгую жизнь: всё -таки 85 лет не каждому отмерено. Но мы были уверены , что проживет гораздо дольше, потому что безумно любил жизнь, был энергичным и подвижным. За месяц до смерти сделал операцию по удалению катаракты. И эта операция стала роковой: вернулся из больницы с известной по пандемии болезнью, ее же подхватила и мама. Пока я выхаживала обоих, с папой произошел инсульт. Мы отправили его в областную больницу. Папа умолял меня не делать этого, просил оставить дома, но я и мысли не допускала, что дома ему будет лучше,чем рядом со специалистами. Старалась ежедневно быть на связи с врачом. Мне давали дежурную информацию: "Всё по протоколу". Папа не брал трубку, не отвечал на звонки. К нему не пускали. Однажды я смогла дозвониться и услышала какой-то еле слышный плач-мольбу: "Леночка, забери меня! Мне здесь очень плохо..." Опять звонок врачу и его решение: "Забирайте такого-то числа". Нет бы мчаться за папой немедленно - не поехала, посчитала старческим капризом. Поехали тогда, когда определил врач. Наверное , я опущу дальнейшие подробности. .. Привезли домой мы уже не папу, его жалкое подобие. Он уже не говорил, лишь единожды, когда я спросила: "Что у тебя болит, папа?", он тихо, но отчётливо прошептал: "Душа...". Помню, меня тогда взяла оторопь от этих слов... В ту же ночь его не стало...
Меня до сих пор мучит вопрос: отчего страдала папина душа? Это была боль расставания со всем, что дорого? Может, боль разочарования в тех, кого любил? А может, обида на близких, не услышавших его последнего желания?..
Папа, прости...