— Кать, ты что, правда дом продаешь? Думала, люди брешут. Чего вдруг, неужто впрямь переезд затеяла на старости лет?
— Нашла старуху! В пятьдесят-то. Я вообще, городская, всё детство и юность прошли в городе. А вот вышла за деревенского и прожила здесь всю жизнь.
— Ну? А теперь чего? Куда собралась?
— Так сколько жила, всё мечтала обратно в город вернуться. Николая сколько упрашивала. Ни в какую! Упёрся, и всё. А теперь, его нет, а мне одной что здесь делать? И дочка с семьёй в городе. Объявление вот увидела, люди хотят продать в городе свою квартиру и купить дом в деревне. Мы уже сговорились. Поеду, там всё родное. А к этой грязи деревенской я никогда не привыкну. Чужое всё, и я тут чужая.
— Ишь, как запела! Жила-жила... Ну езжай, коли так. Пошла я, некогда мне.
Екатерина понимала, что обидела Валю, свою соседку, с которой прожили бок о бок много лет, и не раз помогали друг другу, и делились своими самыми большими секретами. Но её сейчас это не волновало. Мыслями она была уже в городе.
...
Много лет назад, возвращаясь с моря, куда ездила вместе с подругой, познакомилась Катя в поезде с Николаем. Оба были молоды, романтичны, влюбчивы и быстро нашли общий язык.
Николай ради Кати даже в город из деревни тогда перебрался, работу нашёл и предложил пожениться.
А после свадьбы стал уговаривать переехать в деревню.
— Ты же не была у нас даже ни разу. Там такой воздух, речка, лес, ягоды и грибы. И все удобства у нас скоро будут, как в городе.
— Будут? А сейчас что, на улицу в туалет бегать? И душа нет?
— Да всё сделаем. Обещаю.
— А театры, концерты, магазины?
— Много мы тут по театрам ходим? Пару раз в год. Так и из деревни приехать можно. И в магазины тоже. Наши же ездят. А концерты у нас такие дед Матвей на гармошке даёт, закачаешься.
Катя долго не соглашалась. Но Николай не сдавался и в конце концов уговорил её пожить в деревне хотя бы во время декретного отпуска.
Ей и правда понравились деревенские пейзажи и свежие овощи с огорода, и молоко домашнее настоящее.
И свекровь оказалась ласковей, чем родная мать, изо всех сил старалась облегчить жизнь молодым. За Катей ухаживала, не давала тяжёлое поднимать, и ребенка ночами качала.
Так и осталась Катя в деревне. Самой понравилось и назад не хотелось. Тем более, что мать с отчимом квартиру в городе продали и укатили в неизвестном направлении.
Закрутилась деревенская жизнь, и не успела она опомниться, как годы пролетели, дочь выросла, уехала учиться в город и вышла там замуж.
Николай неожиданно утонул во время зимней рыбалки, провалившись под тонкий лёд. Свекровь после этого протянула недолго, года не прошло, как её не стало, тоска по сыну забрала.
Вот тогда и решила Екатерина продать дом и вернуться в город.
Дом был добротный, благоустроенный. Покупатели нашлись быстро.
И на эти деньги купила себе Екатерина в городе однокомнатную квартиру.
...
Город встретил её яркими огнями, шумом машин, потоком, спешащих по своим делам, людей. Дух захватывало от восторга, сбылась её мечта многолетняя.
Квартира хоть и требовала ремонта, была светлой, просторной, с довольно уютной планировкой. И Екатерина вместе с дочерью тут же взялась за поклейку новых обоев.
— Не понимаю я всё-таки смысла твоего переезда, — ворчала Юля, намазывая стену обойным клеем. — Не скучно тебе здесь будет? И нам теперь дачу покупать придется. Мы думали к тебе с детьми на лето приезжать. А к городской бабушке ездить не очень-то интересно. Такой сад у нас был в деревне, детям радости столько. Зачем продала?
— Говорила же тебе, что собираюсь, не делай вид, что не знала.
— Я не верила, что решишься. Думала, просто мечты. Ты ведь всегда о городе нам рассказывала.
— Мечтала, вот и наконец, сделала. Появилась возможность. Думала, обрадуешься, рядом жить лучше.
— Ничего не лучше. Старики обычно наоборот, из города едут в деревню. А ты... Ой, мам, а обратно можно всё поменять?
— Ничего я менять не буду. Здесь и медицина лучше, и все условия.
Екатерина изо всех сил пыталась убедить дочь, что всё сделала правильно. Хотя у самой тоже иногда появлялись сомнения.
Даже поговорить здесь совсем было не с кем. Ни одного знакомого человека. Соседи сторонились, не проявляя желания общаться.
И все вечера она просиживал у телевизора, глядя на чужие страсти, которые разворачивались в сериалах.
Но была у неё ещё одна мечта, о которой она не говорила ни соседке, ни дочери, да и себе самой боялась признаться.
Не старая ведь она ещё женщина, хотелось бы встретить мужчину и, может быть, ещё раз выйти замуж. А почему бы и нет? Выходят же некоторые в её возрасте.
А в деревне за кого выходить? Не за Мишку же, конопатого, который цепляется к ней постоянно, а сам ходит в загнутых кирзачах круглый год, засунув в них свои драные джинсы? А других мужиков нет холостых, все семейные. Где там кого искать?
А в городе вон их сколько. Уж хоть один найдется и для неё. Она женщина видная, фигуристая, и улыбчивая.
А что дочка в этом поймет? Возраст не тот ещё.
...
Немного поразмыслив, Екатерина устроилась работать продавцом в магазин возле дома и внимательно присматривалась к покупателям, не теряя надежды познакомиться с одиноким мужчиной.
С первых же дней приметила она одного, приятного на вид, вежливого покупателя, который тоже обратил на нее внимание и стал подольше задерживаться возле её отдела.
Слово за слово, они разговорились и вскоре стали прогуливаться неспеша по пути домой после работы.
— Может, зайдёте, Альберт Максимович? — пригласила однажды Екатерина. — Что мы тут у подъезда стоим, как дети?
— Сам хотел напроситься, да боялся смутить, — признался он.
— Ничего тут такого, у меня на ужин как раз есть котлетки с картошечкой. Любите? Пойдёмте, угощу, у меня вкусные получаются.
Он отказываться не стал.
Так и начал с этого дня захаживать к ней на ужин.
Она была рада. Все мечты исполнялись, как и было задумано.
Однажды не выдержала, поделилась радостью с дочерью.
А та с подозрением спрашивать начала:
— Неужели на полном серьёзе замуж за него собралась? Ты же о нём ничего не знаешь. Он тебя к себе приглашал? У него жена может есть, и детей куча.
— Одинокий он, сам говорил. А живёт в коммуналке после развода. Куда приглашать?
— Я на него посмотреть хочу. Познакомь меня с ним.
— Загляни вечерком, познакомишься. Всё равно, рано или поздно это должно случиться.
...
Вечером Юля пришла к матери вместе с трехлетним Игнатом.
Екатерина с Альбертом Максимовичем ужинали на кухне.
— Как удачно мы зашли, прямо к столу, — обрадовалась Юля, усаживаясь поудобнее и пристроив сынишку к себе на колени. — А мы гуляли, проголодались. Вот бабушка нас сейчас накормит.
Екатерина засуетилась, доставая тарелки и накладывая овощное рагу.
— Ешьте, мои золотые, всегда вам рада.
Но по лицу Альберта Максимовича было заметно, что он общей радости не разделял. Он с досадой поглядывал на Юлю с Игнатом. Особенно раздражал его вертлявый малыш, который перетянул на себя всё внимание.
Игнат то ронял ложку, то проливал молоко, то сам сползал под стол с коленей матери.
А Юля, заметив недовольство гостя, решила развлечься:
— Мам, возьмёшь Игнатика к себе на выходные? Ты когда сможешь? Мы с ребятами потусить хотим, шашлыки и так далее...
— Конечно, приводи. Мы с ним в парк сходим, на каруселях покатаемся.
Альберт Максимович крякнул и стал прощаться:
— Пойду, пожалуй, не буду мешать.
Он поднялся из-за стола, направляясь к выходу.
— Так вы и не мешаете, посидели ещё бы, — предложила Екатерина, поднимаясь, чтобы проводить гостя.
— Это мы, наверное, мешаем. — отозвалась Юля. — Так мы скоро уйдём. Вот мультики немного посмотрим и всё.
Едва Альберт Максимович закрыл за собой дверь, как Юля расхохоталась:
— Заметила, как его перекосило? Как он на Игнатика брезгливо смотрел. Теперь, я думаю, тебе выбирать придется, или он, или мы. Я с ним тоже общаться не буду. Совсем не понравился.
— Ну вот... Надо же... А так у нас хорошо с ним всё было.
Екатерина расстроилась, села на стул, опустив руки и глядя задумчиво на внука.
— Может, он и не плохой дядька, просто детей не все любят. Мужики своих-то иногда с трудом переносят.
— И что? Его выбираешь? — спросила Юля. — Игнатку не приводить?
— Скажешь тоже! Веди, конечно.
— Мам, не расстраивайся так. Не тот это человек. Лицо у него неприятное, недоброе. Неужели ты не заметила? Даже хорошо, что сейчас так получилось. Он всё равно бы потом себя показал. Найдёшь ещё себе кого-нибудь, подобрее.
— Получается, мне надо искать не для себя, а для вас, дедушку? Вот и здрасьте...
— Вообще-то, наверное, зря мы влезли, не надо было нам приходить. Испортили тебе только всё. Делай, как считаешь нужным. Мы не будем надоедать. Только уж в самом крайнем случае. А то и правда, никого не найдешь.
— Посмотрим. Я уже и сама сомневаюсь. А казался таким приятным и обходительным.
— Кормила его, так конечно. Он-то тебя угощал?
— Он? Ну, как сказать... Нет, вообще-то.
— Понятно, нашёл столовую. Ой, мам, не знаю, сама думай.
...
Но думать об этом больше не пришлось. Альберт Максимович исчез из поля зрения и в магазине больше не появлялся.
Екатерина сначала высматривала его, надеясь поговорить, но не дождавшись, совсем загрустила.
Всё теперь в городе её раздражало.
За окном, вместо пения птиц, криков петухов и мычания коров, к которым она привыкла за много лет, слышен был только рев машин, незамолкающий даже ночью.
Вместо бескрайних полей вокруг, куда ни кинь взгляд, простирались ряды серых домов.
И люди, суетливые, вечно куда-то спешащие, казались чужими и равнодушными.
Екатерина скучала по свежему деревенскому воздуху, по аромату цветущих трав, по пению петухов на рассвете. И по соседке Валентине скучала, и даже по рыжему конопатому Михаилу.
Тоска её нарастала с каждым днём, и она всё больше жалела о своем переезде.
Действительно, жила бы на природе, круглый год, как на даче. Дети и внуки бы приезжали. И окружали бы её соседи, ставшие такими родными за много лет.
И зачем перевернула свою жизнь вверх тормашками? Ничего хорошего не нашла в этом городе.
— Дочь, права ты была, зря я всё это затеяла. Помоги обратно мне переехать, — позвонила она Юле, — нажилась я тут, хватит. Домой хочу.
— Ты, мам, такая непредсказуемая. Каждый раз удивляешь. И куда на этот раз? В нашу деревню?
— Конечно, в нашу. Домой хочу.
— А если не захочет там никто продавать дом? Может, в соседних посмотрим?
— Нет, к себе хочу.
— Объявления дам, посмотрим.
...
Дом в деревне на продажу нашелся. Был он намного хуже бывшего дома Екатерины, но вполне жилой, со старым садом и заросшим огородом.
— Ничего, если поможете мне до ума его довести, я согласна, — сказала Екатерина, осматривая вместе с дочерью все постройки.
— Поможем, конечно, как не помочь такой красивой соседке, — из-за забора улыбался Михаил, глядя на новых соседей.
— И ты тут? Подслушиваешь? — Катя нахмурилась, не желая показывать своей радости от встречи со старым знакомым.
Сейчас он казался ей таким родным и близким, и даже его стоптанные сапоги не раздражали, а вызвали улыбку.
— Юль, а остались деньги у нас сколько-то? — спросила она, — давай подарим этому баламуту какую-нибудь обувку, галоши хотя бы. Чтоб он сапожищи свои страшные снял.
— Остались, — ответила Юля. — А что, дядь Миш, у вас обуви нет?
— Как нет? Полно. Так я не люблю, когда земля внутрь попадает, я же ведь чистоплотный, вот в сапогах и хожу.
— Чистоплотный он, слышала? — усмехнулась Екатерина.
— А что, не нравится вам? Так переобуюсь щас, мигом.
Он скрылся в доме и через несколько минут появился в чистой светлой рубашке, черных брюках и белых кроссовках.
— Ну, как я? Такой нравлюсь?
— Жених! — засмеялась Юля. — Мам, а ты говорила...
— Ну-ну, не болтай, — отмахнулась Екатерина, с удивлением разглядывая преобразившегося Михаила. — Рыжих ещё женихов мне тут не хватало.
— Да какой же я рыжий? Лысый давно. — Он, смеясь, приподнял кепку и провел ладонью по своей лысине.
— Ну вот, ещё не лучше, — рассмеялась Екатерина.
...
Солнце ласково касалось крыши небольшого деревянного дома, птичье пение наполняло воздух вокруг.
Екатерина сидела на крыльце, вдыхая запах свежескошенной травы и глядя на знакомые поля, где золотые колосья пшеницы склонялись под лёгким ветерком.
Соседи, проходя мимо, приветливо здоровались, делились местными новостями. Жизнь в деревне шла своим чередом.
— Привет, подружка, — заглянула с улицы через калитку Валентина, — где твой-то?
— Баню топит. Мыться придёшь?
— А чего ж не прийти? То и спрашиваю. — она открыла калитку, прошла, села рядом. — Слышь, на Юльку твою давеча глянула, никак рожать скоро?
— Скоро, Валь, скоро.
— Вот бабке работы добавиться, нянчиться. Небось старшего к вам подкинут?
— Ничего, нам с дедом в радость.
— Ну дак, у него своих нет, хоть с чужими...
— Эй, бабочки! — окликнул Михаил, выходя из бани, — полотенца уже приготовили? Попарить вас, или сами справитесь?
— Обойдёмся уж без помощников.
— Я там камеру установил, щас кино смотреть буду, — гоготнул Михаил.
— Вот баламут, — проворчала Валентина, — и как ты терпишь его?
— Ой, Валь, и сама не знаю, — засмеялась Екатерина. — Ни кино, ни цирка не надо, не соскучишься.
***
Автор: Елена Петрова-Астрова
Подписывайтесь, друзья, у меня есть для вас много интересных историй.
Читайте и другие рассказы в подборках на главной странице канала. До новых встреч!