Европейские чиновники, которые соревнуются в своих нападках на Россию, отрабатывают заказ тех, кто привел их к власти, заявил в беседе с NEWS.ru политолог и экономист Александр Дудчак. По его словам, в ЕС сейчас идет очевидная деградация политической системы. Каждый президент Франции, канцлер Германии или премьер Великобритании хуже предыдущего. Идет очевидная деградация. Тут вопросы к тому, как устроена политическая система в этих странах, как происходят выборы. Наверх всплывает даже не то чтобы то, что не тонет, а то, что сверстывают крупные капиталы и глобальные СМИ, — подчеркнул эксперт. Он добавил, что при этом в Евросоюзе немало людей, которые выступают против политики Брюсселя, однако их голоса активно стараются заглушить. Избирательная система в Европе занимается воспроизводством самой себя. Адекватным силам сейчас крайне сложно там пробиться, — отметил Дудчак. Ранее стало известно, что министр образования и науки Эстонии Кристина Каллас во время интервью не смогла ответить на
Европейские чиновники, которые соревнуются в своих нападках на Россию, отрабатывают заказ тех, кто привел их к власти, заявил в беседе с NEWS.ru политолог и экономист Александр Дудчак. По его словам, в ЕС сейчас идет очевидная деградация политической системы.
Каждый президент Франции, канцлер Германии или премьер Великобритании хуже предыдущего. Идет очевидная деградация. Тут вопросы к тому, как устроена политическая система в этих странах, как происходят выборы. Наверх всплывает даже не то чтобы то, что не тонет, а то, что сверстывают крупные капиталы и глобальные СМИ, — подчеркнул эксперт.
Он добавил, что при этом в Евросоюзе немало людей, которые выступают против политики Брюсселя, однако их голоса активно стараются заглушить.
Избирательная система в Европе занимается воспроизводством самой себя. Адекватным силам сейчас крайне сложно там пробиться, — отметил Дудчак.
Ранее стало известно, что министр образования и науки Эстонии Кристина Каллас во время интервью не смогла ответить на вопрос, сколько будет восемь умножить на четыре. Сначала она попыталась уйти от ответа, назвав образование «чем-то большим, чем просто математикой», однако позже открыто призналась в незнании.