Первый компьютер я увидел году в 1993-м.
Мне было 23.
Я работал художником в газете «Российский миллионер».
Компьютер стоял в кабинете главного редактора.
Главный редактор играл на нём в тетрис.
Всем остальным к компьютеру прикасаться было строжайше запрещено.
Но когда редактора не было, все остальные тоже играли в тетрис.
Компьютер — это было очень круто.
Потом он сломался, и его поставили в приёмную, чтобы само его присутствие в редакции газеты говорило, что это очень уважаемая редакция.
Так оно, в общем-то, и было.
Газету учредил то ли какой-то союз предпринимателей, то ли какая-то биржа.
Или ещё какая не менее уважаемая организация, не помню уже.
В девяностые годы появилось множество непонятных организаций.
Непонятных, но очень уважаемых и пафосных.
Своя газета подчёркивала уважаемость организации.
У нас была очень хорошая газета. Я в ней целый год проработал. Я бы и больше в ней проработал, но она закрылась.
Потому что офис редакции очень далеко находился.
Всем сотрудникам ездить было неудобно. И все роптать начали. Что тяжело 2 раза в месяц туда ездить.
А надо было именно 2 раза — зарплата была 2 раза в месяц. Большая зарплата, кстати.
У меня, например, она была 600 рублей в месяц.
Это много (у моей мамы тогда было 180). И это не считая гонораров за очередные номера газеты. Тоже примерно 600 рублей за каждый номер.
Гонораров, правда, не было. Потому что кроме первого номера нашей ежемесячной газеты, других номеров так и не вышло.
Но это и хорошо. Следующие номера было бы уже некуда складывать.
Пачками с первым номером была завалена вся редакция. Распространять газету у нас задачи не было, только издавать. О распространении учредители как-то не подумали.
Вот.
Первый номер выпустили, а потом в течение года на работу только за зарплатой и ездили.
Первые полгода всё было хорошо.
А потом сотрудники стали роптать, мол, 2 раза в месяц — утомительно ездить. Руководство пошло им навстречу, и деньги стали платить раз в месяц.
Но безделье разлагает.
И когда коллектив, окончательно разложившись, потребовал зарплату увеличить, газету просто закрыли.
Никто, правда, особо не переживал.
В то время казалось, что всё только начинается. Что вот сейчас воцарится капитализм, и всё станет ещё замечательнее.