Хочется вспомнить ещё об одном бойце.
Он ушёл из жизни на поле боя, хотя мог бы жить и работать. Но судьба распорядилась иначе, и он принял свой последний бой на той позиции N, которая была разрушена.
Но об этом позже.
С Эди я познакомился примерно в середине октября 22-го года. Мы встретились, когда только начали появляться учебные центры. Он был старшиной в одном из учебных центров, куда мы приехали. В памяти смутно всплывают моменты, связанные с ним. Возможно, память автоматически стёрла те дни, когда он был рядом. Мы меняли место дислокации и всем составом переехали в более спокойное, даже скрытое от посторонних глаз место, где всё началось заново.
Насколько я помню, он рассказывал, что бывал в Сирии до этой войны и должен был отправиться домой к семье в отпуск.
Как жаль, что его судьба сложилась иначе, как и у многих, кто был тогда рядом и сражался с нами плечом к плечу.
Он всегда старался помочь. Для нас он был братом, который учил полезному, а иногда, по-братски, мог и отругать.
Со временем многие эмоции стираются, превращаются во что-то туманное, и остаются только приятные воспоминания. К сожалению или к счастью, я не знаю, так уж устроен наш мозг. Поэтому пишу эти строки и вспоминаю Эди с улыбкой.
Последняя встреча.
Сегодня была ужасная погода.
Шёл мокрый снег, дул пронизывающий ветер.
Мы находились практически в чистом поле. Наш старый, но еще живой домик со скрипучими полами стояла вдали от всех. На самом краю садовых участков. Мы сидели в этой ветхой избушке, которую успели немного обустроить, и нас радовало одно: у нас была печь. Находясь там, начинаешь ценить простые вещи, как, например, банальная печка, благодаря которой в доме всегда было тепло.
Когда целый день проводишь на улице, по самые щиколотки в грязи и грязи, работая с ребятами из проекта «К», промерзаешь до костей.
А ночи холодные, пронизывающие до дрожи, а утром всё тает, и так по кругу.
Ближе к вечеру, уставший, как собака, добираешься до этой избушки в надежде согреться и высушиться, получаешь хорошие новости: у нас пополнение, приехали совсем «зелёные» ребята.
Мы все немного оживились:
— «Свежая кровь».
Подумал каждый из нас.
В дом зашёл Эди, признаться честно, я не сразу его узнал. Он сбросил свой рюкзак на первую попавшуюся кровать. Присел. Видно, что устал.
Из его рассказов я узнал много новостей, которые потрясли меня.вышли на улицу покурить.
Пока мы с ним стояли на улице, пили кофе, начало темнеть.
Зашли в дом, занялись каждый своим делом.
Утром, когда все встали, прибежал боец и сказал Эди собирать вещи, он уезжает на передовую.
Тогда я видел его в последний раз. На следующий вечер мы узнали, что он погиб во время одного из накатов.
Последние новости о товарище.
Больше подробностей о гибели Эди я узнал позже, когда мы загружались на технику, чтобы отправиться на ЛБС. Всё произошло случайно.
Мы тронулись, уже начало темнеть, самое время для движения — меньше заметно и меньше вероятность, что по пути будут какие-то проблемы.
Погрузились на броню, сидеть было неудобно. Зима, январь месяц, пронизывающий ветер в лицо, как бы ты ни старался защититься. Самое печальное, что у меня не было подстилки, и приходилось садиться на спальный мешок, который постоянно сползал, хорошо, что я был зажат между двумя бойцами.
Проезжая через одну деревню, навстречу нам попалась «Нива», как я был рад, что она тоже ехала практически без света. До точки оставалось не так много, мы уже сильно замёрзли. Когда прибыли на место, мы быстро погрузили снаряжение и, к сожалению, одного бойца. Грустная картина. Мы прекрасно понимали, что такое происходит ежедневно.
Увы, на войне без жертв не обойтись.
С точки подвоза провизии загрузились боеприпасами и сухим пайком, направились к точке, куда нам нужно было добраться. Главное, без потерь и пропавших без вести, думал каждый из нас.
Вроде бы уже был здесь однажды, но ночью местность сильно меняется. Шли, естественно, под прикрытием посадок, было несколько взрывов, к счастью, снаряды падали рядом, не попадая в нас и не задевая осколками но по привычки все падали на землю.
Первые два взрыва произошли, когда мы только начали движение от точки подвоза, я помню, что это было примерно в 70 метрах от нашей колонны. Взрыв прогремел совсем рядом. За доли секунды,
В этот раз мы смогли избежать потерь.
Путь занял около часа, но точно сказать, сколько времени мы шли, сложно. Когда мы добрались до перекрёстка в лесополосе, мы остановились на привал.
Все сразу поняли, что нужно делать, и колонна растянулась вдоль посадки. Бойцы расположились на расстоянии друг от друга и устало опустились на землю.
Во время дальнейшего движения мы несколько раз встречали бойцов из группы эвакуации, которые несли раненого на место эвакуации. Было страшно смотреть на этих людей — у них была тяжёлая, но важная работа. Со временем привыкаешь к смерти, осознаёшь, что она всегда рядом.
Вот был боец, а через час его уже нет. Только что сидели вместе, курили, а теперь его нет.
Никаких эмоций, переживаний — ты просто понимаешь, что его земной путь закончился.
Когда мы добрались до нужной точки, во время привала один из бойцов спросил, знал ли кто-нибудь, что Эди погиб.
Я ответил, что знаю его.
Товарищ. Прости, брат Эди погиб. Бился достойно.
Мне ответили, что он погиб в бою на одной из позиций. Подчеркнули, что он погиб как герой, спас часть своего отряда, и парни остались целы. Но подробностей о том бое я так и не узнал.