В первом круге российский №1 уступил 64-й ракетке мира 6:7(2), 6:3, 6:7(3), 2:6.
– Бенжамен сыграл невероятно. Чувствуете ли вы себя уязвимее, чем раньше, против таких соперников? Сложнее ли вам навязывать свою игру?
– Да, Бенжамен показал выдающийся теннис. На вопрос, чувствую ли я себя уязвимее, ответил бы да, если бы не турнир в Галле, где я играл здорово, выигрывая у всех в двух сетах, кроме Саши [Зверева] – это был тяжелый матч. Потом я проиграл Бублику, который был в огне. Так что, возможно, да, возможно, нет – не уверен.
С другой стороны, я проигрывал Зайбот Вилджу и другим, но потом доходил до полуфиналов «Уимблдона» и финала US Open. Просто нужно лучше играть с такими соперниками. С Бонзи с первого же розыгрыша я почувствовал: что бы я ни делал, мяч не проскальзывал по траве, как мне бы хотелось. Я не мог создать ему трудности, а у него получалось. Я боролся, старался. На тай-брейках должен был сыграть лучше. Результат на табло – надо работать над игрой против таких соперников, особенно на харде.
– Это был самый жаркий первый день в истории «Уимблдона». Жара повлияла?
– Физически было тяжело. Например, в четвертом сете. Чтобы сделать виннерс, нужно было выполнить три великолепных удара по углам. Особенно в четвертом сете, когда я устал, он просто пробивал по линии, кроссом – все навылет.
Мне знакомо это ощущение, когда ты в форме, все летит. Четвертый сет получился самым тяжелым, и жара... Я никогда не стану говорить, что он победил из-за жары. Да, играть непросто, но, если вы спросите его, думаю, он тоже ответит, что жара ему не понравилась, – сказал Медведев на пресс-конференции.
Даниил Медведев. Провал. Грусть
