Тихие детки редкие гости в моем кабинете. На приеме мама с мальчиком 5
лет. Чистенький, опрятный, причесанный, вежливый, он не особо
вписывается в обычный портрет посетителей кабинета психолога.
Маму
тревожит, что ребенок почти не общается с друзьями. Ребенка только в
этом году отдали в детский сад. В садике, мальчик чаще сидит у окна,
вечером, гуляя с мамой, сидит один на лавочке или лениво ковыряется в
песочке. Одним словом не доставляет никаких хлопот взрослым. Особенно
напрягает то, что мальчик часто говорит о друге, который, с его слов,
живет с ним в комнате.
Мальчик старательно отвечает на мои вопросы.
Сразу слышатся нарушения в речи, мальчик не выговаривает несколько
звуков. На вопрос с кем проживает мальчик, он отвечает, что с мамой и
папой. Хитро скосив глаза на маму, обрывает фразу, хотя заметно, что
сказал, не все, что хотел.
Достаю карандаши и предлагаю порисовать.
Мальчик рад, что я не задаю неудобных вопросов и слегка расслабляется.
Нарисуем семью, - предлагаю я, и мальчик берется за карандаши. Когда
на листе появляется первая фигурка, уточняю: кто это? «Это я», -
улыбаясь говорить мальчик. Рядом с собой начинает рисовать фигуру,
напоминающую взрослого человека. Фигура с большими руками, почти на две
головы выше фигурки самого мальчика, на голове длинные волосы. Кто же
это? - заинтересовано спрашиваю я. – Это Самсон. Мальчик широко
улыбается, буквально мгновение. Затем он смотрит на маму, и улыбка
исчезает с его лица. Я прошу маму подождать в коридоре. Дальше мальчик
рисует маму, папу и даже кошку. Всем видом показывая мне, что
рисование этих фигурок ему интереснее, чем фигура Самсона.
Про
родителей мальчик говорит мало: папа много работает, у мамы много дел по
дому. Мальчику не нравится телевизор, потому, что там много громких и
резких звуков. Читать он пока не умеет, но любит разглядывать картинки в
детских книжках. Ему нравилось смотреть в окно, как дети играют во
дворе, но маме некогда с ним гулять, а одного она боится отпускать. В
садике дети смеются, как он произносит некоторые слова и не хотят с
ним играть. А Самсон сильный, смелый, он не смеется. И мальчик любит с
ним разглядывать книжки, катать машинки или смотреть в окно. Но когда
мальчик рассказал маме о своем друге, она стала ругаться, и это сильно
расстраивает мальчика
Не каждый родитель сталкивался с Синдромом
Карлсона (особенность психического развития, характеризующаяся наличием
воображаемого друга), хотя по статистике около 60% детей от 3 до 6 лет
имеют выдуманного друга. Основой синдрома является интенсивное развитие
воображения – функции мышления, реализующей отделение от конкретной
ситуации, создание новых образов.
Почему появляются?
Это может быть:
Недостаток внимания, общения с родными или сверстниками.
Нехватка впечатлений.
Давление
и гиперопека со стороны родителей. Стремление к самостоятельности и
развитию собственного «я» хотя бы в воображаемом мире.
Чувство вины. Желание избежать наказания.
Проигрывание с воображаемыми друзьями своих тайных желаний.
Слишком бурная фантазия.
Персонажу приписываются черты, позволяющие снизить чувство дискомфорта,
компенсировать эмоциональную напряженность. Фантазийное общение, игры,
бытовые ритуалы восстанавливают комфортное состояние ребенка.
Воображаемым другом может быть и взрослый, и ребенок, а так же животное, герой сказки, мифа, религиозного учения. Он наделяется определенным набором ачеств, кзависящих от особенностей психологической проблемы,
составляющей основу синдрома. Дети, испытывающие страх, создают
храброго, готового защищать персонажа. Чувство одиночества порождает
доброго, общительного, веселого компаньона, готового играть,
развлекаться. Товарищ, склонный к проказам, шалостям, приключениям
компенсирует родительскую гиперопеку, строгие правила воспитания. Дети,
страдающие от чувства вины, имеют партнера, способного поддержать,
высказать одобрение, оправдать либо перенять вину.
Синдром Карлсона проявляется рассказами о придуманном партнере. Дети редко скрывают его существование в воображении, они организуют повседневные ритуалы, игры с учетом потребностей, желаний товарища. Во время приема пищи ставят дополнительный столовый прибор, просят маму дать еды, кладут вторую подушку, делят игрушки на двоих, озвучивают правила игры. Общаясь, подбадривают, осуждают, спорят с фантазийным персонажем. При ярко выраженной симптоматике дети большую часть времени проводят с
вымышленным героем в ущерб реальным межличностным контактам.
Осложнением синдрома Карлсона являются проблемы социальной адаптации. При выраженной клинической картине ребенок отказывается играть со
сверстниками, не пытается подружиться, избегает контакта с матерью,
отцом. Дружба-фантазия становится приоритетной – любая ситуация
поддается контролю, является эмоционально комфортной. ВАЖНО! Проявления
синдрома Карлсона в подростковом и юношеском возрасте (старше 9 лет),
требуют различения с галлюцинаторной, бредовой симптоматикой,
характерной для шизофрении.
Стоит ли волноваться родителям?
Наверное, не зря любимой фразой Карлсона были слова: «Спокойствие,
только спокойствие!». Именно так родители и должны поступить, впервые
обнаружив, что их малыш разговаривает с кем-то невидимым. Сохраняйте
спокойствие и попробуйте выяснить, кто новый друг крохи, во что они
играют, какие у них отношения. Затем действуйте, исходя из сути
проблемы, которая, обязательно будет прослеживаться в общении карапуза с
его воображаемым спутником, и сообразно ситуации. Ваша задача – создать
все условия, чтобы малыш больше не нуждался в нереальной дружбе,
переключившись на вполне реальные, земные радости, хлопоты, занятия.
К 7-9 годам воображаемые друзья, обычно, перестают существовать в
сознании даже самых заядлых фантазёров. Если же к этому возрасту
ситуация не меняется, имеет смысл обратиться за консультацией к детскому
психологу.
Обязательно покажите ребенка психологу если:
фантазии ребенка довольно мрачные, безрадостные, изобилуют жестокими сценами;
малыш пострадал, травмировался, а к событиям причастен воображаемый товарищ;
ребенок не интересуется другими играми, плохо идёт на контакт, потерял аппетит, спит беспокойно;
ребёнок путает фантазии и реальность, слишком зависим от своего вымышленного друга.
Но работать скорей всего придется не с ребенком, а с родителями.
В случае с моим пациентом, проведена беседа с родителями, где разобрали
причины такого поведения. А ребенка записали к логопеду, для коррекции
звукопроизношения, и к психологу в детском саду, чтобы скорректировать
индивидуальные проблемы мальчика.