Дворец Топкапы.
Церемония прощания с падишахом была в султанских покоях.
Валиде Хандан, по обычаю, стояла первой, и, когда к ней подошёл султан Ахмед, она вытянул руку, с нескрываемлй гордостью, что её переполняла, она смотрела на сына.
Ее глаза, которые видели многое: потеря родных, как отец убил сына; они смотрели наконец-то спокойным взглядом.
Всю жизнь страх за жизнь любимого сына ни на минуту не отпускал её.
Он души не изнутри, повторяя одни и те же слова: «Твой сын умрёт. Ты не переживаешь его потерю».
Теперь же её сын падишах, он отправляется в поход.
- Ахмед, сынок. Я буду очень переживать за тебя. Береги себя, ведь ты – самое дорогое, что у меня есть, - произнесла валиде, пытаясь сдержать слезы, которые душили её.
Падишах тёплым взглядом посмотрел на мать и улыбнулся, пытаясь её успокоить.
- Матушка, не волнуйтесь, все будет хорошо. Я вернусь из похода с победой, вот увидите, - пообещал султан Ахмед, смотря в глаза матери.
Валиде Хандан молча кивнула и отвела взгляд, пытаясь спрятать слезы, что уже блестели у неё в глазах.
Следующей была Хюмашах-султан, госпожа с улыбкой посмотрела на своего племянника.
- Как же ты вырос, Ахмед. Я уверена в тебе. Ты обязательно вернёшься, да ещё и с победой, - гордо произнесла Хюмашах-султан; госпожа была умна, образована, поэтому всегда умела находить нужные слова.
Султан Ахмед сдержанно кивнул и, наконец, повернулся к своим наложницам.
Первой была Махфируз, ведь именно она первая родила шехзаде, и теперь он – главный претендент на престол.
И она, конечно же, носила статус Махфируз-султан, чем очень гордилась.
Махфируз поцеловала и приложила ко лбу руку падишаха.
- Повелитель, я и Осман будем с нетерпением ждать вашего возвращения, - с улыбкой сказала Махфируз и, взяв на руки Османа, передала его султану.
Султан Ахмед тепло смотрел на своего сына. Малыш радостно агукал на руках у отца и весело улыбался.
Кесем, при видя этой картины, недовольно поморщилась. Только теперь она поняла, что Осман главный соперник для её сына.
Посмотрим, будет ли повелитель так радостно обходиться с её сыном, - подумала Кёсем-султан, поджав губы и печальным взглядом посмотрела на маленького Мехмеда, который был на руках у служанки и, протяну свои маленькие ручки, агукал.
- Кесем? – произнёс падишах, глядя на любимую.
Кёсем-султан тут же опомнилась, что слишком долго смотрела на своего сына и, повернувшись к султану, поцеловала его руку, приложив ко лбу.
- Я буду с нетерпением ждать твоего возвращения, Ахмед, - жарко произнесла Кесем, одарив Махфируз гордым и мимолетнвм взглядом.
Махфируз заметила этот взгляд и недовольно вскинула голову, свысока глядя на Кесем.
Ахмед поцеловал Кесем в лоб.
Махфируз-султан еле сдержала слезы; повелитель лишь удостоил её тёплым взглядом, а с Кесем он так возится!
Султан забрал маленького Мехмеда из рук служанки и тоже поцеловал малыша в лоб.
- Мой маленький Мехмед, я непременно вернусь, - сказал падишах и передал ребёнка служанке.
Кёсем-султан победной выдохнула, - Повелитель относится с ней и её сыном ещё более трепетно, чем с Махфируз и Османом.
По лицу Махфируз Кесем поняла, что это задело первую фаворитку падишаха…
--------------
Старый Дворец.
Сафие-султан с нетерпением посмотрела на вошедшего евнуха в её покои.
- Бюльбюль, ну что? Нас поддержат верные паши и улемы в совете? – спросила Сафие, сжав ткань на своём платье так, что её костяшки пальцев побелели, султанша очень хотела воплотить свой план в реальность.
Бюльбюль-ага поднял голову и улыбнулся:
- Слава Всевышнему, госпожа! Нам удастся посадить на трон шехзаде Мустафу! Верные нам паши и улемы, согласились нам помочь!
Сафие-султан резко поднялась и, подняв руки к свожу покоев, облегчённо выдохнула.
- Слава Всевышнему, - внезапно госпожа остановилась и, нахмурившись, подошла к Бюльбюлю. – Бюльбюль, ни слова об этом Халиме, иначе она попытается нам помешать! – прошептала Сафие.
Евнух испуганно втянул голову в шею.
- Конечно, госпожа. Халиме-султан будет занята заботой о дочери, - испуганно пролепетал евнух, боясь навлечь на себя гнев Сафие-султан.
Сафие отошла от евнуха и вскинула голову.
- Вот и славно. Пусть Халиме занимается дочерью, а в наши дела не лезет. Пусть за нашим славным внуком следят хорошо. Он ещё мал, я не хочу, дабы в самый важный день у нас ничего не получилось.
Бюльбюль-ага склонил голову и покинул покои Сафие-султан, оставляя госпожу.
В покои вошла Дильруба-султан. Девочка иногда навещала Сафие-султан. Девочка надеялась выведать хоть какую-то информацию, как и просила мать. Слова Халиме-султан звучали у неё в голове: "Дильруба, доченька, будь вежливой и кроткой, Сафие-султан должна безропотно тебе верить. Ты же не хочешь, дабы твой брат стал её мишенью? Помоги мне, выведай информацию".
Дильруба-султан присела в поклоне перед властной бабушкой.
Сафие с улыбкой раскинула руки и, подойдя к девочке, обняла её.
- Моя Дильруба. Слава Всевышнему, ты растешь такой красавицей и смышленной девочкой не по годам.
- Благодарю вас, госпожа, - выдавила из себя юная султанша.
Сафие-султан привела на диванчик с Дильрубой.
- Расскажи мне, как там Халиме?
Дильруба помнила, что нельзя болтать лишнего, но и молчать было бы очень странно.
- Благодарю вас, Сафие-султан, мама скучает по Мустафе. Иншалла, брат-повелитель смилостивится и разрешит матушке увидеть его.
Сафие-султан уловила, что Дильруба рассказывает не все, однако давить на внучку она не хотела.
Сафие хотела, дабы Дильруба думала, что она на их стороне.
Однако же, Сафие-султан была только на своей стороне и только сама для себя искала выгоду.
- Да, Дильруба, непременно он разрешит. Ты же знаешь, твой брат милостив.
Дильруба-султан улыбнулась и поднялась.
- С вашего позволения, госпожа.
Как только юная султанша покинула покои, Сафие тут же задумалась о перевороте.
Безусловно, госпожа воспользуйтся случаем, что султан Ахмед в походе и возведён на трон маленького Мустафу, но регентом будет она.
Но что делать с Халиме? Та ведь не успокоится.
Дильрубу она хотела выдать замуж за какого-нибудь старого, как только та немного подрастет.
Осталось лишь немного подождать, и настанет её эпоха, эпоха Сафие-султан.