Год спустя: Как мы выпустились из «Щуки» и выжили в мире «Речевых коммуникаций»
Ровно год назад, в этот самый день, я получила заветный диплом Театрального института имени Бориса Щукина, который официально разрешил мне продолжать оставаться собой, только теперь ещё и с пометкой «Речевые коммуникации».
В разное время мне вручали разные награды и Правительства малой родины, и Народного Собрания, и большой компании, в которой я работала, когда переехала в Москву. Но еще никогда мои фамилия и имя не звучали так торжественно, как из уст великого Евгения Князева, ректора любимой Щуки!
Кто бы мог подумать, что учеба в Щуке оставит такое вкусное послевкусие и тепло? Наша невероятная атмосфера: от хаоса до гармонии (и обратно).
В группе нас было 15 человек, разных возрастов, профессий, характеров, образованных и состоявшихся в своих сферах и объединившихся, чтобы заговорить так, чтобы нас и слушали, и слышали. И это была группа со своим чувством юмора, своими озарениями и коллективными вздохами, спорами, иногда всхлипами…
Мы много «бросались друг в друга» мячом, зевали, мычали, кричали… И ловили налима). Поддерживали друг друга, когда казалось, что «это не произнести, а это не понять». Наша аудитория могла мгновенно превратиться из храма академической мысли в филиал стендап-клуба, а потом — в тихое убежище для вдумчивых речевых упражнений. Атмосфера была такой плотной, что её можно было резать ножом… а потом тут же склеивать смехом и очередной порцией шуток про дикцию.
Наши преподаватели… О, это отдельная песня! Уникальные, неповторимые, порой строгие, но всегда бесконечно любящие своё дело и нас. Они не просто учили нас технике и логике речи, практике публичных выступлений, мастерству актера, истории и теории культуры: они учили нас чувствовать слово, слышать тишину между фразами, видеть невидимое за каждым звуком. Казалось, они могли разглядеть наши самые скрытые таланты и самые громкие страхи, а потом, с тонким юмором и мудрым наставлением, помочь нам со всем этим разобраться. Именно они превратили нас из «говорящих» в «звучащих».
«Зулетта, я хочу вывести вас на эмоцию», - говорил Александр Михайлович Фадеев. Экспромт с любыми словами теперь – ерунда). И, да, я считала ступеньки от дома до метро и окна в переулке, где расположен наш корпус, чтобы развить наблюдательность.
«Пойдемте, походим под руку, почитаем» - говорила Оксана Валерьевна Голубева и у меня «прорезался» голос.
На занятии у невероятно энергичной и теплой Маргариты Николаевны Радциг я с удивлением узнала, насколько громко я могу произнести «Эге-гей».
На лекциях Ксении Александровны Волоховой я открыла для себя целый мир и поняла, что, если бы она преподавала у меня в школе, я ни секунды не думая, пошла бы на филфак (а я и в школе была круглой отличницей и по-прежнему восхищаюсь и люблю свою учительницу русского языка и литературы Светлану Багратионовну Воржеву).
А еще я любила занятия и голосовые сообщения (даже строгие, по поводу несвоевременного выполнения нами домашних заданий) Любови Александровны Башинской, о, этот поставленный голос… Я научилась ловить теннисный мячик)
Анна Марковна Бруссер, я с трепетом ждала обратной связи от вас после каждого зачета, счастлива была «прикоснуться к вам» и обучаться на вашей авторской программе.
А одногруппники? Во «взрослой» жизни я прошла около 20 различных программ переподготовки, сертификаций, курсов…
В Щуке мне было теплее всего.
Мы стали друг для друга не просто сокурсниками, а соучастниками большого, захватывающего приключения. Мы прошли через это вместе: от первых неуклюжих попыток произнести шипящие до уверенных выступлений, от неловких пауз до мастерски построенных монологов. Мы «разлетелись по своим речевым дорогам», но частичка той Щукинской магии, той невероятной атмосферы, того бесценного опыта и той связи с вами, мои дорогие, навсегда останется со мной.
Пусть наши голоса всегда звучат уверенно, а слова будут сильными!
Люблю вас и обнимаю всем сердцем, родные.
И вы, мои дорогие, поделитесь, пожалуйста, в комментариях своими воспоминаниями
