Перед отъездом Вера долго думала кому оставить ключи от квартиры. Сердце подсказывало ей что не стоит доверять Клавдии Павловне. За годы совместной жизни с Игорем она научилась предугадывать капризы свекрови и замечала множество тревожных знаков.
-Я хотела оставить ключи Ольге,— сказала она мужу, собирая чемодан.—Она присмотрит за цветами и почтой и не станет злоупотреблять.
-Ольге? -Удивился Игорь, - Но она живет в другом районе! Зачем ей ехать через весь город?
-Потому что я ей доверяю! — резко ответила Вера.— Клавдия Павловна начнет вести себя как у себя дома, а это наш дом.
Игорь тяжело вздохнул прошелся по комнате и пожал плечами.
«Ты преувеличиваешь,— сказал он.— Мама нормальный человек, ничего она не устроит». «Ты говоришь так, будто не знаешь её,— возмутилась Вера.— Она сразу начнет переставлять вещи, трогать мои книги, лезть в шкафы...»
Под давлением мужа она уступила и отдала ключи свекрови с горечью и тревогой. Теперь, сидя в гостиничном номере, она вспоминала тот разговор и злилась на себя. Почему не настояла на своем?
Вера чувствовала, как с нее уходит напряжение последних месяцев. Летнее солнце мягко грело плечи, теплый морской бриз приносил солоноватый запах прибоя, а где-то неподалеку лениво шуршали листья пальм. Они с Игорем взяли отпуск, чтобы хоть ненадолго сбежать от серой повседневности, от работы, проблем и вечных придирок его матери. Здесь, в маленьком городке на побережье, они снова стали теми влюбленными, какими были когда-то: легкими, свободными и счастливыми.
Но тишину нарушил резкий звук телефона. Вера стояла у зеркала в гостиничном номере, выбирая платье для вечерней прогулки по набережной, когда зазвонил мобильный. На экране высветилось имя соседки Галины Семеновны.
— Алло, тетя Галя! — удивленно ответила Вера.— Что-то случилось?
Голос женщины был тихим, почти шепотом, но у Веры внутри все похолодело.
— Верочка, милая, прости, что тревожу,— тихо произнесла Галина.— У вас дома что-то странное происходит...
Вера замерла с вешалкой в руке. Сквозь открытое окно в номер доносились плеск волн и музыка из ближайшего кафе.
— В каком смысле странное? — спросила она, присаживаясь на край кровати.
— Музыка громкая по ночам, люди какие-то ходят незнакомые, и Клавдия Павловна ваша, вроде как теперь у вас живет... — Голос Галины дрожал.
У Веры ком подступил к горлу. Она машинально встала, подошла к окну и вгляделась в горизонт.
— Тетя Галя, вы уверены? Может показалось?
— Да что ты девочка! — Фыркнула соседка.— Вчера пьяные какие-то девчонки у подъезда визжали, говорили, что к ним в гости идут и твой адрес называли...
Вера медленно опустилась на кровать, сжимая пальцы в кулак.
— Спасибо, тетя Галя, мы разберемся...
В этот момент из душа вышел Игорь, насвистывая. Он надел рубашку, улыбнулся, но, заметив выражение лица жены, остановился.
— Вера, ты чего такая? Случилось что-то?
Она молча протянула ему телефон.
Выслушав слова Галины, он хмурился все сильнее и тяжело сел на кровать рядом с женой.
— Это какой-то бред,— пробормотал он наконец.— Мама не могла, не могла устроить вечеринку у нас в квартире или привести чужих людей...
— Очнись, Игорь! — Жала кулаки Вера.— Мы оставили ей ключи, пока отдыхаем, а она там неизвестно что делает!
Игорь пытался сохранить спокойствие, хотя в голосе звучало растерянность.
— Давай не будем спешить с выводами. Возможно, соседке просто показалось...
— Очнись, Игорь! — Повторила Вера гневно.— Мы оставляли ей ключи, пока отдыхаем, а она там и неизвестные люди...
Снаружи небо потемнело, море становилось стальным и тихим, волны лениво омывали берег, словно дразня её нервное состояние.
— Собирайся,— твердо сказала Вера.— Мы летим домой.
Теперь, собирая вещи в гостиничном номере, она вспоминала тот разговр о ключах, и злилась на себя: «Почему не настояла на своём?»
Всю дорогу в аэропорт они молчали. По обочинам дороги мелькали пальмы, вывески кафе и отелей. Вере казалось, что она уезжает не из отпуска, а из какой-то сладкой иллюзии, разрушенной звонком.
В самолете было душно, воздух пересушен. Люди обсуждали что-то, дети смеялись, но Вера словно находилась под стеклянным колпаком. Наконец она нарушила тишину:
— Я ведь правда старалась, хотела наладить отношения с твоей мамой…
Игорь осторожно взял её за руку:
— Я знаю… Просто ей сложно. Она одна с тех пор, как отец умер.
- А мы что? Не семья? Мы никто…
Вера отвернулась к иллюминатору. Он ничего не ответил.
Шереметьево встретило их прохладным ветром. На стоянке у терминала их ждало такси. Вера села в машину первой и, не глядя, указала адрес улицы. Ночной Москвы проносились за окном: пустынные тротуары, неон витрин, отражения в лужах — всё сливалось в одно тревожное полотно.
Двор встретил их глухой тишиной. Вера не дожидаясь Игоря бросилась к подъезду. Лифт поднимался мучительно долго. Щелчок ключа в замочной скважине, дверь открылась.
В квартире горел свет, слышались голоса, смех и музыка. В прихожей с бокалом в руке стояла Клавдия Павловна — в новом платье, с макияжем и улыбкой на лице.
— «Веруся, Игорёк...» — произнесла она слегка запнувшись. — «А вы чего так рано?»
За её спиной виднелись силуэты незнакомых людей, бокалы и остатки еды на столе. Атмосфера напоминала вечеринку в съемной квартире.
— Мама, что происходит?! — спросил Игорь, ставя чемодан.
— Да ничего особенного, — развела руками Клавдия Павловна. — Я просто решила немного подзаработать, вам же нужны деньги на ремонт.
— Вы сдаёте нашу квартиру?! — Вера не могла поверить своим глазам.
— Не груби, — попыталась улыбнуться свекровь. — Я всё делаю разумно. Вот прибыль. — Она достала из кармана деньги.
Вера отшатнулась, как от ядовитой змеи.
— Вон! Все вон! — Она ворвалась в гостиную. Молодёжь растерянно переглядывалась.
Кто-то начал возмущаться, но Вера не слушала. Гнала их прочь за дверь. Игорь тем временем пытался достучаться до матери:
— Мама, ты в своём уме?!
— Да ты не понимаешь, — всплеснула руками Клавдия Павловна. — Я купила новые шторы, посмотри!
Вера вернулась и указала на её сумку: — Покажите, что в ней!
— Ты!.. Ты не смеешь! — закричала Клавдия Павловна, но сумка оказалась у Веры в руках.
Чеки, бутики, тур-путевка… Вот куда ушли деньги. — Тихо прошипела Вера.
— Мы могли бы поехать вместе всей семьей. — Пробормотала свекровь.
— Мама, ты с ума сошла! — прошептал Игорь.
— Я тоже человек! — вскрикнула она. — Твоя женушка хочет меня убрать.
- Всё! Хватит! — Рявкнул Игорь. — Собирайся, уходи!
После её ухода в квартире повисла тяжёлая тишина. Вера убирала бокалы, Игорь сидел, уставившись в пол.
— Надо обратиться в полицию, — произнесла она.
— Это же мама, — ответил он глухо.
— А я кто тебе?
Ночь прошла в спорах. Утро началось сообщением: «Пусть Игорь выбирает, на чьей он стороне.»
- Всё ясно. Я иду в полицию.
- Не пущу. Ты слышишь себя?
Крики, скандалы, тишина. Через неделю визит участкового, обвинение в том, что происходит у них в квартире. За спиной довольная Клавдия Павловна.
- Вот Анечка, правда - всплывает сладко улыбалась она.
- Все вон! - Закричала Вера, выгоняя всех.
Месяц спустя. Чемоданы, тишина. Развод. Звонок в дверь. Игорь.
- Она всё признала. Я всё понял. Может, мы ещё...
Его голос дрожал.
— Нет, Игорь. Поздно.
Он ушёл. Внизу у подъезда стояла его мать. Вера усмехнулась. Она победила — ценой боли, но теперь свобода. Собрав чемоданы, она захлопнула дверь. Впереди неизвестность, но главное — больше никто не будет управлять её жизнью.