Кто и как учил юных волшебников?
Если коротко, в Хогвартсе у каждого преподавателя свой педагогический подход. Разберем подробно.
№ 1. «Строгость, компетентность, справедливость». Это, в первую очередь, Минерва Макгонагалл. Такому преподавателю достаточно войти в класс, чтобы наступила сосредоточенная тишина. Минерва правит своим факультетом и преподает твердой рукой. Ее нельзя заподозрить в наличии любимчиков. Дети помладше ее побаиваются, но при этом ее искренне уважают даже те, кого она штрафует и наказывает – Минерва никогда не назначает наказания без веских причин, просто в порыве раздражения или из личных соображений. Каждый провинившийся понимает причины и справедливость ее решений. Макгонагалл великолепно знает предмет, на ее уроках все заняты делом. Она всегда подчеркнуто уважительна к своим ученикам. Однако, при этом гриффиндорцы чувствуют несокрушимую поддержку и защиту своего декана в трудных ситуациях, они доверяют ей и обращаются к ней за помощью.
Насколько можно судить по отрывочным сведениям из текста, этому же типу педагогов относятся профессора Стебль, Синистра и Грабли-Дерг.
№ 2. «Доверие и уважение». Это, прежде всего, Дамблдор. Такому учителю не нужна гробовая тишина в классе, но при этом это отнюдь не панибратство и бестолковый хаос. Дети обычно тянутся к таким преподавателям, потому что с ними тепло, интересно и даже весело. Есть место шутке, есть место серьезному упорному труду. Учитель доверяет своим ученикам, а они в ответ доверяют ему. Чтобы вызвать у провинившегося чувство вины, такому преподавателю не нужны резкие ругательства – достаточно слегка изменить тон обращения и показать свое разочарование, чтобы вызванный для объяснений ученик в полной мере ощутил угрызения совести.
К этому типу педагогов относятся Флитвик, Люпин, Слизнорт.
№ 3. «Подавление». Это, конечно же, профессор Снейп. Великолепно знающий свой предмет, однако, совершенно лишенный педагогического дара. Ученики его не любят и боятся. В классе стоит напряженная тишина, а атмосфера, которую создает Снейп своими бесконечными ядовитыми репликами, отнюдь не способствует учебе.
Педагогика подавления и запугивания вообще никогда не была действенной. Учитель, у которого ученики во время довольно опасных практикумов постоянно находятся в стрессе из-за страха совершить ошибку и за это получить очередную порцию унижений и насмешек учителя, – это человек, попавший в школу по ошибке.
Ученик пришел в школу учиться. Он еще ничего не умеет, а значит, просто обречен ошибаться! И чтобы страх перед ошибкой не деморализовал, а неудачи не сломали интерес и мотивацию ученика, как раз и нужен преподаватель, который тактично укажет на ошибку, поможет разобраться и поможет ее исправить. И никогда не забудет похвалить за успехи, воодушевив на новые свершения.
Увы, подавление и запугивание только уничтожает учебный процесс. Ученик воспринимает такой предмет только как неизбежное зло (вроде торнадо), отбывает время и терпит все издевки, стиснув зубы. У него нет никакой мотивации учиться – зачем, если в любом случае получишь лишь дурную оценку и новую порцию ядовитых комментариев? Лучше сосредоточить свое внимание на более интересных предметах.
Подход к индивидуальным урокам
В книгах Гарри Поттер получает индивидуальные уроки у трех учителей:
А) В «Узнике Азкабана» Римус Люпин учит его чарам Патронуса.
Б) В «Ордене Феникса» Северус Снейп учит его окклюменции.
В) В «Принце-полукровке» Дамблдор изучает с Гарри прошлое Тома Реддла.
Мы можем легко проанализировать и сопоставить разный подход преподавателей, и то, насколько мотивирован Гарри. И каких успехов он достигает в трех разных случаях.
А) Римус Люпин. Изучая патронуса, Гарри тренируется на износ. Заливаясь слезами и теряя сознание, снова и снова испытывая ужасные душевные муки. Но не отступая, снова и снова пытаясь взять тяжелейший рубеж. Он максимально мотивирован, а Люпин максимально заботлив и тактичен. В итоге 13-летний мальчик блестяще осваивает сложнейшие чары, которые не под силу даже многим взрослым.
А когда Гарри совершает глупость и попадается с Картой мародеров, Люпину достаточно лишь произнести имена его родителей, чтобы Гарри немедленно пожелал провалиться сквозь землю от стыда и раскаянья. Никакой ругани, никаких унизительных реплик. Только воззвать к совести – и дело сделано.
Б) Северус Снейп.
С окклюменцией, как мы помним, получилось полное… «Фиаско».
Гарри воспринимает Снейпа только как источник постоянной угрозы. Снейп воспринимает Гарри только как источник постоянного раздражения. Он начисто лишен эмпатии – никакие тяжелые воспоминания Гарри об издевательствах и пережитых потерях не тронули его сердце и не вызвали сочувствия. Он снова прибегает к ядовитым насмешкам и несправедливым репликам, что вызывает лишь ответный гнев. Гарри обороняется, ненавидит его еще больше. И окклюменция летит туда же, куда и ненавистное зельеварение…
В) Альбус Дамблдор. Директор передает Гарри информацию, необходимую для победы над Волдемортом. И, как мы видим, Гарри чувствует себя свободно. Он задает каверзные вопросы, вступает в горячие споры, но директор его не останавливает и не одергивает. Он позволяет парню думать, искать, решать задачу совершенно самостоятельно. Когда Гарри, влюбленный и счастливый, забыл о поручении Дамблдора добыть воспоминания Слизнорта, директору не потребовалось даже упрекать его: лишь задать вопрос. Гарри испытал жгучий стыд, поклялся себе исправить ошибку и оправдать высокое доверие наставника. Через некоторое время он блестяще выполнил поручение.
Один предмет - два педагога
Помимо прочего, мы видим и двух профессоров зельеварения.
Гарри Поттер учится 5 лет зельеварению у Снейпа, который все пять лет называет его бездарностью и всячески изводит. Гарри ненавидит предмет, не прилагая никаких усилий для его освоения и отбывает часы в классе, как наказание.
На шестой год Гарри попадает в класс профессора Слизнорта. И мгновенно обнаруживает в себе и необходимую усидчивость, и внимание к мелким деталям сложных рецептов, и даже некоторый интерес к предмету, который много лет неистово ненавидел.
Многие утверждают, что успехи Гарри в зельеварении – это сугубо заслуга «принца-полукровки», который исчеркал учебник своими замечаниями. Однако, то, что Гарри вообще смог учиться по старому испорченному учебнику – это, несомненно, заслуга именно Горация Слизнорта. Потому что именно Слизнорт создал для своих учеников нормальную рабочую обстановку. Когда из лаборатории исчез стресс и страх, Гарри вдруг обнаружил, что он способен разобрать мелкие детали сложного рецепта, написанные каракулями на полях. Тогда как все 5 лет перед этим Гарри не мог сосредоточиться даже на простом рецепте, написанном на доске. И все силы у него уходили на то, чтобы сдержать ярость и не пришибить Снейпа табуретом.
Выводы вполне очевидны.
Вместо посткриптума - цитата из книги.
"Снегг же, судя по всему, решил держаться так, словно Гарри был невидимым. Гарри давно уже привык к этой тактике, которую очень любил пускать в ход дядя Вернон, и был рад тому, что обошелся такой малой кровью. Даже наоборот, поскольку раньше Снегг не давал ему покоя своими ядовитыми насмешками и ехидными замечаниями, Гарри счел его новую манеру поведения гораздо более приемлемой и с удовольствием убедился в том, что в отсутствие постоянных помех ему вполне по силам состряпать Животворящий эликсир."
"Гарри Поттер и Орден феникса", глава "Выбор профессии".