Знаете, есть истории, которые слушаешь и думаешь — боже мой, как же это знакомо. Вот недавно познакомилась с одной женщиной, Мариной. Сидели в очереди к врачу, разговорились. Интеллигентная такая, спокойная. Муж у неё Виктор — инженер хороший, работящий. Живут, казалось бы, душа в душу, квартирку трёшку купили, обустроились потихоньку.
И вот рассказывает она мне эту историю, а я слушаю и волосы дыбом встают. Потому что подобное у нас в семье было, да и у подруг наверняка каждая вторая с таким сталкивалась.
Дело было так. Сидят они как-то вечером, она борщ на завтра готовит, он газетку читает. Тихо, мирно. И тут — трр-р-р! — звонок в дверь. Виктор открывает, а там брат его Михаил стоит. Тридцать шесть лет мужику, между прочим. С чемоданищем здоровенным и сумкой дорожной.
— Привет, — говорит, улыбается. — Мать сказала, что у вас комната свободная есть. Так что решил у вас пожить.
Виктор стоит, глаза таращит. А Михаил уже вещи в прихожую заносит, как будто так и надо.
— Ты серьёзно? — спрашивает Виктор. — Мы же с тобой ничего не обсуждали.
— Да что тут обсуждать-то, — отмахивается Михаил. — В трёшке места полно, не в какой-нибудь однушке живёте.
Марина из кухни выходит, видит эту картину. Говорит, сразу поняла — беда пришла. Деверь её никогда особо не жаловал, считал, что брата она под каблук взяла.
— А что случилось? — спрашивает она. — С квартирой твоей что-то?
— Да ничего особенного, — Михаил плечами пожимает. — Просто решил пора что-то более приличное купить. Мне уже тридцать шесть, надоело в однушке жить.
Тут Виктор с Мариной переглянулись. Потому что знали они про Михаила всё. Что работать он не очень любит — то полгода без дела сидит, то ещё на какой-нибудь работе скандал устроит и уволится. Живёт в основном за счёт матери, Евгении Семёновны.
— Михаил, — говорит Виктор осторожно, — а деньги у тебя откуда на новую квартиру? Ты ведь месяцев семь как не работаешь.
— Слушай, — Михаил аж покраснел, — не читай мне нотации! Взрослый человек, сам разберусь со своими делами.
А тут Марина не выдержала. Женщина она правильная, но когда наглость видит — может и сказать:
— Мы с Виктором на эту квартиру годами копили. Родители вам жильё купили — это замечательно, но это не значит, что можно всю жизнь на готовом сидеть.
О, тут Михаил совсем взбесился:
— Марина, я тебя умоляю, не надо мне мозги выносить! А тебе, братец, лучше бы жену научить язык за зубами держать. Хорошо, что я вовремя понял — лучше холостым быть, чем с такой связываться.
Марина побледнела и в комнату ушла. А Виктор серьёзно так говорит:
— Ты сильно перегнул, Миша. Немедленно извинись.
— Да отстань! — Михаил уже совсем распоясался. — У вас же третья комната пустая стоит! Зачем она вам? Детей что ли заводить надумали? — И усмехается при этом.
— Возможно, — тихо отвечает Виктор.
— Ага, возможно, — ехидно Михаил. — В будущем, значит. Ну так я же не навсегда, завтра с вещами приду и всё.
Виктор глубоко вздохнул:
— Слушай, брат, мы тут с Мариной обустраивались долго. Ремонт делали, мебель покупали. Хотели спокойно пожить вдвоём, своей семьёй. А жить втроём с ещё одним взрослым мужиком — извини, такого не планировали.
Михаил видит — дело швах, решил по-другому зайти:
— Да я не хочу вас беспокоить. Мне просто время нужно, чтобы жилищные вопросы решить.
Но что вы думаете? На следующий день звонок в дверь. Вечером, когда они с работы пришли. Открывает Виктор — а там Михаил с тем же чемоданом.
— Вот и я! — весело так говорит. — Как обещал.
— Михаил, — Виктор из последних сил спокойствие держит, — мы же всё вчера обсудили. Сказали тебе человеческим языком — не готовы мы тебя принять.
— Да ладно тебе, — и Михаил прямо в квартиру заходит, чемодан тащит. — Места полно, не потесню особо.
Выходит Марина, видит — деверь с вещами хозяйничает:
— Это что такое? Мы же договаривались!
— Марина, чего удивляешься? — Михаил вещи уже раскладывать начал. — Я же вчера сказал, что поживу у вас.
— Мы не хотим! — чётко сказала Марина. — У нас свои планы, своя жизнь. И мы не обязаны их менять из-за твоих проблем.
Михаил видит — дело совсем худо, начал оправдываться:
— Да недолго же я...
— Нет! — твёрдо сказал Виктор. — Всё, больше не обсуждаем. Ищи другое место, где остановиться.
Тут Михаил совсем озверел:
— Ага, понятно! — заорал он. — Подкаблучник! Жена тебе мозги промыла, теперь танцуешь под её дудку! Не думал, что ты на такое способен!
Схватил свои пожитки и убрался, дверью так хлопнул — соседи, наверное, перепугались.
Через часа полтора звонит телефон. Евгения Семёновна. Марина говорит — голос у неё был такой, что хоть беги из квартиры.
— Виктор! — кричит в трубку. — Ты совсем с ума сошёл? Как ты мог родного брата выгнать на улицу?
— Мама, мы с ним всё обсудили, — Виктор пытается объяснить. — У нас с Мариной своя жизнь, свои планы.
— А семья на что? — не унимается мать. — Семья должна поддерживать друг друга! Он в трудном положении, а ты его за порог!
— В каком трудном положении? — не выдержал Виктор. — Он квартиру покупать решил — и это проблема? А когда нам на ремонт деньги нужны были, кто-нибудь из семьи помогал? Что-то не припоминаю такого.
— И почему комната у вас занята? — допытывается Евгения Семёновна. — Что там, кабинет устраиваете? Неужели это важнее родного брата?
Виктор помолчал, потом решился:
— Мама, у нас новости. Марина беременна.
Тишина в трубке. Потом осторожно:
— Что ты сказал?
— Срок пока маленький, поэтому никому не говорили. В той комнате детскую делать будем.
— Ой, сынок! — голос матери сразу смягчился. — Да это же прекрасно! Я так рада! Но всё равно Михаила надо было поддержать...
— Хорошо, мама, — сказал Виктор. — Пусть тогда и он нас поддержит. Раз мы семья и должны друг другу помогать — пусть детские вещи купит. Комната-то совсем пустая. Я ему список отправлю, что нужно.
— Ты издеваешься? — взвилась Евгения Семёновна. — Это твоя дурочка жена тебя настроила против брата!
— Мама, — голос у Виктора стал жёсткий, — следи за тем, что говоришь.
— А что тут следить! Чушь полную предлагаешь!
— То есть Михаил чушь не предлагает? — не выдержал Виктор. — А можно поинтересоваться, на какие деньги он квартиру покупать собирается?
— На свои и купит! Не твоё дело!
— Понятно. Опять у папы деньги выпрашивать будет. Да когда же это закончится? Отец уже на пенсии практически, а вы всё не угомонитесь! Мне тошно это слышать!
И Виктор трубку бросил.
Месяцы шли. У Марины животик рос, они детскую обустраивали. Каждый день с трепетом ждали малыша. И вот как-то Марина говорит:
— Витя, слышала — Михаил машину новую купил.
— Да, знаю. Квартиру продал, которую отец ему купил. Вместо того чтобы работу найти — промотал всё на железку. Мерзко.
— А может, попробовать с ним поговорить? — предложила Марина. — Всё-таки родной брат.
На следующий день Виктор к родителям поехал. Знал, что Михаил там будет.
Открыла дверь Евгения Семёновна, лицо скривила:
— О, явился. Что надо?
— Привет, мама. Навестить хотел.
Заходит в комнату — а там Михаил развалился, довольный жизнью:
— Братишка! Какими судьбами?
— Узнать хотел, как дела.
— Дела супер! — Михаил аж подпрыгнул от радости. — Машину обалденную купил! Такую красоту! Если б ты себе такую взял — понял бы, какой это кайф!
— А тебя не смущает, — спросил Виктор, — что ты квартиру на машину поменял? Здравомыслящий человек такого не сделает.
— Ты не поймёшь, — отмахнулся Михаил. — Мне нужно голову прочистить, время есть в себе разобраться.
— Время есть? — не поверил Виктор. — Да ты половину жизни потратил на ничегонеделание! Когда родителей поддерживать будешь, а не наоборот?
— Хватит ругаться! — вмешалась Евгения Семёновна. — Вы братья, должны друг друга поддерживать!
— Мне нужно кормить Михаила, — добавила она. — Ты уж извини.
— Кормить? — Виктор рассмеялся. — Боже мой, а сколько лет этому ребёнку? Год? Два? С ложечки кормить будешь?
— Всё сказал — иди отсюда! — заорала мать. — К своей толстой жене!
Через три недели Марина родила. Сыночка. Виктор от счастья готов был на стену лезть. День выписки — они у роддома стоят, родственников ждут. Смотрит Виктор — ни матери, ни брата нет. Зато идёт отец, Константин Михайлович, с букетом огромным.
— Поздравляю, детки! — радостно говорит. — Марина, это тебе! Молодец наша!
Марина цветы берёт, глаза на мокром месте:
— Спасибо вам большое!
Константин Михайлович на Виктора смотрит:
— Сынок, прости их. Знаю, что мать с Михаилом не пришли. Нехорошо это. От их имени прощения прошу.
Виктор чувствует — ком в горле стоит:
— Спасибо, пап.
— Не держи зла, — продолжает отец. — Они просто не понимают. У Михаила сейчас трудный период, но он же брат твой.
— Постараюсь, — вздохнул Виктор.
А тут к Марине её родители подходят, подруги, родственники. Все радуются, поздравляют, подарки дарят. Тепло, хорошо. Только вот самых близких — бабушки и дяди — нет.
Прошло уже больше двух лет с тех пор. Марина рассказывала — Михаил как был без работы, так и остался. То месяц где-то поработает, то опять скандал и увольнение. У матери живёт, она его кормит-поит, карманные деньги даёт.
На крестины малыша Евгения Семёновна не пришла. Обиделась, понимаете ли. На первый день рождения внука тоже не явилась. А вот дедушка Константин каждую неделю приходит, с внуком возится, подарки покупает.
Иногда Михаил Виктору звонит — когда денег просит. "Семья же", "поддержать надо". А как работу предложишь — сразу обижается. "Ты меня не понимаешь", "у меня депрессия".
Знаете, что я думаю? Виктор правильно сделал. Жёстко, но справедливо. Потому что некоторые люди привыкли жить за чужой счёт и считают это нормальным. Дай им палец — руку откусят.
Михаил здоровый мужик, образование есть, руки-ноги целые. Мог бы работать, мог бы квартиру снимать вместо того, чтобы подаренную продавать. Мог бы поздравить брата с рождением сына. Но выбрал по-другому — всем должны, все виноваты, а он бедненький и несчастненький.
А мать... Отдельная песня. Пропустить выписку внука из роддома — это надо умудриться. Обижаться на сына за то, что он свою семью строит — это вообще за гранью понимания.
Но справедливость восторжествовала. Константин Михайлович внуком души не чает, воспитывает, развивает. А Евгения Семёновна в обидах своих варится. Михаил у неё на шее сидит — она и рада. "Сыночек рядом", "заботится обо мне".
Только счастья у них что-то не видно. Михаил злой ходит — жизнь не задалась. Мать тоже кислая — "неблагодарные дети". А у Виктора с Мариной семья крепкая, ребёнок растёт здоровый, отец помогает. Вот и выводы делайте сами.
Слушала я эту историю и думала — а сколько таких семей вокруг? Где один пашет, старается, а другой привык, что ему всё с неба падает. И что самое грустное — родители часто такое поведение поощряют. "Он же младший", "у него характер сложный", "переживает сейчас трудный момент". А что трудного-то? Работать не хочется?
Марина говорила, что поначалу очень переживала. Хотелось, чтобы семья дружная была, чтобы дяденька племянника любил. А потом поняла — с некоторыми людьми бесполезно. Они не меняются, пока жизнь саму не заставит. А иногда и тогда не меняются.
Есть люди, которые всю жизнь ждут, что кто-то за них проблемы решит. И пока есть кто решать — они так и будут ждать. А требовать поддержки от тех, кто сам едва на ногах стоит — это уже совсем наглость.
_ _ _
А как думаете Вы — правильно ли поступил Виктор? Или надо было семью превыше всего ставить? У многих, наверное, похожие истории есть. Расскажите, как у Вас с трудными родственниками отношения складывались. Интересно послушать разные мнения.
Буду рада Вашей подписке!!!