Война Ирана и Израиля вроде бы затухла, но её последствия для мировых раскладов только начинают сказываться. И они вполне могут оказаться весьма выгодными для нашей страны. Китайская Народная Республика серьёзно обеспокоена надёжностью поставок энергоносителей. Около 30% всего природного газа, который импортирует Китай, поступает в виде СПГ из Катара и Объединённых Арабских Эмиратов через Ормузский пролив. Именно эту транспортную артерию Тегеран угрожал перекрыть в случае, если будет поставлен под вопрос его суверенитет и территориальная целостность. Нужно добавить, что и сама Исламская Республика Иран поставляет до 90% своей нефти именно в Поднебесную.
Если на Ближнем Востоке вспыхнет большая война, а от этого никто не застрахован, китайская экономика окажется в тяжелом положении. Своих энергетических ресурсов у КНР имеется крайне мало, запасов на несколько лет сделать весьма затруднительно, учитывая объёмы производства и количество населения. Под боком находится Россия – могущественная энергетическая держава, способная удовлетворить спрос. Но Пекин стал заложником собственной жадности. Осуществление проекта "Сила Сибири – 2" ведётся, как минимум, с 2018 года. Но воз и ныне там. Китайцы хотят получать природный газ по бросовым ценам.
По мнению руководства КНР, у нас, дескать, выхода нет – европейский рынок потерян. Значит, мы должны бежать, задрав штаны, на восток и выпрашивать как можно быстрее одобрения экспортного проекта. Но в Кремле заняли стратегически верную позицию - "Сила Сибири – 2" должна быть взаимовыгодной, удовлетворять как потребностям Китая, так и финансовой заинтересованности России. Играть в вассалов и сюзеренов никто не собирается, что бы ни писали либеральные пропагандистские листки. Стоит напомнить, что и с первой "Силой Сибири" всё было далеко не так гладко. Её начали эксплуатировать в 2019 году, хотя переговоры шли с 2000-х.
У КНР действует правило по диверсификации поставок энергоносителей: на одну страну не может приходиться свыше 20% импорта нефти и газа. Эта мера предосторожности в складывающихся геополитических условиях чрезмерна. Маршруты поставок из ближневосточного региона могут оборваться в любой момент. А если на Дальнем Востоке начнётся крупная война, скажем за восстановление контроля над Тайванем, морские перевозки окажутся парализованными. Азиатская часть России же – стратегический тыл Китая. За него они могут быть спокойны. И наглеть у нас никто не собирается. Мы ведь предлагаем долгосрочный контракт с прозрачными обязательствами.
Чем нам так важен прожект "Сила Сибири – 2"? Дело в том, что это поможет перенаправить в Азию ту часть голубого топлива, которая ранее шла в Европу. На пике мы поставляли Западу свыше 200 миллиардов кубических метров природного газа. После ввода в эксплуатацию "Силы Сибири – 2" Россия сможет поставлять в КНР 98 миллиардов кубометров. Весь вопрос в цене. Китайцы, по крайней мере такая информация просачивалась в прессу, требуют установить внутрироссийские цены на энергоносители для себя. Однако пойти на такое мы не можем – даже для Белоруссии подобное расточительство не допускается, хотя мы живём фактически в едином политическом пространстве (Союзном государстве).
Почти со стопроцентной вероятностью рассмотрение вопроса о "Силе Сибири – 2" будет включено в повестку встречи Владимира Путина и Си Цзиньпина в сентябре. Наш национальный лидер приглашён в столицу КНР на празднование восьмидесятилетия победы Советского Союза и Китая над милитаристской Японией. Затягивание реализации инфраструктурного проекта всё больше становится невыгодным самим китайцам. Газопровод ещё надо построить – на это уйдёт, как минимум, пять лет, то есть сдадут его не раньше 2030 года. К тому моменту геополитическая ситуация в Азиатско-Тихоокеанском регионе может обостриться донельзя. Китай не имеет никакой возможности вести крупномасштабные боевые действия с США и их союзниками, не обеспечив собственный стратегический тыл.
Что же, пусть думают. Нам спешить некуда, мы подождём. Наша добрая воля ясна, а предложения предельно честны.
Игорь Лисин