Автор Сергей Солодовник
Тема – огромная, почти неподъёмная. Но – стержневая при всех рассуждениях о послевоенной экономике и для составления адекватных прогнозов.
Новостная привязка такая. Впервые с 2022 года эту тему поднял Президент.
Вот прямая речь:
«Да, у нас немаленькие (военные) расходы сегодня. Это 6,3 процента ВВП. Много это или мало? Я считаю, что много».
И вывод о последствиях:
«Мы заплатили за это инфляцией. Но мы сейчас боремся с этой инфляцией. Да, целенаправленно идём к тому, чтобы «мягкую посадку» экономика в чём-то осуществила».
Есть цифры официальной инфляции. Население этой статистике не сильно верит. Потому что на личном опыте оценивается не просто удорожание товаров и услуг, а именно по тем товарным группам, которые лично потребляются.
Посему – когда Набиуллина говорит о 8–9%, народ в соцсетях доказывает, что в реальности – 20% и более.
Почему народ «правее» официоза? Если из доходов твоей семьи на продовольствие тратится около половины средств, то достаточно сравнить довоенные и нынешние цены на молочные продукты, яйца и кондитерские изделия с мясом, чтобы доказать свою правоту.
Цена войны – всегда обесценение денег. Потому что расходы на войну не пополняют предложение на внутреннем рынке. Снаряды не поступают на прилавки супермаркетов. Но производитель снарядов получает оплату за поставку своего нужного для фронта продукта.
А затем – с этими деньгами идёт в тот же супермаркет.
Отметить тут можно нынешнюю специфику инфляции по сравнению с другими войнами, которая вела Россия.
Пока что – обесценение рубля у нас на самом низком историческом уровне.
Автор в Телеграм
#Россия, #СВО, #экономика, #инфляция