Мариам Петросян, цикл «Дом, в котором…» (законченный в 2009 году цикл, 3 книги, источник)
- Про что это? Жизнь детей «с особенностями» в интернате с богатым мистическим прошлым и настоящим
- О чем это? Статус «брошенного всеми» - это не приговор, а путь к абсолютной творческой свободе, особенно если есть соратники, которые вместе с тобой создают мир, в котором хотелось бы жить
- Моя оценка: 9/10
Порядок чтения:
- Курильщик
- Шакалиный восьмидневник
- Пустые гнезда
Каюсь, но к написанным сравнительно недавно книгам, которые занесены во все возможные списки «обязательны к прочтению», я отношусь с недоверием. Многие не самые яркие авторы хорошо освоили SMM и прочий маркетинг, поэтому в любом авторском топе, вместе с классиками, обязательно будет стоять мистический-психологический-эротический роман условной Дуси Пупкиной, которая и оплатила этот материал, чтобы «постоять в тени Черчилля». Литпремии тоже не панацея, там тот еще «жабогадюкинг» творится. Однако, скрип в сторону, признаю, что подобный алармизм периодически лишает меня возможности открыть какие-то новые имена, которые более чем достойны того, чтобы быть прочитанными. Что ж, лучше поздно, чем никогда.
Мириам Петросян – армянская художница, в 2009 году публикует книгу, которая становится буквально культовой. Подражатели, иллюстраторы, фанфики, огромное комьюнити, обсуждающее сюжет, организующее встречи, чтения, «меняльники». Жизнь бурлит. В Москве еще и очень неплохой одноименный бар существует на Покровке. Что же такое в книге «про детей из интерната», что так зацепило читателей? Большинство обзоров, которые я видел, сводятся к тому, что «не могу объяснить, но это очень здорово». Что здорово – согласен, а вот почему – все же попробую объяснить.
Начнем с формального: есть Дом – это интернат для детей-инвалидов, в котором живут герои книги. Почти у всех есть свои телесные особенности, у некоторых – ментальные, есть и те, кого по разным причинам родственники в Дом просто «сдали». Автор проводит нас через примерно десятилетие жизни этих детей, которое должно закончиться Выпуском. И на первый взгляд у нас классическая история взросления, приправленная вариациями на тему Питера Пена и «потерянных мальчишек», неприятием «мира взрослых» и нежеланием уходить в Наружность. Однако на самом деле книга гораздо глубже.
В Доме практически не действуют «внешние законы», дети живут так как считают правильным. У них свои традиции и свои табу. С одной стороны это добавляет сеттингу темных ноток в виде курения, алкоголя, драк и поножовщины (аналогии с У.Голдингом), с другой – в Доме сформирована уникальная культура взаимоотношений, в которой любой житель чувствует себя более или менее своим, частью загадочной жизни Дома и ее активным участником. Конечно, вспоминаются и «Кондуит», и «Республика ШКИД», но, в отличие от книг классиков, герои Петросян абсолютно не ориентированы на «мир взрослых». Напротив, Дом от-и-до противопоставляется Наружности, и даже упоминания о жизни «во внешнем мире» считаются героями книги бестактными и запрещены всеми гласными и негласными законами Дома.
Итак, дети сами создали свой мир и живут в нем. Они разделились на стаи, экспериментируют с напитками и веществами, одеждой и моделями поведения, верят в амулеты и сглаз, таинственных Прыгунов и Ходоков, которые вроде бы умеют уходить в параллельные миры. Порой дети жестоки, однако в основном мир Дома пронизан атмосферой полного и безоговорочного принятия героями друг друга такими, какими они были созданы природой, самими собой и Домом как метафорой внутренней культуры этого оригинального сообщества. У всех свои особенности – кто-то без рук, кто-то носит зеленые очки, а кто-то считает себя птицей или одевается только в черное. Именно такое отношение и определяет тот факт, что темы инвалидности, которая отталкивает некоторых потенциальных читателей, тут нет вообще. Инвалид – это буквально тот, кто не может, а тут могут все, да такое…
Так чем же это цепляет? Смотрите, любая познавательная активность человека, в том числе и чтение художественной литературы, ориентирована на приобретение нового опыта, который должен помогать в жизни. Почти что рефлекс. Даже с фантастикой - мы знаем как реагировать на инопланетян или оборотней. Нам это знание, скорее всего, не понадобится, однако мозг удовлетворенно ставит галочку напротив очередной потенциальной ситуации, в которой он теперь будет чувствовать себя увереннее. Любой опыт интегрируется к уже существующему. Т.е. примерно там же, где мы поставили галочку на оборотней, мы ставим галочку и на русалок, все это находится в условной категории «Темный лес, полнолунье», ну и так далее. А теперь представьте себе срез опыта, который вообще непонятно куда крепить. А ведь когда мозгу что-то в рамках приспособительной активности непонятно он включает повышенную передачу и начинает анализировать происходящее с удвоенным вниманием. Упрощаю, но на уровне механики как-то так.
Дом находится на окраине города, однако ни страну, ни город определить невозможно. Вроде, события более-менее современные, но, если судить по музыке, то это скорее 70-е (Beatles, Led Zeppelin, Malmsteen). Дом – учебное заведение, но об учебе будет три страницы на весь цикл. Дети с треском проваливают «выпускные тесты», что не мешает им цитировать философов на латыни, обсуждать книги, заниматься селекцией растений или прикладной химией, да и в целом разговоры героев демонстрируют более чем достойный уровень образования. Деньги берутся непонятно откуда, однако у всех жителей Дома есть возможность купить то, что им нужно, будь то сигареты или магнитофон. В учебном заведении действуют кафе и бар с алкоголем, есть возможность сделать татуировку, ну и так далее. Обслуживающий персонал Дома больше напоминает ёкаев из мультфильмов Миядзаки, чем реальных людей.
Сами герои, честно говоря, реальных людей тоже напоминают далеко не все и не всегда. Начиная с традиции звать друг друга кличками и заканчивая очень смелыми экспериментами с внешностью, которые буквально превращают одних в птиц, других – в крыс и прочих милых и не очень животных. На уровне поведения вспоминаются оборотни у М.Фрая, которые не «люди, превращающиеся в животных», а совсем наоборот – зверушки, которые по каким-то причинам стали людьми. И герои Дома нередко напоминают именно таких зверушек.
С пространством и временем в Доме творятся еще менее понятные вещи. Они то растягиваются, то сжимаются, в зависимости от настроений, царящих в этот момент в Доме и желания отдельных героев. При чем воспитанников Дома такие игры реальности не удивляют совсем, в их мире это абсолютная норма, тогда как взрослых «останавливающееся время» чуть ли не с ума сводит. И тут проходит еще один водораздел между «жителями Дома» и «людьми Наружности»: создателя мира не удивляет его сказочность, тогда как потребители остаются гораздо более «слепыми», чем один из героев книги.
Таким образом автор показывает странный и притягательный мир Дома, частью которого являются еще и параллельные пространства – город Чернолесье, разумный Лес и прочие загадочные места, в которые жители Дома попадают кто во снах, а кто и наяву, кто-то ненадолго, а кто-то может уйти в эти края и навсегда.
Книга в конечном итоге и построена, прежде всего, на созерцании этого мира, история тут во многом вторична. Мариам Петросян - художница, и это очень чувствуется: повествование строится на отдельных зарисовках событий в Доме, от лица разных героев, в разное время, в разных мирах, фантазиях, воспоминаниях. Каждая мини-глава больше похожа на картину, чем на часть истории, хотя сюжет тут тоже есть, однако, повторюсь, он не так важен. «Про что это?» - это вопрос Наружности, а тут у нас просто жизнь, такая, какой ее придумали.
Большой друг советских детей Дон Хуан рассказывал нам о понятии «точки сборки» как сосредоточения образа себя и образа мира вокруг, которую нужно «сдвигать», чтобы увидеть и почувствовать что-то особое, магическое. Мариам Петросян в свою очередь дает нам возможность окунуться в мир Дома, в котором эта самая «точка сборки» уже основательно сдвинута. «Достаточно влезть на дерево, и тебя уже считают оракулом», отметит один из героев «Дома». Так что я готов рекомендовать эту книгу всем, кто хочет по-новому посмотреть на себя и на мир вокруг. Книга если и не сдвигает «точку сборки» читателя, то как минимум позволяет почувствовать где она находится.
Своеобразными референсами «Дома» я бы назвал «Маленького принца», книги П.Коэльо, Б.Виана или даже Х.Л.Борхеса, а также фильм «Жизнь прекрасна». Если эти произведения доставили вам удовольствие, то и «Дом», скорее всего, станет одной из любимых книг.
P.S. Столько написал, а покритиковать забыл. До 10 из 10 мне не хватило более сфокусированной истории: разглядывать акварельные наброски, исчезающие под дождем, интересно в рамках «магии момента». Заниматься этим неделю - сложновато. И второй момент: мне все-таки не очень понравилась концовка. Заканчивать на мой взгляд нужно было на последней «Ночи сказок», а стремление довести историю до «жили они долго и по-разному» - это что-то из арсенала Наружности, симпатии к которой мы прилежно гасили в течение трех томов.