ЧТО ОНИ РАЗ НАТВОРИЛИ
— "Крысолов из Гамельна"… — читала публика, останавливаясь около цирка, где я выступал со своими животными.
Я уже не раз показывал на арене моих дрессированных крыс, и название этого номера казалось публике очень заманчивым.
Я должен был изобразить старую легенду о человеке, обладавшем волшебною флейтою, пришедшем в маленький старинный немецкий городок Гамельн, жители которого умирали от голода; он вывел при помощи своей флейты крыс, пожиравших последние съестные припасы жителей, и утопил животных в реке.
— "Крысолов из Гамельна"… — читали дети, — ах, это наверное что-нибудь очень, очень интересное.
И цирк был битком набит веселыми ребятишками с блестящими от нетерпения глазами.
Перед началом представления в барьер скрытно вставили клетку с крысами, около которых стоял мой помощник.
Начался спектакль. Я был посреди арены с флейтой в руках и выводил на ней знакомые маленьким грызунам протяжные звуки. В это время мой помощник, незаметно для публики, посредством протянутого шнурка открывал клетки, и крысы через небольшие отверстия барьера выбегали на арену и сбегались к моим ногам, а затем влезали по моему туловищу наверх, на плечи, облепляя меня со всех сторон.
И в этот раз, почувствовав возможность выйти из клетки, крысы стремглав бросились на призывный звук флейты, обещавшей им обычную награду. Я стоял и смотрел на эту движущуюся толпу маленьких четвероногих артистов, бегущих ко мне. Вот они близко; вот бурным каскадом плывут снизу на меня, затопляя меня, и под этою живою волною скрывается яркий шелк моего костюма; волна хлещет выше, поднимается до плеч, еще еще…
— Он весь в крысах!
— Крысолов из Гамельна!
— А где это, мама, Гамельн?
— Смотри, смотри, они уже на голове…
— Ай, что это с ним? Смотри, что делают крысы!
Публика заволновалась; вперед вытягивались шеи; дети и взрослые нетерпеливо вскакивали с мест.
— Что это? Что случилось?
Все видели, как от боли перекосилось мое лицо; я бросил флейту и стал сбрасывать с себя руками грызунов, но новая толпа приливала на место сброшенных, и крысы жадно льнули к моей шее. Я чувствовал нестерпимую боль, а крысы, все ползли, ползли… Я сбрасывал их, они влезали по мне снова, пища и толкаясь, ссорясь, перегоняя друг друга, просовываясь между моими пальцами, когда я их старался скинуть, подлезая под ладонь… Я бросился бежать в конюшню. Меня обступили со всех сторон служащие цирка, товарищи-артисты и с трудом освободили от крыс.
Я подбежал к зеркалу, осматривая в него шею. На ней краснела довольно — глубокая рана, величиною в большую пуговицу. Ее прогрызли крысы…
Как это случилось?
Крахмальным воротничком я натер себе перед представлением шею до крови. Почуяв кровь, крысы приняли мою шею за воловье мясо и стали ее жадно есть…
Я не вычеркнул из своей программы интересного номера "Крысы из Гамельна", но с тех пор, как случилась история с покусанной шеей, перед выступлением стал тщательно осматривать свое тело, — нет ли где на нем ссадины.