В 2025 году Россия празднует 80-летие победы в Великой Отечественной войне. Для побед на фронте, работы в тылу, помощи раненым и беженцам с 1941 по 1945 год советской властью были приняты сотни нормативных актов. Война заставила серьезно перекроить правовое поле страны. Проект «Законы войны», который в этом году запустила «Парламентская газета», рассказывает об архивных документах, определявших жизнь на фронте и в тылу от начала немецкого вторжения до Великой Победы. Эксперты обсудили значение Сталинградской битвы как переломного события не только для судеб Отечества, но и для всего мира.
Первый котел для Гитлера
Сталинградская битва решала, куда повернет история, в сторону победы советских войск или победы гитлеровского нацизма. Общее число погибших в сражениях на Волге — более двух миллионов человек. Как заявил политолог Алексей Мухин, именно под Сталинградом военная машина Германии столкнулась с мощью советской армии: «Здесь немецкому зверю сломали хребет».
Как заметил историк, доцент кафедры сравнительной политологии МГИМО Владимир Шаповалов, на Волге в течение двухсот дней и двухсот ночей решалась судьба будущего всемирной истории. После поражения в битве за Москву фашистам нужен был победный и сокрушительный рывок. Его они и намеревались осуществить в Сталинграде.
«Это был для нацистов момент истины, и мы можем предположить, что если бы Германия победила в битве за Сталинград, то почти наверняка против СССР открыла бы второй фронт осторожничающая до этого Япония. Также с большой долей вероятности в войну на стороне Гитлера вступила бы Турция», — сказал Шаповалов.
Одним из ключевых итогов Сталинградской битвы стало окружение армии Паулюса и взятие в плен ее командира. Именно его показания на Нюрнбергском процессе стали убийственными, в прямом смысле этого слова, для нацистских преступников.
«До этого в результате подобных кампаний в окружении оказывались только противники Гитлера, а здесь стройные и непобедимые войска Германии сами попали в котел», — заметил историк.
Сравнить с Куликовым полем
Сталинград стал главным символом перелома не только на фронте, но и в тылу. На это обратил внимание историк, профессор Академии военных наук Юрий Никифоров.
«Именно в 1942 году наша экономика вышла на те объемы производства танков, которые потом смогли обеспечить количественное превосходство СССР в военной технике на следующем этапе войны», — заявил он.
Сталинград некоторые сравнивают с Куликовом полем. И там и там наши войска удостоверились в своих силах в жестоком противостоянии с казавшимся непобедимым противником. Это не было окончательной победой, но вызвало перелом в сознании, который вел к такой победе, считает политолог Мухин. А профессор Никифоров заметил, что каждая из великих битв изобиловала драматическими сюжетами.
Так, Сталин мог бы отложить на неделю-две контрнаступление советских войск 19 ноября 1942 года по объективным причинам. Стояла нелетная погода, и поддержка с воздуха была практически невозможна. Но в итоге он не стал этого делать, и немцы не смогли подтянуть еще одну полнокровную танковую дивизию.
«Если бы они успели, непонятно, чем в итоге завершилась бы битва за Сталинград», — считает Никифоров.
Подобных судьбоносных нюансов было много.
«Эти знания позволяют испытывать особое чувство гордости и удивления перед подвигом наших предков — Бог, или, как говорят люди неверующие, удача, был на нашей стороне», — заключил профессор.
Героизм в нечеловеческих условиях
Во время битвы за Сталинград впервые применили новый Боевой устав пехоты, один из исторических документов Великой Отечественной войны. Как отметил историк Шаповалов, он стал одной из заметных составляющих правовой работы советских властей, которая способствовала Победе над нацизмом. Предшествующий устав был написан в мирное время, новый же скорректировали с учетом военных реалий.
При этом профессор Никифоров подчеркнул, что новый документ отразил позицию руководства СССР — войну нельзя вести только по уставу. Сверху транслировали, что командиры должны проявлять инициативу.
«И нам надо в первую очередь отдать дань памяти и уважения бойцам и командирам Красной армии, которые в нечеловеческих условиях, которые нам сегодня и представить себе сложно, проявляли массовый героизм. За этим стандартным определением стоит удивительная историческая правда», — подчеркнул Никифоров.
Нормативная база в условиях боевых действий становится «связкой» в организме страны. И если она действует нормально, государство не разваливается на части в военное время. На этом сделал акцент политолог Мухин. При этом он заметил, что после Победы нормативно-правое поле СССР, связанное с регулированием армии, во многом корректировали с участием командиров с боевым опытом:
«Они стали главными редакторами этой корректуры, что очень помогло нам в дальнейшем выстраивать новый тип Вооруженных сил страны».