Ночь была слишком тихой. Ни ветра, ни шороха — только гул в ушах, как будто мир затаил дыхание. Я стоял посреди пустого поля, глядя в небо. Луна, обычно такая далёкая и бледная, начала светиться. Сначала мягко, как свечка в темноте, а затем — ослепительно, словно кто-то включил прожектор в космосе. Её свет резал глаза, но отвести взгляд было невозможно. И вдруг она начала расти. Не просто увеличиваться — она заполнила небо, как гигантский диск, чьи кратеры и тёмные пятна проступали с пугающей чёткостью. Земля под ногами задрожала, и я услышал низкий, почти живой гул, исходящий из глубин космоса. Луна стала такой огромной, что, казалось, вот-вот раздавит меня своей массой. А потом — треск. Не взрыв, не гром, а именно треск, как будто кто-то разломил гигантскую круглую печеньку. Луна раскололась надвое, затем на десятки кусков. Некоторые фрагменты зависли в небе, словно замороженные, другие рухнули вниз, оставляя огненные следы. Небо превратилось в хаос из пыли, света и падающих звёзд. Я