Сразу скажу, что этот рассказ написал не я, однако он очень давно лежит в моём архиве. Впрочем, в архиве есть ещё и другие работы.
Приятного всем прочтения!
На третьи сутки я понял, что окончательно заблудился и сел на стул в одной из этих бесчисленных одинаковых комнатушек. Трудно признаться себе в собственной глупости, но я уже сожалел, что столь легкомысленно подписал договор, содержащий условие – «клиент согласен провести в лабиринте сколько угодно времени».
И, мало того, организаторы аттракциона «Лабиринт» ответственности за мою жизнь не несут. Впрочем, такая расписка берётся в опасных случаях всегда – например, когда прыгаешь в пропасть на эластичном шнуре. Знаю, прыгал не раз.
Лабиринт был монотонно однообразен. Из каждой комнатки выходили в разные стороны три раздвижные двери, в углу стоял деревянный стул, в нише в стене – бутыль с водой и пакет с сухим пайком. Комнаты были стерильно чисты и без потолка. Высокие гладкие стены... Днём в ясную погоду сияло солнце, ночью мерцали звёзды. Почти дом, но без крыши.
Конечно, моё положение было далеко не таким ужасным, как у тех, кто заблудился в подземных пещерах, но вскоре я обнаружил, что в некоторых комнатах паёк съеден – только скомканная обёртка валялась в нише. Значит, там я уже был. Запасы не пополнялись.
То, что при входе в лабиринт у меня забрали часы и мобильный телефон и теперь я вёл счёт времени по солнцу, по наступившей вдруг ночи, вначале приятно щекотало нервы.
Комнаты с крышей и спальни здесь всё же встречались. Там можно было переночевать на узкой кушетке, где ждала стопка чистого постельного белья, одеяло и подушка. Железные угловатые ножки кушеток были почему-то накрепко привинчены к полу. Почему, я понял позже. То тут, то там расположились идеально чистые туалетные комнаты – без окон, с большими зеркалами и стерильно чистыми унитазами. Какой сервис! И сколько средств ухлопали владельцы на «аттракцион»!
Будь у меня с собой ручка и бумага, я бы начал составлять карту лабиринта. Или хотя бы клубок ниток или верёвка, я бы отметил свой путь...
При входе в лабиринт меня попросили переодеться, мою одежду повесили в шкаф, выдали синий спортивный костюм, в котором я теперь здесь и блуждал. От отчаяния я в какой-то момент этот костюм воспринял даже как некую подсказку, что из лабиринта можно выбраться гораздо проще – попросту вскарабкаться вверх по стенам. Но стены были гладкие, ровно такой высоты, что я даже со стула не мог дотянуться до верхнего края. Пробовал ставить стул на стул – конструкция опрокидывалась.
Находился «аттракцион» за городом. По пути сюда я проехал самую окраину города, видел поблизости пустующие прилавки рынка, а рядом со входом в лабиринт уже шумел мрачный лес. «Ну да, на отшибе земля дешевле. Поэтому они построили свой лабиринт здесь», – подумал я тогда одобрительно.
... Сначала всё казалось безобидной шуткой.
Заплати и можешь проверить свою изобретательность на выживаемость. Не надо ехать на полюс, в пустыню, пересекать в одиночку океан на утлом судёнышке. Надо всего лишь найти выход из лабиринта.
Но вскоре с «аттракционом» стало происходить нечто странное. Я попал в комнату, из которой было не три, а два выхода. Я удивлённо уставился на стену. Оказывается, раздвижная дверь плотно въехала в неё, образовав вместе со стеной единую сплошную поверхность. Я уже был там – в нише лежала обёртка от пайка.
То, что они по ходу дела меняют правила игры (а как это ещё можно назвать?) мне очень не понравилось.
Прошло ещё два или три дня и я наткнулся на комнату, в которой была всего одна дверь. Входная. Тупик. Меня лишили выбора – я мог только лишь повернуть назад. Сюда я пришёл уже в третий раз – с некоторых пор я нарочно начал отмечать те комнаты, где был дважды, двумя кусочками обёртки от пайка. Как раз два обрывка и лежали в нише.
Вот теперь мне стало по-настоящему не по себе. Мне вспомнилось, как меня спросили: «Вам нужны острые ощущения? Это мы вам обещаем. Но больше мы не гарантируем ничего». А что, если вокруг меня вдруг закроются все двери? Кроме того, меня преследовала навязчивая мысль, что в договоре был пункт, по которому «в случае гибели клиента всё его имущество отходит владельцам "аттракциона"». Полный бред. Я деловой человек, хотя и одинокий, и никогда бы на такое не подписался! Но почему-то время от времени у меня внутри холодело – был, был там такой пункт!
Где-то на десятый день блужданий я увидел ЕГО. И, вздрогнув от неожиданности, отпрянул.
Серый, вполне благополучный кот появился в дверях, когда я вошёл в очередную безликую комнатку и, как ни в чём не бывало, попытался потереться о мои ноги. На галлюцинацию он определённо не смахивал.
– Котяра, – сказал я и мой голос показался мне после долгого молчания чужим. – Ты-то как здесь оказался?
Кот задрал голову, посмотрел мне доверчиво в глаза и мяукнул. Я бросил взгляд наверх, туда, где виднелся квадрат дневного пасмурного неба и понял – кот бродил по широкому верхнему краю стены, в какой-то момент не удержался и свалился вниз.
Но он хотя-бы упал. А я пришёл сюда добровольно. Просто от скуки. Бизнес мой шёл хорошо, я объездил весь мир и мне всё уже приелось. И вдруг эта реклама в газете: «ЛАБИРИНТ. Для любителей острых ощущений».
Для любителей острой безысходности, уточнил бы я теперь.
– Эх, котяра, – сказал я, протягивая коту смоченный в воде сухарь, – как я тебе рад! Не покидай меня.
От сухаря кот отказался, но с этого дня следовал неотступно за мной по пятам, а на ночлег сворачивался калачиком у меня в ногах или ложился мне на грудь и тихонько мурлыкал.
Время шло и моё положение становилось всё более плачевным. Всё более длинный путь надо было пройти, чтобы найти, наконец, нераспечатанный пакет с едой и бутыль с водой – во всех нишах валялись лишь разорванные скомканные обёртки, а вода была мною выпита. Я перестал искать выход, я искал еду.
Кот следовал за мной в неизменно благодушном настроении. И, наконец, тоже привык есть сухари.
«Ты хотел? – спрашивал я себя перед сном. – Ты хотел экстрим? Ну что ж, ты его получил». Я напрягал память, чтобы дословно вспомнить текст договора. И, как-то утром, проснувшись в одной из «спален», я вспомнил сон, приснившийся ночью. Очаровательная блондинка выхватывает у меня из рук бумаги, которые я читаю, и растворяется в темноте.
Вот оно – я отчётливо вспомнил, как происходило подписание договора! Последнюю страницу я вообще не дочитал. Перед моим мысленным взором возникли только стройные ноги секретарши. Девица в мини-юбке вошла в кабинет менеджера как раз тогда, когда я приступил к последней странице. Страница начиналась со слов: «В случае смерти клиента всё его имущество отходит фирме». Нет, мне это не показалось. Я подписал, не дочитав, чтобы не выглядеть буквоедом в глазах красивой женщины. Cherchez la femme...
Теперь всё ясно. Я просто-напросто умру здесь от голода и жажды и сам буду в этом виноват.
Я встал на стул в ближайшей комнатке под открытым небом и начал кричать:
– Эй, там! Достаточно! Выпустите меня! Я больше не хочу! Помогите!
Мои вопли не возымели никакого действия. Да и кто мог меня услышать?
... Это случилось, когда я задремал, сидя на стуле. В этой комнатке я был уже трижды – в нише лежали три клочка бумаги. Кот свернулся калачиком у меня на коленях. Когда я очнулся, то сразу почувствовал, что что-то изменилось. О, ужас! – все двери плотно въехали в стены. Я оказался в ловушке. Без еды и воды.
Я отчаянно крикнул в пространство над головой:
– Прекратите игру! Я сдаюсь!
У меня ещё теплилась наивная надежда, что теперь, признав моё поражение, меня выпустят.
... Смеркалось. Накрапывал дождь. Я как прикованный сидел на стуле. Кот вскарабкался мне на колени.
Так прошло двое или трое мучительных суток – у меня от жажды стало путаться сознание. Я промок и простыл. В каком-то бреду то приходил в себя, то засыпал. Будил меня каждый раз кот, который метался по комнате и мяукал. Если бы мне хотели оказать помощь, то давно бы уже оказали. «Теперь понятно, почему на отшибе», – крутилось у меня в голове. Кот мяукал всё громче и жалобнее.
– Нам конец, котяра, – хрипло произнёс я. – Ничем не могу тебе помочь.
И всё же я заставил себя встать, стащил с себя куртку и тренировочные штаны, связал их вместе за рукав и штанину и попытался забросить другой конец самодельного каната наверх за край стены. Но «канат» не доставал и даже, если бы достал, и даже если бы изрядно похудевший кот полез по нему, то тут же свалился бы обратно под собственной тяжестью. Нужен груз и нужно удлинить канат.
Ничего, кроме стула в качестве груза, здесь не было. Но у меня не хватило бы сил забросить стул так высоко.
После нескольких ударов о стену стул, наконец, треснул и мне удалось выломать спинку вместе с одной ножкой. Я разодрал штаны и куртку, у меня получился намного более длинный канат. Осталось привязать его к спинке стула.
Много раз бросал я эту спинку одной правой рукой вверх, придерживая конец каната левой, пока, наконец, не сообразил привязать его к левой руке. Двумя руками я справился сразу. Спинка стула перелетела через верхний край стены и повисла с обратной стороны, туго натянув «канат».
– Прощай, котяра, – прошептал я коту, подсаживая его высоко на «канат», плотно прижатый к стене.
Кот ловко вскарабкался вверх и мигом оказался на краю стены. Я упал на бетонный пол и потерял сознание от изнеможения.
Открыв глаза, я увидел, что наверху, на краю стены сидит мой кот и мяучит. А рядом с ним виднелась чья-то голова и голос произнёс:
– А мы думали, почему это кот так мяукает. Полезли его снимать, а тут вон что... Человек!