Баюн и снова странный сон.
- Мелочь, просыпайся, - брат легонько потряс Раю за плечо. – Станция Мазай – приехали, вылезай.
- Я не сплю!
- Ну-ну, - парень улыбнулся, - выходи из машины, сейчас достану твои вещи. – Макс заглушил двигатель, вышел из машины и сильно хлопнул дверью. - Ты до осени, или как?
Рая кое-как отстегнулась и вышагнула на разбитый асфальт. Они стояли перед старой невзрачной пятиэтажкой из серого кирпича, слегка подсвеченной редкими жёлтыми фонарями.
- Не знаю, это не мне решать.
- Рюкзак бери – понесёшь, и топай, открывай дверь, - парень протянул ей ключи от квартиры и открыл багажник. Рая закинула рюкзак на правое плечо, и медленно пошла к подъезду. За спиной громко хлопнула крышка багажника и пиликнула сигнализация. Она приложила магнитный ключ, домофон противно запиликал. Дверь оказалась тяжелее, чем она помнила.
- Молодец, идём. Осталось чуть-чуть, - брат подмигнул и скользнул в сумрак подъезда.
Рая шагнула следом, и чуть не упала.
- Ой! Что это?
- Что такое?
- Что тут?
- А, извини, забыл сказать, тут же дверь раньше была. Её убрали, а коробку дверную оставили. Иди осторожно, ступеньки скользкие.
- Ужас. А света почему нет?
- Да пацанва постоянно лампочки бьёт. Уже месяц прошёл как последнюю кокнули, а всё никак не вкрутят новую.
- Тут хоть бомжей нет?
- Бывают иногда, но только зимой, когда холодно. Да ты не бойся, самый страшный зверь подъезда живет у меня в квартире, - брат шагал через две ступеньки и Рая с трудом успевала за ним.
- Утешает – саркастично отозвалась девчонка.
- Всё, вот и наша дверь. Сейчас подсвечу. Открывай. Ключ желобком вниз и влево. Дверь на себя. Тут помнишь?
- Да, только верхний замок, наискосок, повернуть до упора, поднять ручку, тоже до упора, и от себя.
- Молодец. Кузя! Мы дома! Ты голодный?
- Прифффет, никчемни. Конечно голодный, он ещё спрашивает, - фыркнули откуда-то сверху. Рая посмотрела на шкаф. Кот лежал, вольготно растянувшись во всю немаленькую длину на огромном чемодане, в темноте светились ярко-зелеными светлячками его глаза. – Хосссяйка! Прифффет! Ты приехала!
- Привет, Кузя, - Рая улыбнулась, - я и забыла, что ты говорящий.
- Я – Баюн, разумный образованный волшебный кот, а говорящими или неговорящими бывают только попугаи, - кот сел, надулся, распушив шерсть, и свысока смотрел на людей.
- Извини, я не хотела тебя обидеть.
- Эй, разумный и образованный кот, ты жрать идёшь? – громко спросил с кухни Макс.
- И это – будущий правитель Чернолесья, - тихо проворчал себе под нос кот, ловко спускаясь по стремянке со шкафа. Он подошел к Рае вразвалочку, обнюхал чемодан и рюкзак.
- Гримуар взяла. Молодец, умная ведьма, - кот одобрительно мыркнул, и пошёл на кухню.
- На, жри, - железная миска звякнула о подставку.
- И тебе приятного аппетита, никчемни, - фыркнул Кузя.
- Спасибо, - Макс почиркал спичкой, налил воду, и вышел в прихожую.
- Ты чего стоишь как неродная? Маленькая комната всё ещё твоя.
- Спасибо, - Рая отмерла, разулась, и перетащила вещи в открытую дверь комнаты.
- Брось всё, давай перекусим, достань только то, что тебе сегодня нужно, остальное завтра разложишь.
- Ешь без меня, я скоро приду.
- Ну, ладно. Пойду делаю бутеры пока. Ты же будешь? – Макс вопросительно изогнул левую бровь.
- Буду, спасибо.
Рая опрокинула и расстегнула чемодан. Распахнула верхние дверцы среднего шкафа советской стенки. И пошла на кухню.
- Макс, какой тряпкой можно пыль в шкафу вытереть?
- А вон, с крана возьми, - кивнул головой брат. Он быстро нарезал бутерброды. – Тебе какую чашку? Как обычно?
- Да, - Рая намочила тряпку, и вернулась в комнату. Макс прошёл мимо – в большую комнату, и звякнул стеклянной дверцей серванта. Перебрал посуду.
- Тарелку тебе какую? Я заодно помою сразу.
- Любую, какую не жалко.
- Окей, первую попавшуюся.
Рая быстро вытерла пыль в шкафу и выложила свои вещи. Гримуар и блокнот были торжественно водружены на рабочий стол, который стоял здесь, как и вся остальная стенка, еще с папиного детства – три светлых шкафа. Стол с закрытой верхней полкой, шкаф с открытыми полками, и шкаф с перекладинами для одежды. Все три уже чувствовали себя не очень хорошо, и просились на свалку, но Максу они нравились, и не мешали, поэтому он их оставил.
- Мелочь, ты идёшь, или где? – нетерпеливо воззвал брат из кухни. – Чай ведь остынет!
- Иду-иду!
Она быстро прошла на кухню, и села на любимую табуретку – в вязаном тёмно-зелёном чехле с большим красно-жёлтым цветком в центре.
- Приятного, - пожелал брат, поставив чашки с чаем (для Раи) и кофе (для себя), на стол, к тарелке с бутербродами, - постельное я сейчас найду. Щётку зубную дать?
- Я взяла из дома.
- Отлично. Тебе телек подключить? Будешь смотреть?
- Да нет, не надо пока.
- Ну ладно.
Рая закинула ногу на ногу и случайно задела табуретку, стоявшую под столом.
- Мяяйааяу! – кот, раздувшись до размеров овчарки, вылетел из-под стола. - Хоссяйка! Осторожнее!
- Ой, извини, Кузя, я нечаянно.
- За нечаянно бьют отчаянно, - прошипел кот.
- Кузя, сядь на эту табуретку, к холодильнику, и не ворчи, - миролюбиво предложил Макс.
- Никто не ценит Баюна, никто его не люююбит, а бедный кот не спит, не ест, их счастье охраняяяет. Ах, как жестоооооки лююююдииии! Ах, как жестоооооки лююююдииии! – пропел кот.
- Если ты не прекратишь завывать как приведение, то сметаны неделю не увидишь, - равнодушным тоном отметил Макс. Кот замолчал, и захлопнул зубастую пасть.
- Макс, ну так же нельзя! – возмутилась Рая.
- Нигде запрет не записан – значит можно. И вообще, все поели? Тогда давайте остальное до утра оставим – три часа ночи. Кто-то, между прочим, спать хотел, - парень улыбнулся.
- Уже не хочу, и нет, ещё не поела.
- Вот и ешь. Кот, если ты поел, не мешай есть своей хосссяйке, - строгий взгляд, брошенный на кота, и пародирование ввели баюна в лёгкое замешательство.
Когда Рая встала, чтобы помыть чашку, Макс остановил её:
- Поставь в раковину и иди уже спать, я сам намою.
- Спасибо.
- Завтра утром ты намоешь – у меня встреча рабочая в 9 с новым клиентом в Литл Токио, я не успею.
- Ты улетаешь в Токио? – Рая и кот посмотрели на Макса одинаково круглыми от удивления глазами.
- Да нет же, это тут, в нашем же районе, на машине самое большое – два часа туда-обратно, - улыбнулся Макс.
- Слава Велесу… - выдохнул Баюн.
- То есть к обеду вернешься? – уточнила Рая, поставив тарелку в раковину.
- Да, скорее всего. Если захочешь погулять – ключи в ящике у зеркала в прихожей. Можешь себе их забрать, в принципе, если не потеряешь. Внутренняя дверь просто захлопывается, ничего больше.
- Спасибо-спасибо-спасибо! – Рая обрадовалась открывшейся ей перспективе свободы и порывисто обняла брата, который только что домыл посуду и с рук его капала вода.
- Я тоже тебя люблю, мелочь, - Макс понял, что его не собираются отпускать, и замер с расставленными в стороны руками.
- Нормальная нам ведьма попалась. Молодая, неопытная, и эмоциональная, но нормальная. Толк будет, - нахально разрушив гармонию момента заметил Кузя.
- Ну всё, киса, я иду тебя любить! – хитро сверкнув глазами, заявила Рая и отпустив брата, сцапала кота на руки. – Ты почему такой тяжеленный?! – возмутилась девчонка, перехватив кота как младенца.
- Я не тяжеленный! – возмутился кот. – Я нормальный Баюн!
- Ага, всего-то десять кило. Было. Сейчас может, и больше уже, - прокомментировал Макс.
- Ну пойдем спать, нормальный. Я слышала, Баюны усыпляют хорошо. Только меня не надо до смерти, ладно?
- Мррррррр-мрррррр, ну конечшшшно ше не надо, кто ше, мррр-фррр, меняяю тогда заффтра покормит, - согласился кот, мурча изо всех сил как трактор.
- Спокойной ночи, Макс, - Рая боком прошла по коридорчику, потому что кот не помещался в нем во всю длину поперёк.
- Спокойной, мелочь, - улыбнулся парень и тоже ушёл спать.
***
Рае опять снилось что-то странное.
Она оказалась в маленьком домике. Комната погружена во мрак, лишь тусклая лампочка под газетным абажуром печально свисает с потолка. За столом сидит молодая девушка, перед ней – раскрытая книга. Девушка что-то выписывает из неё на листок. Закрывает книгу, встаёт, накидывает на плечи шинель, берёт сумку, прячет листок в карман, надевает валенки, и накинув на голову видавший виды платок, выходит в ночь. Рая спешит за ней следом, но девушка не замечает её.
Она медленно идёт к лесу – он мрачен, голые деревья топорщатся корявыми ветвями. Завывает ветер. Снега не очень много, но достаточно, чтобы замедлить пешего. Девушка хрупкая, тонкая – она явно слаба, её шатает на ветру, но она упрямо идёт к неведомой цели. Вот и она – занесённая толстым слоем снега землянка.
Девушка обходит ничем не примечательный холмик, и с трудом тянет на себя дощатую дверь. Девушка спускается внутрь, закрывает дверь, но Рая успевает проскочить.
- Где больной? – её голос глухой и хриплый, но ей рады. Комната освещается керосинкой.
- Вот, сынок мой, уже неделю в горячке, ничего не помогает, - женщина неопределённого возраста, с повязанным на голову пуховым платком, указывает на мальчика лет шести, разметавшегося на скудном подобии постели. Раю она тоже не видит.
- Кипяток и кружка есть?
- Да, конечно.
- Отлично.
Девушка открывает сумку, достает из нее две маленькие склянки с прозрачной жидкостью, и одну побольше – с аналогичным содержимым. Ещё из недр сумки она выуживает три мешочка – в землянке распространяется запах сушёных трав. Она сыплет по три щепотки из каждого мешочка в металлическую кружку с кипятком, и достает завернутую в тряпицу обструганную берёзовую веточку.
Рая не понимает, откуда она знает, что это именно берёзовая веточка.
- Как его зовут?
- Иван.
Девушка опускает веточку в кружку и начинает быстро-быстро перемешивать содержимое, и очень тихо шептать над ним. Потом она дует на кипяток – тот перестает дымится - и подходит к ребёнку, опускается рядом с ним на колени.
- Иван, - она зовёт его очень тихо, но мальчик просыпается и смотрит на неё мутным, невидящим взглядом, - тебе надо попить, - девушка приподнимает мальчика и прислоняет кружку к его губам. Ребёнок морщится, но пьёт. С каждым новым глотком он оживает, взгляд становится осмысленным, спадает горячечный румянец. Рая удивлена таким быстрым выздоровлением.
- Спасибо, тётенька, - мальчик улыбается светло, радостно.
- Не за что, - девушка улыбается в ответ, встаёт, ставит кружку на пол. – Не пускайте его пока на улицу – ему надо быть в тепле, много спать, и пить побольше горячего. Вот, возьмите – это травы лекарственные – по щепотке из каждого мешочка три раза в день на чашку кипятка, и давайте Ване утром и вечером, ближайшие три дня.
- Спасибо, храни тебя Господь, дочка, - женщина улыбается гостье слабо, но светло.
- Вы и себе, кстати заваривайте, как сыну, не помешает, в наши времена.
- Хорошо, спасибо. Вот, возьми, - хозяйка протягивает ей пушистый свёрток. – Возьми-возьми. Это оренбургский платок. Ты моего сына спасла, это подарок.
- Вам он точно не нужен? – девушка не решается взять драгоценную вещь.
- Точно. Мы до войны под Оренбургом жили, я на фабрике работала, брала платки в счёт зарплаты – как знала, что пригодятся. Ты бери, бери, у нас ещё есть.
- Спасибо, - девушка улыбнулась, взяла платок, надела поверх старого, взяла сумку. Взглянула на мальчика – тот уже спал. – Будьте здоровы, всего хорошего.
На вышла назад, в ночную метель, и медленно пошла назад.
***
Внезапно Рая проснулась.
- Доброе утречко, хосссяйка! – ко уже сидел рядом на кровати и внимательно смотрел на неё немигающим взглядом.
- Доброе. Макс уже ушёл?
- Да.
- Мне такой странный сон приснился, - Рая потянулась и встала.
- Знаю, - мурлыкнул кот.
- Откуда?
- Я - баюн. Мы, баюны, по снам людским ходим, смотрим от скуки. Как вы, человеки, (тут кот презрительно фыркнул) телевизор.
- И что думаешь?
- Думаю, Книгу Рода тебе почитать пора. Может, что дельное найдёшь.
Рая подошла к столу, и взяла в руки толстую тетрадь в потёртой клеёнчатой зелёной обложке.
Она легла на кровать рядом с котом и раскрыла тетрадь на первой странице. Она оказалась желтоватой, в клеточку тускло-фиолетового цвета и абсолютно пустой.
- Кузя, тут нет ничего, - удивлённо сказала она.
- А ты кровь капала? – спросил кот, лениво приоткрыв левый глаз.
- Нет.
- Иди за иголкой или булавкой.
Рая встала, вытащила из рюкзака английскую булавку, села рядом с котом. Тот соизволил распахнуть оба глаза.
- Открой гримуар в середине. Уколи безымянный палец левой руки. Три капли крови урони на сгиб страниц. Жди. Там появится текст, читай слово в слово, от начала до конца, не прерываясь. – Кузя отвернулся от Раи, свернулся в клубок и тихонько замурчал. Девочка сделала всё как сказал баюн. Страницы изнутри ослепительно вспыхнули золотым светом, Рая закрыла глаза.