Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

«Я всегда хотел летать»

Путь на Северный полюс даже сейчас, спустя сотни лет после его открытия, опасный и непредсказуемый — путь сквозь арктические льды по важнейшей транспортной артерии страны. Первым, кто осилил эту полярную дорогу, стал Юрий Сергеевич Кучиев — первый капитан атомного ледокола «Арктика», под чьим командованием 17 августа 1977 года судно впервые в истории достигло географического Северного полюса. Юрия Сергеевича, опытного полярного капитана, перевели с атомохода «Ленин» на постройку «Арктики» в 1972 году, когда она ещё стояла у причальной стенки Балтийского завода в Ленинграде. Часть команды капитан взял с собой на берег — и это было впервые, когда экипаж участвовал сам в создании судна.
«Процесс строительства шёл не гладко. Где-то мы даже ругались, иногда, в общем-то, горячо, но в общем-то по-мужски себя вели, я считаю, иначе быть не может», — Ю. Кучиев. 9 августа 1977 года в восемь часов вечера жители Мурманска торжественно проводили крупнейший атомный ледокол «Арктика» в особый рейс. П

Путь на Северный полюс даже сейчас, спустя сотни лет после его открытия, опасный и непредсказуемый — путь сквозь арктические льды по важнейшей транспортной артерии страны. Первым, кто осилил эту полярную дорогу, стал Юрий Сергеевич Кучиев — первый капитан атомного ледокола «Арктика», под чьим командованием 17 августа 1977 года судно впервые в истории достигло географического Северного полюса. Юрия Сергеевича, опытного полярного капитана, перевели с атомохода «Ленин» на постройку «Арктики» в 1972 году, когда она ещё стояла у причальной стенки Балтийского завода в Ленинграде. Часть команды капитан взял с собой на берег — и это было впервые, когда экипаж участвовал сам в создании судна.

«Процесс строительства шёл не гладко. Где-то мы даже ругались, иногда, в общем-то, горячо, но в общем-то по-мужски себя вели, я считаю, иначе быть не может», — Ю. Кучиев.

9 августа 1977 года в восемь часов вечера жители Мурманска торжественно проводили крупнейший атомный ледокол «Арктика» в особый рейс. Поход был посвящён 60-летию Великого Октября. На капитанском мостике стоял Юрий Сергеевич Кучиев.

Он родился 26 августа 1919 года в селении Тиб Северной Осетии. В горах кажется, что небо совсем близко, протянешь руку — и можно дотянуться, а потому с самого детства Юрий Сергеевич мечтал летать. В 1938  году он с отличием окончил среднюю школу № 27 в Орджоникидзе и поехал поступать в лётное училище. Но его не взяли. Отец его, Сергей Кучиев, был народным комиссаром земледелия Северной Осетии, старым коммунистом. Репрессирован в конце тридцатых годов, позже реабилитирован. Клеймо «сына врага народа» разрушило заветную мечту Юрия о карьере военного лётчика.

Мемориальная доска на здании школы № 27 во Владикавказе.
Мемориальная доска на здании школы № 27 во Владикавказе.

По совету полярного лётчика, депутата Верховного Совета СССР от Северной Осетии Марка Шевелёва, молодой Кучиев отправился служить матросом в самый северный населённый пункт страны Советов — Диксон.
Так начался путь Юрия Кучиева в ледокольную навигацию.
Начинал Юрий Сергеевич с самых низов — был матросом на буксире «Василий Молохов». Служил на судах арктического флота, плавал на полярных ледоколах «Таймыр», «Малыгин», «Сибиряков», «Ермак».
Пройдя все ступеньки морской службы, попал на атомный ледокол «Ленин», впоследствии стал его капитаном. Кто бы мог подумать, что Север будет покорять человек с Юга.
Именно там, на «Ленине», состоялась знаменитая встреча двух Юриев — Кучиева и Гагарина. Гагарин был гостем первого в мире атомного ледокола «Ленин». Кучиев ходил на ледоколе дублёром капитана. Несколько часов они провели вместе с Гагариным. Это были прекрасные часы: первый космонавт рассказывал разные весёлые истории, расспрашивал про Арктику. Когда Гагарин и Кучиев, увлечённые разговором, сидели на диване, их кто-то и сфотографировал.

Юрий Гагарин и Юрий Кучиев, 1965 год.
Юрий Гагарин и Юрий Кучиев, 1965 год.

Дисциплина на судне капитана Кучиева, по воспоминаниям, была крайне строгая. Он требовал нахождения на мостике не только в форме, но и в головном уборе, был требователен к несению вахты и морским традициям. «Ни на одном ледоколе не было такого, а у нас на «Арктике» было принято отбивать склянки*. Четыре часа отбивали склянки. Но как только Юрий Сергеевич ушёл, склянки перестали бить», — вспоминал А. Баринов, капитан ледокола «Арктика» с 1996 по 2009  год.

Дисциплина была крайней необходимостью в суровых условиях Севера. Юрий Кучиев в своих многочисленных интервью говорил: «Если я вам сейчас буду говорить, что я очень люблю море и этот проклятый лёд, я вам скажу неправду. Но мы его молотим, потому что это нужно делать. Нам поручили это дело, дали для этого корабль, имеющий соответствующие параметры, и мы эту работу должны делать на совесть».
Сегодня на Северный полюс отправляются атомоходы с туристами. Но в прежние времена отчаянные смельчаки и целые экспедиции гибли на этом пути. Первым из русских исследователей на Северный полюс отправился Георгий Седов. К сожалению, он не достиг Северного полюса, а умер на пути к полюсу, «сжимая компас верный», как написал полвека спустя Николай Заболоцкий. Он мечтал водрузить флаг Российской империи в точке пересечения меридианов. С тех пор высадиться на Полюсе на надводном корабле не удавалось никому. Было сделано двадцать девять попыток, и только тридцатая стала успешной — на «Арктике» под руководством капитана Кучиева.

*Бить склянки – подавать сигналы времени на судне с помощью судового колокола

Больше интересного —
в Telegram-канале Союза «Атомные города»!